«Виллаш-Боаш – очень скромный. Однажды застрял в лифте на полчаса и никому ничего не сказал»

«Андре Виллаш-Боаш – человек неизменно доброжелательный» – мнение о главном тренере «Зенита» администратора команды Юрия Гусакова.

– Да, в команду меня пригласил Юрий Андреевич Морозов. Играл я за нее два сезона. В 1993 году уехал в Германию, играл в оберлиге, после года аренды там был продан «Зенитом» в камышинский «Текстильщик». Но уже в конце 1994 года Садырин вернул меня в «Зенит». Но возвратился я уже с травмой, восстановиться не получилось, и с карьерой игрока было закончено. Год ушел на поиски работы, пока исполнительный директор «Зенита» Виктор Сидоров не пригласил меня на должность администратора команды.

Это был конец 1996 года – команду принял Анатолий Федорович Бышовец. Человек он оказался очень интересный, тренер – требовательный и профессиональный. Тренировки были весьма разнообразными. Занимался он и досугом футболистов. Организовал на базе команды библиотеку, книги для которой приобретал сам. Анатолий Федорович очень хотел, чтобы футболисты интеллектуально и духовно росли. Одно время на базу приезжал даже учитель английского языка, но это как-то не прижилось.

После того как Анатолий Федорович стал главным тренером сборной и совмещать два поста у него не получилось, команду принял Анатолий Викторович Давыдов. Это было в конце 1998 года. В мае мы выиграли Кубок. Мы так долго ждали успехов – это был первый трофей за пятнадцать лет... И видно было, что город тоже этого очень ждал. Наш проезд по Невскому проспекту и Дворцовой площади собрал сотни тысяч людей. Прекрасно город воспринял и бронзовые медали, к которым привел команду Юрий Андреевич Морозов. Тогда в команде появились Аршавин, Кержаков, Быстров, чуть позже – Денисов. Прекрасно помню, как в конце «бронзового» сезона Морозов на тренировке чуть ли не со слезами говорил, что тренер может только мечтать о такой команде: все охотно тренируются, не надо никого подгонять...

Когда улучшились финансовые возможности, был приглашен иностранный тренер – Властимил Петржела. На тот момент после тренерской чехарды начались брожения, дисциплина в команде хромала. И решили пригласить на должность тренера жесткого человека. Появился у нас тогда Константин Сарсания, который совмещал агентскую деятельность и работу в клубе. Петржела был приглашен по его рекомендации.
– Петржела – жесткий тренер?

– Да. И у него были очень тяжелые тренировки. Тогда появились аэробика, бассейн… На сборах первая тренировка начиналась в 8 утра – зарядка, в 11 часов вторая тренировка, тактическая, на поле. В 4 дня часа – занятие на «физику»: бег, упражнения на скорость, вечером еще силовые упражнения в зале. Он сам всем руководил, и его занятия всем нравились. Было тяжело, но все игроки понимали, что с этими тренировками они только растут. До сих пор и Аршавин, и Кержаков вспоминают, что эти тренировки дали им много для дальнейшего развития.

– Это позже, когда в Петржеле проснулись его болячки. С самого начала ходили слухи про его игровую зависимость. И, к сожалению, в конце концов это проявилось. У него был такой вид, что мне казалось: человек какие-то препараты принимает.

– Он привлек в команду хороших игроков. Появились у нас футболисты сборной Чехии: Павел Мареш, Радек Ширл… Мартина Шкртела привезли при Петржеле. Он был просто молодой перспективный футболист. И по-настоящему раскрылся в нашей команде. Наверное, это была одна из самых удачных покупок «Зенита». Цена его продажи увеличилась раз в двадцать в сравнении с ценой покупки.

