«Нет-нет, спасибо». Как Капелло вел себя по прилете в Россию

 Четыре месяца назад – впервые в 2015 году – мы встречали Фабио в «Шереметьево». Коллапс в РФС тогда только назревал, но ситуация с задолженностью перед тренерским штабом сборной была даже хуже нынешней. Тогда сборной России еще предстоял выезд в Подгорицу, а катастрофический матч с Австрией даже не маячил. Тогда Фабио откликался на приветствия, улыбался и отвечал на наши вопросы. Потом наверняка вопросы были заданы тогдашнему президенту РФС Николаю Толстых. А ответы (и долг) помог получить Алишер Усманов.

Вопрос «Сколько?» можно было адресовать Капелло и сейчас. Накануне РФС официально объявил о расторжении контракта с Фабио, но умолчал о сумме неустойки. Назывались разные цифры – 930 миллионов рублей, 8 миллиардов евро или и даже больше. На исполкоме РФС сумма неустойки и ее источник не обсуждилась, а и.о. президента союза Никита Симонян вообще обижался на вопросы о деньгах и просил не лезть в чужой карман.

Планов у Фабио в его последний визит в столицу России немного. Некоторые юридические вопросы надо решить лично. С итальянцем хотят попрощаться руководители РФС. Никита Симонян не просто так напоминал на исполкоме, что подписывал контракт с Капелло после ухода Сергея Фурсенко. Так вышло, что и соглашение о разрыве контракта придется подписать Никите Павловичу.

…Фабио в этот раз опоздал совсем ненамного: рейс из Милана приземлился в 16:35 вместо положенных 16:30. В зале прилета Капелло показался ближе к пяти вечера. Как всегда непроницаемое лицо. Слегка потертые джинсы, скромные и элегантные кроссовки, подходящие к ним светлый блейзер и серый джемпер. Сопровождают Капелло не генменеджер сборной (теперь уже экс-генменеджер) и правая рука Фабио Оресте Чинквини и не сын (и по совместительству юрист) Пьерфилиппо, а жена Лаура. Супруги одеты в подходящем друг к другу стиле и на фоне других туристов супруга Дона Фабио выглядят куда эстетичнее.

В зале прилета легкий гомон: «Капелло!». Итальянец передает чемодан в руки сопровождающему и добирается до машины налегке.

- Можно пару вопросов, Фабио? – обращаемся к Капелло.

- Нет-нет, спасибо, - в голосе Фабио нет недовольства, скорее, какая-то досада и обреченность. Вопросы, что он думает об увольнении, о сумме неустойки тоже не интересуют итальянца.

В феврале Капелло сообщал по прилету, что готов приниматься за работу, и ничего важнее для него нет. Работы больше нет. Слов тоже.