От гусей и коров до сборной мира. Каху Каладзе проводили из большого футбола - Советский спорт

Матч-центр

  • 8-й тур
    перерыв
    Брисбен Роар
    Мельбурн Виктори
    2
    4
  • Футбол03 июня 2013 16:18Автор: Егоров Дмитрий

    От гусей и коров до сборной мира. Каху Каладзе проводили из большого футбола

    В этом матче было много футбола и большой политики. Мы же отправи-лись в Грузию за чистыми детскими историями о жизни сельского паренька Кахабера, к своим тридцати пяти успевшего покорить Милан и стать вице-премьером Грузии. Вашему вниманию – путешествие в детство Кахи Каладзе – одного из самых успешных футболистов бывшего СССР.

    ПРОЩАЛЬНЫЙ МАТЧ КАЛАДЗЕ.

    В этом матче было много футбола и большой политики. Мы же отправи-лись в Грузию за чистыми детскими историями о жизни сельского паренька Кахабера, к своим тридцати пяти успевшего покорить Милан и стать вице-премьером Грузии. Вашему вниманию – путешествие в детство Кахи Каладзе – одного из самых успешных футболистов бывшего СССР.

    Каха КАЛАДЗЕ

    Родился 27 февраля 1978 года.

    Гражданство: Грузия.

    Амплуа: защитник. Рост 186 см, вес 76 кг.

    Карьера: выступал за тбилисское (1993–1997) и киевское (1998–2000) «Динамо», итальянские «Милан» (2001–2010) и «Дженоа» (2010–2012).

    Достижения: чемпион (1994–1997) и обладатель Кубка (1994–1997) Грузии, чемпион (1998–2000) и обладатель Кубка (1998–2000), Украины чемпион (2004) и обладатель Кубка (2003) Италии. Победитель Лиги чемпионов (2003, 2007), Суперкубка УЕФА (2003, 2007) и клубного чемпионата мира (2007). Лучший футболист Грузии (2001–2003, 2006).

    Сборная: за сборную Грузии (1996–2011) – 83 матча (1 гол).

    Сродиной Каладзе нас знакомит его приятель Сосо Диаконидзе. Двенадцать лет назад он переехал в Петербург и влюбился в Северную столицу. Из нее он готов уезжать только на матчи грузинских сборных.

    – Горжусь, что родился в Грузии. Горжусь, что родился в одну эпоху с Кахой Каладзе, – с придыханием говорит Сосо. – Он ведь из простого деревенского двора в сборную мира попал. И не загордился, а еще лучше стал.

    – О том, как Каха рос, каждый ребенок должен знать. Только так Грузия сможет увидеть своих сынов в великих клубах! – уверенно говорит Сосо, заказывая такси до Самтредиа. Город, в котором тридцать пять лет назад родился Каха Каладзе, прячется за заснеженными горами в трехстах километрах серпантина дорог от Тбилиси.

    СУП ИЗ МЯЧА

    В соседнем с Самтредиа селе родился великий Владимир Маяковский, недалеко от города в возрасте 120 лет умерла Нино Струа, главный долгожитель современности.

    Их дома местные жители показать не могут – теряются, путаются. Зато к жилищу семьи Каладзе вас проведет любой из тридцати тысяч самтредийцев.

    – Каха? Туда иди! – рассекает тень палкой местный старейшина.

    – Зачем идти? Давай прокачу! – зовет водитель лошадиной упряжки.

    Дом №207 не спутаешь ни с каким другим, ведь он под охраной. Перед железным забором важно лежат коровы.

    – Шагай, не забодают! – смеются самтредийцы над моим замешательством. В Грузии даже буренки знают, как гостя встречать.

    Доподлинно известно, что местные коровы отвечали за первое футбольное поле Каладзе. Подстригая и удобряя газон двора, они справлялись не хуже агрономов стадиона «Локомотив» в Черкизове.

    – Маленький Каха прямо на дороге в футбол играл: коров обводил и их лепешки! – задорно рассказывает Маквала. Назовешь ее соседкой Каладзе – обидится.

    – Мы одна семья, а Каха – родной мальчик! – Маквала, хохоча, рассказывает о начале серьезной футбольной карьеры будущего миланиста.

    Стадион «Участок друга Малхаза» находится недалеко – прямо напротив дома Каладзе. Неширокие просторы позволяли мальчишкам рубиться в футбол три на три.

    – В детстве Каха часто промахивался! – смеется натерпевшаяся хозяйка, мама того самого Малхаза. Однажды Каха потревожил святая святых грузинки – зарядил по окну ее кухни.

    – Мяч пробил дыру в стекле и шлепнулся прямо в мою кастрюлю с бульоном.

    Попробовать суп из мяча Кахи хозяйка не успела – следом в кастрюлю звонко рухнули осколки разбитого стекла.