– Как зовут некоторых, я даже и вспомнить не могу. Эти покупки совпали с обострением состояния Петржелы, когда он уже не все контролировал и не все понимал. Под конец своей карьеры в «Зените» он на поле уже не выходил. Проводил тренировки Боровичка, ребята уже посмеивались над Петржелой, даже подарили ему телескоп, чтобы он из раздевалки или своего кабинета на базе мог наблюдать за тренировкой.

– Никто и не скрывал, что для «Промстройбанка», для Банкирского дома «Санкт-Петербург», «Зенит» – это очередной проект. Поэтому были продажи игроков, перед тем как банк вышел из футбольного бизнеса. Например, продажа Быстрова.

– Но не желание Быстрова. Ключевым фактором для руководителей были деньги – чтобы какие-то деньги, вложенные в «Зенит», вернуть.

– Дик – это топ-тренер. Первый даже не только в «Зените», а вообще в российском футболе. Человек был тренером сборной Голландии, возглавлял топ-клуб Шотландии. Харизматичный. Его слова не могли быть не услышанными или понятыми не так. Его требования – закон. Да, он начал с дисциплины, может быть, сначала казалось, что это детство какое-то: чтобы у всех одинаковые носки и трусы, майки заправлены в штаны. Не дай бог вдруг кто-то в столовую без носков или в тапочках... При этом до сих пор наши футболисты, кто с ним работал, его обожают – при всей его жесткости. Например, тот случай, когда Анюков, Аршавин и Денисов были отправлены в дубль. И они согласились, что это было по делу, и принесли позже свои извинения Дику и руководству клуба.

– От гостиницы, вообще от быта многое зависит. База, к сожалению, когда Адвокат пришел, еще не была готова. Поэтому при нем начали карантин проводить в гостиницах. И к форме был уже какой-то другой подход, к быту. При Петржеле было еще много типично советского.
– У Адвоката были любимчики?

– Может, и были. Но если человек начинал этим злоупотреблять, то сразу свой статус терял. К примеру, когда тот же Фатих Текке снизил к себе требования, они с Адвокатом просто разругались.

– Нет. Просто человек стал меньше тренироваться, начал возвращаться из отпуска гораздо позже положенного. Начались какие-то словесные перепалки.

– Когда спортивным директором стал Константин Сарсания, возникло подозрение, что он тянет в состав своих игроков. Они играли, не заслуживая этого. И тогда Адвокат принял решение: будут получать все одинаково. А играть – сильнейшие. Фурсенко это поддержал. Этим жестом он выровнял ситуацию.

– И правильно, наверное. Почему тот, кто играет, зарабатывает болью и кровью эти деньги, получает столько же, сколько тот, кто сидит на скамейке?

– Лучано – раскрепощенный и веселый человек. И в тренерский штаб он подобрал себе подобных. С первого дня его пребывания в «Зените» сложилась дружеская, домашняя обстановка. Первый сбор мы с ним провели в Эмиратах. Я помню, как он несколько раз за время пребывания там приглашал команду в шикарнейший ресторан «Армани». Ресторан закрывали, и в нем не было никого, кроме зенитовцев. Спаллетти лично все это оплачивал. И это было совсем недешево. После первого сбора он подарил всем часы. Производитель – предприятие, где он – один из владельцев. А став чемпионами, все игроки получили золотые кулоны на цепочке, именные, с номером и маленьким бриллиантом. Сотрудники получили медальон с гравировкой «С победой в чемпионате!». Позже он дарил сотрудникам прекрасную обувь.
– Из-за чего у Спаллетти начались конфликты с игроками?

– Мне кажется, из-за неуспехов команды. Когда нет результатов, начинают искать какие-то проблемы. Лучано начал нервничать, и ребята начали нервничать. Произошло какое-то отдаление тренера от команды. Он старался как-то с игроками заигрывать, от этого становилось только хуже…

– Мне кажется, дело в том, что Роман долго ждал подписания нового контракта, а его все не предлагали. Это все-таки зависело и от главного тренера, а, по его мнению, от Широкова стал исходить негатив. И Роман неуверенно себя чувствовал, а ему нужно как-то планировать свою жизнь, у него семья, дети. Нужна была какая-то определенность, а ее не было. Все это выливалось в конфликты.

