Шоу «поединок» с Иваном Соловьевым

Трансфер Ивана Соловьева из «Динамо» в «Зенит» сопроводила серия скандалов. Теперь дело обретает новый оборот: агент РФС Рустам Раджабов утверждает, что он является реальным представителем молодого хавбека, и обвиняет своего коллегу Лахтера в незаконном уводе клиента под свое крыло. 

Что ж, предоставим им право на словесный поединок, а заодно задумаемся, какие невидимые битвы происходят порой вне футбольного поля.

Рустам Раджабов мало известен широким массам, и до популярности Лахтера ему еще далеко. Поэтому я начал разговор с подробного знакомства.

– Как вы попали в футбол и в агентскую деятельность?
– Я воспитанник школы ФШМ. После выпуска попал в дубль «Торпедо», который в то время возглавлял Сергей Петренко. В первой же игре сезона-2002 против саратовского «Сокола» порвал крестообразные связки. Окончательно восстановиться после этой травмы не удалось. Спустя время стал лицензированным агентом РФС. 

– Сколько у вас клиентов?
– База клиентов на данный момент составляет около 20 футболистов, из них 7 игроков различных сборных. Основной уклон – это Восточная и Западная Европа, недавно начал работать на иранском и турецком рынках. Когда стал работать самостоятельно, первыми моими трансферами были переход Сергея Ковальчука из «Спартака» в «Томь». Также помогал при переходе того же Шишкина из «Спартака» в «Локомотив» и при переезде Руда Гуллита в «Терек».

– Что у вас произошло с Соловьевым?
– 28 декабря 2010 года я заключил соглашение с Ваней на два года. Он на тот момент выходил на замену в дубле «Динамо». Предложил ему сотрудничать – он согласился. Со временем удалось пригласить на один из матчей тренера юношеской сборной России 1993 года рождения Дмитрия Ананко. Дмитрий посмотрел на Соловьева, оценил его игровые качества, и вскоре Ваню впервые вызвали в сборную к Дмитрию Аленичеву. Вместе с Алексеем Павловичем Прудниковым (бывшим вратарем, также агентом. – Прим. ред.) мы составили новый контракт Ивана. Новый контракт являлся практически копией контракта Касаева в «Зените», когда Алан был подопечным Прудникова. В контракте была хорошая бонусная система, и мы сделали еще дополнительно подъемные игроку. То, что сейчас пишут в прессе про маленькую зарплату в 35 тысяч рублей и все такое, это смешно. Поверьте, не это являлось основной причиной перехода Ивана в «Зенит».

– Что было дальше?
– В 2011 году Соловьев стал основным игроком молодежного состава «Динамо». Зимой и летом 2012‑го Силкин брал его на сборы с главной командой. В эти периоды встал вопрос о небольшом улучшении контракта.

Мы не раз общались с людьми, курировавшими в те полтора года спортивное направление в «Динамо», – сначала с Виктором Панченко, затем с Константином Сарсанией, а потом и с Александром Бородюком. Но все затягивалось. Возможно, из-за чехарды спортивных директоров и не до конца ясных лично мне их полномочий в сложной управленческой структуре клуба. А тут еще на горизонте возник Лахтер.

Когда он впервые вышел на Соловьева, не знаю. Ваня сам в телефонном разговоре с моими коллегами признался, что подписал контракт на представление его интересов с другим агентом. Когда его спросили, с кем, он ответил, что с Лахтером! Мы все были очень неприятно удивлены, ведь у нас на тот момент было еще действующее агентское соглашение.

– Вы считаете, налицо нарушение?
– Сначала Ваня сказал, что подписал с ним контракт летом. Потом – зимой. Теперь на официальный запрос от РФС он вообще заявляет, что никаких контрактов не подписывал. Пусть с этим разбирается ФИФА. Каждый игрок выбирает, с каким агентом ему работать. Я не знаком с Лахтером. И не хочу с ним иметь дел, тем более многие о нем отзываются как о не очень порядочном человеке. Картина налицо: израильский агент подписывает контракт с российским футболистом в период, когда у игрока есть действующее соглашение с другим агентом…

– Почему вы предали эту историю огласке только сейчас, а не прошлым летом или в момент перехода Соловьева в «Зенит»?
– Сначала я хотел просто поговорить с Соловьевым и Лахтером. Мои коллеги летали в Израиль, говорили с Деннисом. Хотел все это решить мирным путем. Решение игрока поменять агента – это нормально. Но агент, при условии минимальной порядочности, мог бы оповестить коллегу, хотя бы попытаться разойтись полюбовно!