    РОС НА ДОМАШНЕЙ ПИЩЕ

    Родители Каладзе, Карло и Медико, уехали в Тбилиси – поддержать сына в организации прощального матча.

    Так что в детство Кахи мы попадаем через участок Маквалы. Калитку отпирает Сосо – друг юности министра энергетики Грузии.

    – Подождите, нужно собак покормить, иначе покусают! – отбивается он от двух лохматых дружков-дворняжек.

    – Каха, бывало, прижмет песика к сердцу и, как ребеночка, в губы целует, – умиленно вспоминает Маквала.

    Есть во дворе Каладзе и пернатые: три десятка кур и гусей бродят в клетке. На брошенный за решетку мяч не реагируют – у них, кормильцев, другие заботы.

    – Каха рос на домашней пище: яйца, мясо, молоко – у семьи ведь и корова с теленком были. Наверное, поэтому и вырос мальчик таким высоким и здоровым.

    Но не антропометрикой полюбился Кахабер соседке, а сильным, мужским характером.

    – Воспитанный, благородный и некапризный! – Маквала убеждает: Каха в детстве не заплакал ни разу!

    Повода для слез родителям будущий министр тоже не давал…

    – За исключением одной маленькой трагедии. Каха как-то вовремя не пришел из школы. Час ждем – нет его, два. Тогда тяжелое время было. Мы сразу подумали, что мальчика украли и будут требовать выкуп.

    Весь город пустился на поиски, машины патрулировали закоулки. А Каха смотрел шоу мотоциклистов в цирке.

    Ему, восхищенному, было невдомек, что дома не находит места разъяренный отец.

    – Сначала я увидела Каху, подходящего к калитке дома, а затем отца. Карло был, как сумасшедший, – бледный, злой и готовый броситься на мальчика.

    – Прячься! – крикнула Маквала Кахаберу и бросилась наперерез Карло.

    – Карло оттолкнул меня на траву. Я чуть не расшиблась, но, слава Богу, Каха успел убежать.

    Через пару часов отец остыл и не стал бить сына. А вскоре и вовсе подарил мальчику мотоцикл.

    ФУТБОЛ, ТАНЦЫ И ПЯТЕРКИ

    Из дома Каладзе мы отправляемся к центральному стадиону Самтредиа. На первую тренировку в местный «Локомотив» 11‑летнего Каху привел папа.

    – Кахабер хочет стать вратарем! – сказал Карло детскому тренеру и другу Вано Курулашвили. По молодости они знатно взаимодействовали на футбольном поле. Сработала связка и на этот раз.

    – Я решил Кахабера проверить, – вспоминает тренер. Поставил Каху на ворота, легонько бросил мяч…

    – …И вратарь оказался дыркой! – смеется Вано. – Карло, говорю отцу, заканчивай эти глупости, вратарь из твоего сына не получится!

    Каха, по заверению партнеров по команде, к тому времени уже занимался национальными грузинскими танцами. К счастью, первая футбольная неудача не вытолкнула его на сцену.

    – Он был настолько талантливым и трудолюбивым, что спокойно реализовал бы себя в любой профессии, хоть в танцах! – в унисон говорят два Георгия, партнеры Каладзе по детской команде.

    Особенно их поражали забеги длинного кудрявого паренька. Папа у Кахи был небедный – владел ресторанами, водил автомобиль.

    – Старший Каладзе мог возить его на занятия на машине! – вновь хором восклицают Георгии. – Но Каха никогда этой возможностью не пользовался, предпочитал бегать. В день выходило по восемь километров марафона, не считая работы на тренировках.

    В «Локомотиве» неудавшийся вратарь Каладзе застолбил позицию крайнего полузащитника. Был перспективным, как и многие. Забивал, но не больше остальных.

    – Почему все-таки Каха поднялся так высоко? – показываю на заснеженные горные вершины. Оптический обман помогает им пронзать сетку ворот стадиона.

    – Талант! – уверен тренер.

    – Трудолюбие, травмы оставили! – помогают Георгии. Один из них, поигравший в дубле «Спартака», морщась, трогает стопу.

    – Ум! – сжимает кулак соседка и стучит по учебнику немецкого языка. – Именно ум! В этом его отличие от десятков, сотен тысяч других талантов, ставших обычными.

    Маквала уверяет: девять классов Каладзе окончил на «отлично». Ей, учителю местной школы, стоит поверить.

    Переехав в Тбилиси, Каха с ходу поступил на истфак университета, но закончить не успел. Сами понимаете – Киев, Милан…

    БРАТ

    «Милан»… Исторический трансфер состоялся в 2001 году. Самтредиа, да что там – вся Грузия, стала центром футбольного СНГ. Фамилия Каладзе засияла славой, успехом и богатством.

    Но звездами не только любуются – их блеск сводит с ума от зависти.