– Это было начало тренировки. Как обычно, команда собралась в зале на базе. К тому времени мы уже знали, что итальянец уходит и его обязанности будет исполнять Сергей Семак. Спаллетти буквально за тридцать секунд обошел всех, всем пожал руки. Он был в джинсах и свитере. Было видно, что он очень расстроен. Все ему похлопали. Он поднял руки, произнес: «Я вас люблю. Извините, если что-то не получилось, это жизнь». И удалился.

У меня остались о нем самые хорошие впечатления. Его пребывание в Петербурге не ограничивалось одной командой. Ему был интересен и сам город. Я и другие члены команды дружески с ним общались, мы встречались семьями, катались на кораблях по Неве...

– Андре Виллаш-Боаш держится со всеми – и с футболистами, и со штабом – на некоторой дистанции. Но он неизменно доброжелательный. Я это и по отношению к себе чувствую. Очень, очень скромный. Однажды он застрял в лифте и просидел там полчаса. Ни разу не крикнул, никому ничего не сказал. Адвокат, наверное, разнес бы этот лифт.

– Виталий Леонтьевич Мутко, без пре-увеличения, возродил нашу команду. Еще когда я был игроком, мы искали каких-то спонсоров – то какие-то канадцы, то Петербургская телефонная сеть, мы перебивались с хлеба на воду… Мутко впервые подтянул сильные структуры, в частности, предприятия «Газпрома», и спонсоры не просто помогали «Зениту», но и всей душой болели за команду. И до сих пор любовь Виталия Леонтьевича к команде чувствуется. Он не может об этом публично говорить как министр спорта: команд много, выделять родной клуб негоже, он должен быть беспристрастен. Но буквально три дня назад я с ним встречался и убедился, что человек, занимая такую должность, в курсе всех новостей нашей команды. Видно, что он до сих пор искренне переживает за нее.

С Давидом Трактовенко, занимавшим пост председателя Совета директоров, я очень мало был знаком. Он нечасто присутствовал в расположении команды. Оперативным руководством занимался Илья Сергеевич Черкасов. Профессиональный управленец, экономист, добившийся стабилизации в расходной части бюджета команды, выстроивший ее структуру. Не могу сказать о нем ничего плохого.

Сергей Александрович Фурсенко – фанат своего дела, и я так понимаю, что в «Газпроме» он работал столь же эффективно, увлеченно и самоотверженно. Для него в работе нет мелочей, он перфекционист и максималист по жизни. Будучи человеком требовательным, он знал все подробности и нюансы работы каждого человека в клубе – от администратора до главного тренера. Во все вникал и знал все про всех. Он делал все, чтобы максимально помочь команде, чтобы команда достигла высочайших результатов. И до сих пор и болельщики, и игроки, вспоминая о нем, говорят только хорошее.

Также для книги «Вертикаль «Зенита» эксклюзивные интервью дали Андрей Аршавин, Владислав Радимов, Герман Зонин… Читателей ожидает множество ранее не известных фактов, подробно прокомментированных автором и его собеседниками. Книга будет снабжена фотографиями, предоставленными пресс-службой ФК «Зенит» и частными лицами (в том числе эксклюзивными, ранее не публиковавшимися материалами), и подробной статистикой.

«Данное издание не претендует на энциклопедичность и полноту. Это сборник очерков, сугубо авторский; это субъективный, возможно, не всегда справедливый, но честный взгляд на то, что произошло с «Зенитом» в последние четверть века», – говорит автор в предисловии.

Издается книга методом краудфандинга – народного финансирования. Каждый желающий может до конца февраля подписаться на «Вертикаль «Зенита» и получить разнообразные бонусы. Страница книги на краудфандинговом портале «Планета» – http://planeta.ru/campaigns/12407