Юрий Лоза: Не понимаю, зачем сборной Капелло. У нас игроки дешевые, а тренер дорогой

— После ничьей с Молдавией? Если из-под Австрии выскочим, будет чудо. Команда не играет, Капелло не предложил никакой модели, вообще ничего не предложил.

У нас уже давно тянется череда, с самого Хиддинка, который был болен тотальным футболом — как и все голландцы, к сожалению. Мне приходилось с ними играть — все здоровенные ребята, лоси, которые носятся по всему полю. Из-под меня Вилли Херкофф забил, я даже понять не успел. Он мой ровесник, просто быстрее раз в десять.

Так вот, голландцы создали эту модель, но переносить ее никуда нельзя. Один раз попробовал Лобановский, но все, кто у него играли, не доигрывали до 30 лет — это соковыжималка! И у Хиддинка получилось один раз, когда ему дали два месяца подготовки, задрали физику до такой степени, что ребята в майки свои не влезали. И все равно они продержались три-четыре матча, а потом сдохли. На голландцах они выложились, а уже с Испанией были мертвые. Это не наша модель игры.

И вот мы продолжаем играть в этот дурацкий тотальный футбол. Пришел Капелло, вроде бы человек, который должен все поменять, — и мы опять выходим с одним нападающим, так же, как при Хиддинке.

— В свое время Олег Иванович Романцев предложил модель, подходящую для России. Ведь мы мало бегаем. Романцев предложил короткий пас, небольшое движение, на ограниченном пространстве, забегания, стеночки…

И потом, что такое голландский футбол? Это когда Жирков, будучи левым защитником, вдруг ни с того ни с сего организовывал атаку, а потом от чужого углового флажка должен вернуться назад. Ребята, он сделал две стометровки и сдох! Жирков был фактически убит этой системой! Если бы он играл в полузащите, принес бы много пользы.

У нас команда не играет в конце матча, ни разу мы не смогли усилиться по ходу. Через час команда мертвая. Мы не выиграли ни одного матча на последних минутах, а немцы всегда выигрывают. Почему? У них другая система подготовки, они по-другому тренируются, я был там, видел. Они с отягощением бегают после того, как отыграют спарринг. Другой совершенно принцип. То, что используется у нас сейчас — это не пойми что. Никакой здравой мысли, ничего — команда играет от балды.

— У нас нет исполнителей мирового уровня. Но с нашими игроками можно вполне выстроить удобоваримую модель: порядок бьет класс. Вы оттолкнитесь от возможностей этих футболистов, возьмите тех, кто может играть совместно, в такой футбол, в какой играл Романцев в свое время.

Если вы будете наигрывать пару нападающих, они будут работать, и пока против них не научатся бороться, они будут забивать. Какие были пары Шевченко - Ребров, Хески - Оуэн. Где у нас пара нападающих, кто-нибудь знает? У нас Кержаков, Дзюба и Кокорин, которые бегают сами по себе. Их выпускают по очереди и говорят: иди, спасай! Что может сделать один Кокорин, когда ему не с кем обыграться?

Подразумевается, что наши полузащитники будут подключаться, но не тот у них уровень, чтобы решать такие задачи. У нас никто из полузащитников не может из-за штрафной добить до ворот. Не надо только думать, что Дзагоеву можно бить из-за штрафной, это все равно что отдать мяч вратарю.

У нас нет и конструктивных созидателей в атаке. Кто у нас может отдать пас, кого можно назвать разводящим вроде Кройффа или Беккенбауэра?

—Правый полузащитник среднего уровня, который любую атаку может завалить. Самедов играет абсолютно по-кавказски: сегодня покатило, а завтра нет. У него стабильности нет и близко. Кроме того, он тоже зависим от партнеров: в «Локомотиве» у него все в порядке, он как-то там со своими ребятами привык. А сейчас Самедова выпускаешь в свободное плавание, и все, он потерялся. Он не отдает толковых передач совсем, потому что не знает, кто куда побежит.