    – Под тряпку грузинской квартиры Левана подложили записку: требовали выкуп – 600 тысяч долларов, – вспоминает Маквала страшный день в семье Каладзе. Не успел Каха переехать в Италию, как на родине похитили его брата. – Именно тогда семья продала корову и теленка. Не могли больше за ними следить, сил и возможности не было.

    Тело убитого Левана было опознано спустя пять лет с момента похищения. Ходят слухи, что полиция обнаружила труп много раньше, но не обнародовала факт гибели младшего брата Кахи. Власти боялись, что футболист «Милана» откажется от выступлений за сборную.

    К могиле Левана в Самтредиа меня ведут два Сосо: один – из Петербурга, другой – из Самтредиа. Кажется, это единственное место, где молчат все грузины…

    Рядом с кладбищем, напротив могилы брата, Каха построил церковь. Превратил пустырь в святое место. По выходным сюда приходит помолиться за своих близких весь Самтредиа.

    Кстати, нет ни единого напоминания, кто и зачем эту церковь построил.

    – Каха помогает каждому, кто обращается за помощью. Дает деньги на операции, закупает компьютеры в школу, – рассказывает Маквала.

    Перечислять заслуги Каладзе можно и дальше. Но Каха против навязчивых рассказов о благотворительности. По местным законам и традициям, добро должно исходить из сердца, а не с полос газет.

    Каладзе чтит предков и остается грузином. Сколько бы лет он ни играл в Италии, сколько бы ресторанов ни открыл в Европе и сколько бы языков ни выучил.

    – В киевское «Динамо» Каха переезжал, понимая только по-грузински. Сейчас он бегло говорит на английском, итальянском и, конечно, на русском, – гордо прощается Маквала. Ее не удивляет, что Каладзе бросил спокойную сытость Европы ради стресса грузинской политики.

    – Как-то раз Каха сказал, что мечтает о традиционной, сильной грузинской семье. Через пару лет у него появилась красавица-жена, первый мальчик, второй. Пришло время заняться страной. Ведь Грузия – тоже большая семья.

    ПРОЩАНИЕ

    Сейчас дом Кахи уже не в Самтредиа и даже не на футбольном поле. Каладзе уходит в политику прямо из основы «Дженоа», закопав в итальянские газоны 2 млн долларов, полагавшиеся до истечения контракта.

    Прощальный матч Каха организует ровно через год после ухода из футбола – в пятницу, 31 мая. За это время он успевает набрать с десяток лишних килограммов, а в придачу к ним примкнуть к блоку миллиардера Бедзины Иванишвили, разгромить на парламентских выборах партию президента Михаила Саакашвили, занять пост министра энергоресурсов в новом правительстве и стать первым политиком, билеты на выступление которого покупают 60 тысяч человек.

    – Вся Грузия пришла! Три поколения «Милана» приехало – Барези, Мальдини, Шевченко, Фламини! – искренне задыхается от счастья близкий друг Каладзе, экс-игрок «Локомотива» Давид Муджири. Поглощенный футболом, он будто отрицает запах политики.

    Хотя в ту же секунду мимо Муджири проносится сын премьер-министра Грузии и крестный отец младшего сына Кахи – Бадри Иванишвили. Он, популярный репер, будет исполнять хиты вплоть до начала матча на радость зрителям и конечно папе.

    – Желаю, чтобы из политики Каху провожали так же, как из футбола! – скажет грузинский премьер, вглядываясь в ВИП-ложу. Президент Саакашвили, поверженный тандемом Каладзе – Иванишвили, на прощальный матч так и не явится.

    Политика заканчивается вместе со стартовым свистком Любоша Михела. Начинается футбол, да какой! Миланские форварды-киллеры Шевченко и Индзаги весь первый тайм упираются в железную броню от Фабио Каннаваро. Не помогают даже хитрющие передачи седокудрого Барези, уступившего капитанскую повязку виновнику торжества.

    Первый гол в матче забивает команда друзей Каладзе. Шоту Арвеладзе сбивают в штрафной, а пенальти реализует Георгий Деметрадзе. Еще год назад автор гола сидел в тюрьме. Впрочем, я обещал, к черту политику.

    Во втором тайме Каха меняет «Милан» на сборную Грузии. Связка Шевченко – Индзаги свирепствует и не жалеет Каладзе. Гол с пенальти от Пиппо, с игры от Шевы – матч заканчивается со счетом 3:1 в пользу «Милана».

    Свои последние минуты в большом футболе он проводит с сыном Леваном, названным в честь погибшего брата. На трибуне болельщики разворачивают баннер: «Мы гордимся, что ты грузин». Но отец и ребенок, обнявшись, смотрят на небо.

    Леван, отбившись от объективов и красно-черно-белых дядек, наслаждается салютом, а папа, кажется, смотрит дальше ярких огней. Туда, где навсегда останется невосполнимая часть полного счастья.