– Каких действий вы ждете от РФС и ФИФА?
– Если подтвердится хоть один факт действий вне правовых и регламентных рамок со стороны Лахтера, то ФИФА незамедлительно лишит его лицензии. От РФС ждем ответа в течение этого лета. От ФИФА – ближе к сентябрю.

– Большие финансовые потери понесли на Соловьеве?
– Размер недополученных агентских вознаграждений внушительный. Сумму называть не буду. Тем более в данном случае дело не в деньгах. Для меня добиться адекватного решения ФИФА – дело принципа.

Действующий агент Соловьева Деннис Лахтер выразил недоумение, когда узнал, что к нему есть претензии.

– В этом договоре (Соловьева с Раджабовым. – Прим. ред.), действовавшем с 28 декабря 2010 по 28 декабря 2012 года, прописаны права и обязанности агента. Как-то: «осуществлять поиск выгодных для футболиста предложений по его трудоустройству и проводить по ним переговоры», «заниматься поиском выгодных для футболиста вариантов трансферов», «быть представителем футболиста в спортивных, государственных и иных организациях, инстанциях». Ни один из вышеуказанных пунктов не был выполнен. Парня не поддерживали, не звонили ему, просто бросили. Переговоров от имени игрока с «Динамо» не вели. В течение полугода до окончания контракта между игроком и агентом агент просто не выходил на связь.

Сложилась парадоксальная ситуация. Контракт между игроком и агентом подписан 28 декабря 2010 года. Первый профессиональный контракт Ивана Соловьева с «Динамо» подписан 30 декабря того же года, то есть через день. При этом футболист сам договаривается с «Динамо» об условиях контракта, а его так называемый агент в переговорах участия не принимает. Такая же ситуация с подписанием второго контракта от 10 мая 2011 года. В соглашениях есть подписи только самого Ивана и исполнительного директора Романа Дьякова, а в графе «агент» стоит прочерк без малейшего признака присутствия агента.

В итоге игрок сам выбил себе увеличение зарплаты до 35 тысяч рублей. Сумма, которая на момент выступления Ивана за основную команду «Динамо» была смешной. За два года Раджабов хоть пальцем пошевелил?

Чем он помог Соловьеву? В чем заключалась его работа?

– Раджабов утверждает, что информация о зарплате Соловьева размером в 35 тысяч рублей в месяц – неправда.
– Неудивительно, что он так говорит, раз не имел к этому контракту никакого отношения. У меня на руках копии трудовых договоров между Соловьевым и «Динамо». В приложении к последнему (от 10 мая 2011 года) стоит сумма в 35 тысяч рублей. Кроме того, зарплату игрока впервые озвучил в прессе сотрудник ФК «Динамо» Александр Точилин. Размер зарплаты ни разу не был опровергнут ни одним из сотрудников клуба… Разочарование Раджабова понятно: игроком он не занимался, а тот вдруг оказался аж в питерском «Зените»…

– Он говорит, что уже обратился в РФС и ФИФА.
– Я нахожусь вне юрисдикции РФС, так как лицензирован Израильской футбольной ассоциацией. Ответ от ФИФА, судя по всему, отрицательный. Или никакой реакции вообще не было, так как мне в принципе непонятна суть претензий. Именно поэтому ваш герой решил выплеснуть эмоции в прессе.

– Какова форма вашего сотрудничества с Соловьевым?
– Если вы о контракте, то до сегодняшнего момента контракта между Лахтером и Соловьевым нет. Наше сотрудничество построено на доверии. Подтверждение о том, что я представляю интересы Ивана, «Динамо», «Зенит» и другие клубы получили от игрока после новогодних праздников.

– Как произошло ваше знакомство с Соловьевым?
– Мой близкий товарищ, являющийся известным футбольным тренером, предложил посмотреть парня. Лично посмотрев три игры турнира молодежных составов с участием Ивана, решил для себя, что парень имеет большой потенциал. После встречи с Соловьевым предложил ему представлять его интересы. Иван ответил, что готов рассмотреть возможность сотрудничества, если я смогу улучшить условия личного контракта в «Динамо». Продолжение карьеры в других клубах Иваном на тот момент даже не рассматривалось.