Как ЦСКА в Риме «убили»

– 23 года прошло, многое забылось, – предупреждает Сергей. – Но давайте попробуем.

– Да, состав у них был что надо. Но и у нас очень хорошая команда подобралась – и в футбольном плане, и в чисто человеческом. Были уверены в своих силах, не дрожали, разговоров «лишь бы не разгром» никто не заводил. Говорили о том, что, если используем свои сильные стороны, есть шансы пройти дальше. Были готовы биться и спокойно готовились.

– Верите – нет, я плохо помню, как это произошло. Такие моменты старался сразу забывать. Передача там была или срезка… Я, видимо, пытался сыграть назад, но получилось вот так.

– Ничего. В ЦСКА не принято было обвинять друг друга. Ребята, наоборот, поддержали, успокоили: «Играем дальше!». Я же после ошибок, как правило, только лучше играл, еще больше концентрировался.

– Было такое? Честно – позабыл. Черный юмор…

– Неудачу объясняю прежде всего волнением и нервами – для ЦСКА это был первый после долгого перерыва матч в еврокубках (армейцы 10 лет не играли в Европе. – Прим. ред.). Полные «Лужники», ответственность, давление, отсутствие опыта – все это сказалось. Не было той раскованности, которая появилась в Риме.

– Хороший стадион, но вот поле… Они его после чемпионата мира продали, а новое было гораздо худшего качества – похоже, трава не прижилась. Очень много песка, выбоин, проплешин. Чтобы их не было видно, хозяева залили газон зеленой краской. Играть начали – бутсы позеленели…

– Сколько?! Нет, конечно. Таких денег мы никогда не получали. Обычно пятьсот долларов, максимум тысячу.

– Да, нам перевели. Считаю, такие слова до матча неправильно говорить. Как правило, игроки стараются этого избегать. Можно очень сильно обжечься.

Слова Риццителли нас по-хорошему завели, мы выходили только за победой, понимая, что шансы отыграться есть и еще ничего не потеряно. Делали ставку на быстрый гол, зная, что у «Ромы» не все в порядке в обороне. Сработало – Мишка Колесников в контратаке здорово прошел по флангу и навесил точно на Дмитриева.

– Угловой, Масалитин поборолся, сбросил на дальнюю штангу, я опередил защитника и в падении протолк-нул мяч в ворота. Мы уже радоваться начали, но смотрим – судья показывает штрафной в нашу сторону. Мы – к нему, но выяснить, кто сфолил, так и не удалось. После матча сначала говорили, что Масалитин неправильно атаковал Феллера, потом – что я правила нарушил, кого-то руками толкнул. И близко ничего не было! Обычная борьба. После матча даже итальянская пресса была возмущена таким решением судьи. И болельщики «Ромы» к нам подходили, извинялись – мол, так нельзя.

– Нет.

– Точно, Форштингер! Потом говорили, что он за эту игру денег получил. «Рома» решила таким образом подстраховаться. Клуб-то богатый: 10–20 тысяч долларов заплатить – не проблема. Даже некоторые игроки говорили: «У ЦСКА не было шансов выиграть».

Спустя время в Москву итальянские журналисты прилетали – специальное расследование вели. В клубе у Садырина интервью брали. Чем дело закончилось – не знаю. Видимо, достаточных доказательств вины австрийца собрать не удалось.

– Опять же – судья позволял. Весь матч чувствовалось, что он на стороне хозяев. Был момент – Риццителли ударил по лицу Володьку Татарчука, но арбитр никак не отреагировал. Итальянцы нервничали – игра не шла. Видимо, думали нас шапками закидать. За весь матч не создали ни одного голевого момента. Хесслер с Феллером пытались что-то придумать, навязать свою игру, но мы им ничего сделать не позволили. Отсюда – злоба, подкаты сзади…

– Да, а нам – хлопали. Признали, значит.

– Возмущался, конечно. И ребята негодовали. Чистый гол отняли! Было очень обидно – мы играли лучше «Ромы», отдали все, что могли… Вспоминаю свои ощущения: с одной стороны – внутреннее удовлетворение от игры, с другой – жуткая обида. И она до сих пор где-то в глубине души сидит. Считаю: если бы тогда прошли «Рому», далеко могли бы по сетке продвинуться.

– С Феллером. Я сам подошел, попросил. Сохранилась? Да нет, подарил кому-то.

– Перед матчем ездили на экскурсию. Знаменитый фонтан Треви, куда монетки бросают, чтобы вернуться, Колизей, Мамертинская тюрьма…

– Я никогда не был любителем этого дела. На футболе концентрировался.

– Несправедливость. Предвзятость. «Убийство».

 

– Формулировки в целом сдержанные – «сильная группа, мы всех уважаем», но понятно, что единственным своим конкурентом «Бавария» считает «Манчестер Сити». Думаю, что ЦСКА как серьезного соперника здесь не воспринимают.

– Не скажу, что шансы 50 на 50 – все-таки итальянцы играют дома. «Рома» – фаворит. Но проценты в футболе, как правило, ничего не значат. Расклад может быть 90 на 10 в пользу «Ромы», а выиграет ЦСКА.

– У меня сейчас на заводе смена такая, что приходится и в выходные работать – не всегда получается футбол смотреть.

Тут нужно сделать небольшое отступление – Фокин с 1993 года живет в Брауншвейге (играл за местный «Айнтрахт»), а с 2003 года работает на заводе «Фольксваген». Занимается сборкой рулевого управления известных автомобилей.

– Если конкретное предложение поступит, можно будет обсудить. Тренерскую лицензию я в Германии давно получил.

– Не было такого варианта.

– Иногда задумываюсь, да. Что вы хотите – больше 20 лет в Германии! И практики не так много. Дома и то на смеси русского с немецким разговариваем. На каком языке слово быстрее вспомнишь, то и говоришь (смеется).

– Связи не теряем. С Димкой Кузнецовым созваниваемся, с Татарчуком. Еще раз – у нас была очень дружная команда…

Фокина называли «коллекционером автоголов» из-за большого количества мячей, забитых в свои ворота. Три самых известных – в игре с «Ромой», в матче чемпионата СССР-1990 со «Спартаком» (неудачно прервал передачу с фланга), в матче Лиги чемпионов-1992 с «Глазго Рейнджерс» (блокировал удар соперника, но мяч попал в ногу и рикошетом залетел в ворота).

– Видимо, судьба у меня такая, – смеется Сергей. – Конечно, ничего этого я не хотел. Или случайно получалось, или была какая-то несогласованность. Думаю, многое от подсознания шло – боялся еще раз забить в свои ворота и… забивал.

Естественно, было неприятно, переживал сильно. Но жизнь продолжалась. Старался как можно быстрее забыть об ошибке, концентрировался на новых матчах. В конце концов и у великих автоголы случались – у того же Беккенбауэра. Да, у меня чаще других. Ну, так на то я и защитник – все время у своих ворот…