Федор Смолов: В какой-то момент Кокоре дали зеленый свет в «Динамо». Мне - нет

- Я определенно повзрослел. Конечно, понимаю, что если бы года на два раньше повзрослел, было бы еще лучше. Многое поменял в своей жизни. В первую очередь, переосмысл отношение к футболу. Раньше мне это все казалось просто словами – что нужно посвящать жизнь футболу, чем-то жертвовать, от чего-то отказываться. Думал, с чего вы это взяли? Вроде и так все хорошо. А сейчас я это осознаю.

- Вклад Вики в мое взросление, да, большой. Но, считаю, все совпало: и я сам пришел к этому, и ее слова, ее взгляд на эти вопросы, ее поддержка. Наши совместные беседы с ней, с моими родителями.

- Я вообще лидер. Даже в детстве, помню, всегда пытался, вплоть до самых мелких упражнений, сделать лучше всех. Да, была зажатость. Думаю, из-за того, что у меня отец был в Москве, а я рос с мамой, не хватало этих взаимоотношений отца и сына. Возможно, я искал эти взаимоотношения с тренером. Хотя это не нужно и мешает делу. На крики, замечания реагировал слишком болезненно. Этого не стоило делать, потому что я это все-таки рассматривал подсознательно, как укоры своего отца. А это были рабочие моменты. Молодому футболисту нужна игровая практика, поддержка. Может, мне ее в той мере, в которой она была нужна, не давали.

(О том, как относится к обструкции трибун)

- Что касается реакции болельщиков, меня это никогда не смущало. Если что-то выкрикивают с трибун – чаще улыбаюсь. Я вне футбола и даже на футболе добрый и открытый человек, поэтому стараюсь улыбаться всегда. И не очень люблю ходить с недовольным лицом, грузить людей.

- С Гусом я работал в «Анжи». Самая большая его заслуга – в том, что он раскрывает футболиста, весь его потенциал, находит к нему подход, чтобы он чувствовал себя востребованным, нужным, что с ним общаются. Самая сильная черта Хиддинка – то, что он психолог. Он понимает людей, чувствует их.

- Его твит совершенно не понял (Черышев написал после турнира, в котором сборная России проиграла все три матча: «Как ты подойдешь к делу, такой результат и будет. Футбол должен быть на первом месте! Будем работать дальше!» – Прим. ред.). Считаю, он тем своим поступком пытался как-то отделить себя от коллектива. Хотя мы приехали туда решать задачи именно как команда.

Но нам, объективно говоря, далековато до французов, испанцев. У них и детские тренеры высокой квалификации, и подход к футболу совершенно иной. Там футболист до 23 лет должен находиться в структуре клуба. У нас в 19–20 лет не попал в основной состав и, по большому счету, не нужен клубу. Там понимают, что в 23 игрок может выстрелить. И они на нем смогут заработать денег или игрок принесет клубу очки, голы. Поля, инфраструктура – это все сказывается. Они с детства привыкли играть на идеальных полях. Все технические элементы совершают на более высокой скорости.

- Однозначно мы могли рассчитывать на большее. Не знаю, что случилось с Николаем Николаевичем (Писаревым, главным тренером – Прим. ред.). Когда играли отборочный турнир, он говорил: «Ребята, выходите, играйте, как умеете». Был позитив. И мы играли в свое удовольствие, все получалось… Возможно, ему в РФС ставили задачу на Евро. И эта нервозность сказывалась и в его действиях, установках. К сожалению, мы пытались как можно примитивнее играть.

- За рубежом только приветствуется творчество на поле, его не убивают. Если игрок индивидуально сильный, они будут способствовать развитию, улучшению его сильных качеств. Меня спрашивали: «Зачем ты всегда хочешь вперед сыграть? Отдать пас или обыграть?». На что я искренне отвечаю: «Так ворота же соперника там находятся, нам забить туда надо». На что мне тренер, взрослый человек, говорит: «Зачем? Сохрани мяч, отдай его, условно, Димке Хохлову или Игорю Семшову, они знают, что делать». Я не нашелся, что возразить.

Но меня не сломали, нет. Потому что я все-таки смотрю европейский футбол. Был в Голландии, а это только укрепило мои позиции относительно атакующего футбола.

