Владимир Рыков: Футбол — не балет. Если можешь терпеть, терпи

— Первый раз такое у меня было — надеюсь, последний. Каждый высказал свое мнение. Судья (Алексей Николаев — прим. ред.) дал свое видение этого момента, я — свое. Валентина Иванова на заседании не было, в его заключении говорилось, что решение судьи нужно отменить. Там же, на заседании, когда мы еще не вышли, сказали, что отменят.

— Сказал правду: с моей стороны агрессии не было, наоборот, старался, чтобы никакого конфликта не возникло. Когда Тарасов побежал к судье, я хотел только помочь. Как потом судья сказал, получилось, как в фильме «Берегись автомобиля»: хотел как лучше, получилось как хуже.

— Да нет. Футбол — это мужская игра, и когда мужчина начинает падать (при том, что ничего не было, ни толчка, ни удара), это его не красит. Тем более мне в перерыве ребята рассказывали, что он единоборствами какими-то занимается. Думаю, он сам понимает, что сделал.

— Он просто бежал навстречу, а я выставил руку. Может, от испуга он упал или от этого касания? Не знаю, почему он так говорит.

— Понятно, что подкат был в мяч — за мяч же все-таки борьба шла. Но элемент прыжка тоже был, опасный момент. Шипами мог попасть в ногу и нанести травму, это беспокоило больше всего.

— Я тоже смотрю чемпионат Англии, и сейчас там такие моменты возникают. Да и по всему миру. Если игрок идет открытыми шипами, его наказывают.

— По исходу матча я, конечно, пересмотрел этот эпизод. Не надо было так бежать навстречу: по телевидению же и правда казалось, что это была агрессия. Стоило спокойно подойти, сказать, что так нельзя было играть.

— Мы обменивались и с тем же Аланом Касаевым после игры. Говорит, это футбол, тут все ошибаются.

— Ну это и на больших эмоциях сказано. Команда играла хорошо до удаления, а оно перевернуло весь матч. Это решение повлияло и на исход игры. Как в итоге и сказали, Николаев поступил неправильно.

— Если честно, в игре этого сильно не было заметно. Но потом ведь посмотрели матч, и да, какие-то спорные моменты больше в пользу «Локомотива» оценивали. Не знаю, что на это влияет.

— Если тебе больно, то больно на самом деле. Когда мне снежок попал в голову (в 2012 году в Рыкова, игравшего тогда за «Динамо» прилетел снежок на матче cо «Спартаком» — прим. ред), больно не было, я не стал корчиться, злиться… А если ты можешь терпеть, то терпи, можно без всего этого обойтись. В Уфе так и было. Ты ведь в футбол играешь, а не в балете танцуешь.

— Не скажу, что часто, но бывают. Надо же в игре бороться. Но что-то я не припомню, чтобы я прямыми ногами так шел.

— Раньше нравилось, как неуступчиво играл Горлукович. Когда смотрел «Спартак», следил за ним. Сейчас защитники уже другие пошли: первый пас надо отдавать. Прибавилось у защитников компонентов игры.

— Мне нравится, как ведет борьбу Вернблум. На грани фола, но иногда перехлестывает. Как он классно отборы делает в середине поля, все выжигает!

— В судейском корпусе происходят перемены. Вот и у нас был один, а стал Иванов — это тоже влияет, и в случае со мной и Тарасовым, возможно, тоже. Главное, чтобы игрок не получал травму, в этом они правы. Но иногда это мешает игре: матч прерывается, никакого ритма нет, болельщикам это не нравится.

— Таких особо не попадалось. Но тот же случай в Англии, когда Давид Луис упал в камеру заулыбался — вот пример.

— Мы хорошо подготовились ко второй части сезона. Плодотворно работали на сборах, тренировались на Кипре на хороших полях, это дало плоды. Нам нужно очки набирать. Сейчас все внизу подравнялись, чувствуется напряженность. Из-за этого, наверное, и большое старание.

— Нет, такого нет. Это просто после игры в Туле у нас было мало времени подготовиться к «Локомотиву», вот мы и заехали сразу на базу. Там и восстановиться было проще.

— Ну вот в Туле не скажу, что поле было неплохое. По крайней мере в первом тайме мяч даже быстро ходил, а уже потом газон чуть подразбился. Но это из-за погодных условий, а не потому, что у «Арсенала» поле плохое.

— За три дня поле испортилось, конечно: шел дождик, снег… Но вообще поле для всех одинаковое, и на любом газоне игрок обязан проявлять свои лучшие качества. Раньше играли на ужасных полях и показывали сумасшедший футбол — никто не жаловался.

— «Спартаку» Аленичев многое дал, играл там столько лет, и болельщики его любят. Но любому тренеру нужно время, а Якин за то время, что он пришел, мало что успел сделать. Тренеру надо дать поработать. Не могу сравнить сейчас «Спартак» с нашими топ-клубами: по игре они намного хуже «Зенита», «Динамо», «Краснодара»… При этом отмечу: раз Аленичев проделал с Тулой такой путь, от второго дивизиона до премьер-лиги, это о чем-то говорит.

— Хочется играть у себя дома, на Стрельцова. Не знаю, почему не получается. «Сатурн» — все-таки не наш стадион, торпедовский дух не там, а на Стрельцова. Плюс сейчас будут игры без болельщиков — а они как товарищеские. Придется настраивать себя как на официальную. Футбол для зрителей существует, для них мы играем. Команда сейчас борется за выживание, здорово, когда болельщики с нами.

— Можно принимать другие меры, которые влияют не на всех болельщиков. Сейчас же есть видеокамеры на стадионы, надо смотреть и выявлять кого-то лично.

Нужно радоваться тому, что команда поднялась в премьер-лигу, и помогать ей, быть вместе. Клуб же работает с болельщиками, объясняет, что это может навредить команде.

— После игры видимся, просим передать через главного по болельщикам, чтобы они нас поддерживали, а не играли против нас. Отвечают, что это какие-то личности, провокаторы, которых они не знают.

Это ведь и на игру влияет. Взять те же остановки в матче с «Арсеналом»: вспомните, когда сборная играла в Черногории, Дзагоев после возобновления получил травму. Это не лучшая форма остановки игры.

— Конечно. Игорю нанесли травму, он не смог продолжить матч — мне кажется, неправильно после такого не прекращать игру. Насколько я помню, когда в Шунина попали в матче с «Зенитом», тогда игру сразу остановили.

— Уханья, если честно, нет. Слышал, как кричат и поддерживают, а уханий отчетливо не помню.

— Здесь двояко. Конечно, с расизмом надо бороться. Когда кидали бананы или кричат про черных, это неправильно и это расизм в его самом ярком проявлении. Надо поставить себя на место человека, представить, если бы ты приехал в другую страну и тебя стали бы обзывать. Подобное не красит Россию.