Роман Павлюченко: После Англии звали в «Спартак», но плохо. Мало денег дали

-- В тот момент, когда переехал в Англию, захотел сделать тату. Там у каждого второго они. Как-то мне понравилось. В России стало модно. Хотел сделать маленькую надпись. Мне сказали, что это болезнь… А когда я приехал домой к маме, думал, у нее сердце остановится. А сейчас уже привыкла.

-- У нас, конечно, любят заглядывать в карман, считать чужие деньги. Пожалуйста, идите в футбол, зарабатывайте, кто вам мешает.

-- Кого-то нужно поругать, и он еще лучше будет играть. А меня нужно похвалить, я вспыльчивый человек. Начинаю злиться. Спортивная злость появляется, но она мне мешает, а еще когда несколько игр не можешь забить, еще больше нервничаешь.

-- Когда на трибуне смотрю футбол, чувствую себя Месси. На поле совсем по-другому. Те, кто со стороны видят футбол, думают, что понимают это – что все легко. На самом деле очень тяжело. Футбол стал скоростной.

-- С Ларисой мы с шестого класса. В шестом классе рано о любви говорить. За косички не дергал, я стеснялся даже дотронуться до нее. Я стеснительный человек. К серьезным отношениям она сделала первый шаг. Хотя она всем говорит, что я. Но я не сопротивлялся, ждал и готовился. Мы доверяем друг другу. Ценим и уважаем. Был момент, когда пришлось расстаться, я уезжал в другой город, в спортивную школу. Пришел в школу попрощаться, сказал, что уезжаю. И в тот момент она мне сказала, что поедет со мной – ты тот человек, к которому привыкла, поняла, что не могу без тебя. И вот так женились.  

-- Кто главный в семье? Не я точно. Сам не могу что-то решить. Если я что-то сделал, говорю жене, она начинает исправлять. Не думаю, а сразу делаю. Она более взвешенная. Я однолюб, не могу сегодня жить с одним человеком, а завтра сказать ему до свидания. Понимаю, что если бы не Лариса, не стал бы футболистом. В наше время, когда футболист получает большие деньги, нужен человек, который может их направить в нужное русло. В футбол мы не играем до 70 лет, в 30-35 игрок начинает заканчивать. А что потом? Нужен человек, который знает, куда вложить эти деньги, чтобы потом курить бамбук.

-- Что после футбола? Не думал об этом. Говорю себе – в футболе не останусь, тренером не стану… А завтра – кто знает, может, будет предложение? Футбол обсуждаем с женой – спрашивает, почему в том моменте не отдал, так поступил? Иногда я нервничаю, бывает, ругаемся. Стараюсь извиняться, взять за ручку – бывает, бывает…

-- Чтобы играть постоянно, нужно доказывать тренеру на каждой тренировке, что ты лучше. С тренером нужно найти контакт. Есть у тренера любимчики. Есть тренеры, которые приводят своих футболистов – так у меня было в Англии. Проще играть было в России, уровень другой. А психологически было легче там – прекрасный стадион, атмосфера, люди всегда поддерживают. Они молятся на футболистов. У нас чуть по-другому.

-- Я всеяден. Могу попробовать любое блюдо. Люблю нашу кухню. Борщ, пельмени, у меня жена хорошо готовит. Я сладкоежка, много сладкого ем.

«А милиционер оказался болельщиком ЦСКА»

-- Всегда симпатизировал Роналдо, бразильцу. И всегда следил за игрой Андрея Шевченко, нравился его стиль игры. Они много забивали, мне тоже хотелось. В России я всегда болел за «Спартак», и я попал в эту команду, отыграл 6 лет. Но сегодня мое сердце принадлежит «Локомотиву», что будет завтра, не знаю. Но я всегда переживаю за «Спартак». После Англии звали в «Спартак», но плохо. Мало денег дали. Но значит, так надо.

-- Коллекционирую футболки, у меня их очень много. Самые ценные – «Реала», «Бавария», «Милан», играл против них. Есть футболка Криштиану Роналду, Месси…

-- Свободное время… Есть, но мало. Если есть выходные, стараешься больше времени уделять детям. Есть один месяц в году, отпуск, долгожданный декабрь. С дочками играем, чтобы меньше ребенок был в компьютере. Дочь в третьем классе, много уроков задают.

-- Был случай, остановил милиционер за скорость. Превысил. Я уже начал напрямую говорить, что футболист «Спартака». А он говорит, что болельщик ЦСКА. Пришлось тратить время, платить штраф. Но в основном отпускают.