(О покупке дорогих машин и фото на фоне них)

- Много, кто у машин фотографируется. Можно ездить на этих машинах и не фотографироваться с ними. Мне как-то ближе эта позиция. Никогда не буду осуждать человека, что он купил дорогую машину, потратил на это все свои деньги. Но для меня странно, если он выставляет фотографии с этой машиной каждый день. Купил – езди на здоровье. Но зачем всем это показывать?

- Вижу себя на ЧМ-2018 игроком стартового состава сборной. Это как бы моя цель.

- С Геннадием Леонидовичем Соловьевым (вице-президентом клуба – Прим. ред.) всегда на связи, за что ему большое спасибо. Всегда меня поддерживал, продолжает поддерживать. Последнее его сообщение: «Всегда верил и верю». Очень приятно.

- С Кокорой, на самом деле, мы меньше общаемся сейчас. В силу того, что в разных командах уже, давно вместе не играли, у всех уже взрослая жизнь. Какие-то совместные интересы ушли на второй план. Кокорин, очевидно, сейчас на слуху, потому что он на лидирующих позициях и в сборной, и в клубе.

В какой-то момент, считаю, что Кокоре в «Динамо» дали зеленый свет. Его поддержали там, это очевидно. Думаю, он сам это прекрасно понимает, подтвердит эти слова. Здесь дело в другом: он реализовал и подтвердил все авансы в дальнейшем. Поэтому все заслуженно, все справедливо.

- В первую очередь, виню себя, потому что, наверное, давал поводы с собой так поступить, не рассчитывать... Второе – считаю, что где-то и вина «Динамо», что не поддержали меня. Можно было подойти, поговорить, дать лишний шанс, продемонстрировать заинтересованность. Но я не жалею, что так сложилось.

После окончания сезона в «Урале» все-таки «Динамо» будет приоритетным клубом, потому что я девять лет там. Но я хочу играть. Приходить и сидеть – меня этот вариант не устроит. Понимаю, что в «Динамо» будет тяжело получить место на поле. Исходя из этого, стоит подумать, где, может, будет проще, будет больше возможностей появиться на поле.

- Будучи в «Анжи», перестал вести твиттер. Надоело читать бесконечные попытки меня ущипнуть. Поначалу пытался что-то отвечать, вплоть до «пиши номер». Ну, реальный бред. Сейчас не реагирую.

- Тогда пусть болельщик сам выйдет. Тогда, получается, мне надо посмотреть, как он работает и тоже начать его обсуждать? Уверен, что они тоже неидеально выполняют свою работу. И вряд ли они являются лучшими там в своем деле. Можно критиковать команду, ее действия. Но унижать и оскорблять, как это делают у нас в России, считаю неприемлемым.

Та же ситуация с Андреем Аршавиным после чемпионата Европы. Спрашивал в сборной, зачем так Андрей отреагировал? Мне по эту сторону экрана все преподнесли так же, как и вам. А на самом деле там все было иначе. Даже во время игры с Польшей, когда он пошел подавать угловой рядом с сектором российских болельщиков, ему такого накричали… После игры прийти и похлопать им за то, что они кричат во время матча? Нормальный человек этого не сделает.

(О том, считает ли он нынешнее поколение футболистов талантливым)

- Да, потому что все-таки поездка молодежной сборной на финальную стадию чемпионата Европы – успех. В последний раз молодежная сборная была там 15 лет назад, кажется. И не уверен, что в ближайшее время она там будет.

- Я не заслуживал фортуны. Может быть, из-за отношения к делу, к работе, к футболу. Пришел, поиграл, по полной, вроде, отдался, выложился. А потом момент – и мяч не залетел, не повезло. Ты думаешь, почему же тебе не везет. А, может, потому что ты думаешь, что, типа, ну, ладно, пофигу, лягу сегодня в три ночи, завтра в 11 тренировка…

Удачу нужно заслужить. Она приходит все-таки, мне кажется, когда работаешь, жертвуешь, отдаешься.

- Задумка такая: это как стена с граффити. Причем там разные шрифты. Как будто подходили разные люди и писали что-то свое. Но все фразы и надписи для меня важные.