 

— Вы можете выбирать средних игроков, но тогда берите их в связках. Тех, кто чувствуют и видят друг друга.

— Они давно играют вместе, они вместе выходят и создают положение вне игры. Поставьте к ним молодого бегунка — он зависнет, и нам забьют гол. Березуцкий при своей медлительности все равно смотрит, что делает Игнашевич, где он, на какой линии.

— Я вообще не понимаю, зачем нам эти тренеры. Тут идет большой перекос: игроки очень дешевые, а тренер очень дорогой. Система работает, когда состоит из однородных элементов.

Вот я студийный человек, и если вы в студию поставите золотой микрофон, а шнуры у вас будут китайские, то и студия у вас будет работать на три копейки. Если песчинка попала в мембрану этого микрофона, то какой бы он ни был золотой, он все равно не будет работать. Вот и получается: если бы мы оперировали футболистами уровня Месси или Роналду, то им и тренер нужен был бы соответствующий, авторитетный. А с нашими может работать любой человек: наш авторитетный тренер поставит их на те же места и даст им те же самые задачи. Никто ничего нового не придумывает.

Я знаю весь тренерский штаб в нашей стране. Знаю лично Бышовца, Ярцева, Романцева. Я ведь на ветеранском уровне играл с ними вместе в одних командах, выезжал с ними, долгие мы беседы вели. Поймите, наши понимают футбол не хуже, и наши добивались очень больших успехов: мы были чемпионами Европы в 1960 году, мы выигрывали Олимпийские игры.

 

— Любой, кто хорошо знает наш футбол. Слуцкий хорошо работает со своей командой, у нас и свободных тренеров много. Но чем отличается зарубежный тренер от нашего? Федерация может надавить на нашего, но не может давить на иностранца. Один из бывших тренеров нашей сборной говорил мне: я не ставлю определенного футболиста, мне звонят из федерации: «Почему он не выходит в старте?» Я говорю, он вчера в четыре часа ночи вернулся с дискотеки, он «мертвый», спит. А ему отвечают: мне плевать, что он мертвый, его в бундеслигу продавать завтра. С основного состава он уйдет за три миллиона, а со скамейки — за 30 тысяч. Ты хочешь отнять у нас два миллиона семьсот тысяч? Пусть выходит и умрет на этом поле, но в составе он должен быть! Хиддинку такого не скажешь.

Наш тренер в сборной не сможет потребовать освободить тур, как это сделал Капелло. Итальянец где-то дома сидел, у него дела были, он приехал на три дня, чувствует: мало. Когда у нас можно играть в футбол, мы не играем, зато потом в январе будем догонять. Но мы это делаем потому, что Капелло не находится здесь, он понятия не имеет, как чувствуют себя футболисты.

— Он должен жить здесь и смотреть эти матчи круглый год! Одно дело взглянуть на игрока в одном матче, а другое — следить за динамикой. У каждого тренера должна быть обширнейшая информация на каждого футболиста: как он ест, как он спит, как он относится к девушкам, к друзьям. Тренер — это в первую очередь переговорщик, во вторую — организатор, который может всех собрать в кучу. У хорошего тренера играть может любая команда. Любой наш тренер, который находится здесь, будет лучше Капелло, который находится там.

— Начну с того, что у нас нет детского спорта. Мне 60, а когда мне было 10, мы играли за школой, в школе, во дворе, везде. И так происходило по всей стране. Дети в Бразилии не везде имеют спонсорскую поддержку, но везде играют в футбол. Это один из способ устроить собственную жизнь: либо в банду, либо на поле. Эти детишки из золотого фонда бразильского футбола могут составить 20-30 команд потому, что в эту игру играют все. У нас в каждом городе есть одна футбольная школа: все поля пошли под автостоянки, нет детских тренеров, а огромная республика Махачкала способна покупать дорогих футболистов, но не создать свою футбольную школу.

Вложите деньги, которые пускали на Капелло, и создайте пять футбольных школ — через десять лет вы получите 20-30 отличных футболистов. Не надо отдавать сейчас гигантские суммы никому. Вы купили Халка, а на его место через десять лет за те же деньги пришли бы два десятка игроков уровня, может, и не такого как Халк, а может, еще лучше.

 

— Да у него мотивации нет, с кем он играет? Против кого он играет, против защитников «Авангарда»? Он должен рвать и метать, рискуя получить по ногам, а потом не выйти в сборной? Он же бережет ноги. Все футболисты, которые сюда приезжают, выходят против защитников, которые не остановятся и будут лететь до конца. Качественный футболист не делает лишних движений — как каратист, который дозирует силу удара. А он летит, как сломанный Студебеккер: топчет ноги, ломает колени. И потом, как тут играть, если нога тонет в грязи? Халк понимает, что на этих кочках просто угробит всю карьеру. Да, ему дали сейчас денег, но он же понимает, что ему надо и дальше играть, еще жить много лет.

В нашем чемпионате вообще все играют в пол-силы. Мы к этому должны привыкнуть, они все потихонечку пытаются зарабатывать.

— Та же ситуация, что была в свое время в «Зените». Они играют так же, как получающие гигантскую зарплату иностранцы. Почему Дзюба, который забивает с пенальти, должен получать меньше, чем Халк, который этого сделать не может? Попробуйте объяснить психологически, что он должен забить гол, но если не забьет, с него спросят — а с Халка не спрашивают. Он же получает зарплату не за результаты, а потому, что он Халк.

 

— Ведомственность закончилась очень давно у нас. Женя Ловчев мне рассказывал, он вон сколько в «Спартаке» играл: сезон не считался провальным, если «Спартак» закончил его на 12-м месте, а «Динамо» на 13-м. Но это свои дела, там понятно, что спартаковцы болеют за своих, динамовцы за своих. Но когда Жеглов в «Место встречи изменить нельзя» говорит «наши», он имеет ввиду тех, кто играет за «Динамо», там свой динамовский флаг, школа, традиции… Сейчас кто такие спартаковцы или динамовцы? Я не думаю, что Кураньи сейчас настолько динамовец, что будет считать себя наследником Яшина. Такие же приглашенные футболисты.

— Аналогичная история, что и с Романцевым. Человек решил проявить независимость. Он же великолепно совершенно руководил! Сейчас «Кубань» идет в лидерах, и менять тренера — ну бред сивой кобылы. Формулировка может быть какой угодно — мягкости, жесткости ему не хватает. Когда в коллективе такая текучка кадров, это ни к чему хорошему не приводит.

— Если бы у нас футбол держался на деньгах, которые платят зрители, все было бы совсем по-другому. А финансирование сейчас другое. Все прекрасно понимают: ну что это за наказание, без зрителей играть в футбол. Ребят, ну кто-нибудь с головой дружит? Мы же играем без зрителей, три матча у ЦСКА! Что, других наказаний нет? Ищите другие способы, чем угодно, но не лишайте игры тех людей, кто хотел придти на стадион. Значит, это не так важно, говорят им — будут зрители, не будут. А я считаю, что это самое важное. Хорошо, возьмите деньги из штрафов, поставьте туда людей, через каждого поставьте полицейских, но не убивайте само боление как таковое. Дадим фонограмму какого-нибудь матча, колонки вон развешаны, пускай шумит…

Все организовано не так, и играть в другом городе тоже нельзя: болельщики туда в большинстве своем не поедут. Если вы хотите создать традицию, чтобы на вас ходили, чтобы была гордость за ваш край, вы должны вложиться, сделать там замечательные условия, создать хотя бы один футбольный стадион. Если мы можем позволить себе всякие дорогостоящие проекты, то почему не можем позволить один футбольный стадион на команду высшей лиги?