Дмитрий Хомуха: Что для Виллаша-Боаша сборная России? Ничто

— Ничего необычного. Опыт у нас уже был, мы выигрывали Евро среди 17-летних в таком же формате.

— Не удивить – мы на это рассчитывали. За этим мы и ехали в Грецию, серебро – не прыжок выше головы. Мы действующие чемпионы Европы среди 17-летних, куда не отобрались ни немцы, ни испанцы, ни голландцы. С кондачка оказаться в финале чемпионата Европы и победить там нельзя. Шесть побед из шести в отборочном раунде с разницей мячей 25:3 говорят о многом, таких результатов не было давно.

— Это одно из первых поколений, к которому на уровне детско-юношеского футбола стали поворачиваться лицом. Ребятам повезло зацепить период в начале нулевых. Тогда все ушли из манежей, поднималась инфраструктура, начали обращать внимание на тренерские кадры и образовательные программы.

— В 2013-м мне заслуженного тренера не дали. Исполком ходатайствовал министерству о присвоении звания, но по каким-то причинам мне этого звания не дали. По каким, я не уточнял.

— Какие льготы вам дает это звание: проезд, прибавку к пенсии, гараж?

— Мне это неинтересно. Но приятен сам факт того, что вручили и отметили заслуги – мои и тренерского штаба.

— Владимир Борисович Скоков – мой давний друг, мы вместе играли в футбол, и в «Шиннике», и в «Тереке». Когда я получил назначение в сборную, Скоков был первым, кто ко мне обратился с просьбой войти в штаб. Он успешно работал в школе «Динамо», сейчас – в «Чертанове».

Кочешков Николай Анатольевич – мой второй помощник. В данный момент работает в ФШМ, очень долго возглавлял юношеские сборные среди женских команд. Алексей Орлов,тренер по вратарям, появился у нас чуть позже. Тоже представитель женского футбола, работал там в структурах РФС.

— Три. Никита Чернов, Александр Макаров (из-за травмы не поехал на Евро), Анатолие Николаеш был с нами в 2013 году. Александр Головин прибыл в ЦСКА чуть позже.

— Это очень перспективный футболист. У него есть качества, которые, при правильном отношении к делу, позволят ему претендовать на игру в РФПЛ. И, со временем, в национальной сборной – если регулярно будет выходить в клубе.

— Вопреки обстоятельствам. Картины не испортил, результативных ошибок не совершил, хотя волновался, конечно. Вот так с листа перепрыгнуть через ступень и справиться с волнением трудно.

— Удовлетворение от проделанной работы. Это была приятная неожиданность. Каким-то образом мы дали Никите возможность заявить о себе. Неспроста на него обратили внимание и в клубе, стали привлекать к тренировкам в первой команде, выпускать на кубковые матчи. Но это заслуга не только моя, но и тренеров ЦСКА.

— Мы один раз встречались – еще до чемпионата Европы. Один раз – с Капелло, другой – с Чинквини. Они интересовались моим мнением о футболистах юношеской сборной, спросили, есть ли перспектива у них оказаться в национальной сборной в ближайшее время. Я сказал: «До того времени, как они начнут регулярно играть в клубах премьер-лиги, говорить о сборной нецелесообразно. Только практика на уровне взрослых команд позволит оценить их реальные возможности».

— Заинтересованность в подборе кандидатов была, и серьезная. Они рассчитывали определиться с вектором развития до 2018 года. Спрашивали, кто реально может претендовать — я назвал ряд имен.

— Эта ступень позволила мне на равных конкурировать со взрослыми футболистами. Я участвовал во всех матчах и стал кандидатом в юношескую сборную СССР только благодаря этому правилу. Требование об одном футболисте не старше 21 года в премьер-лиги сделало бы обойму гораздо больше.

— Эта тема поднималась, но не нашла своего продолжения.

— Наши игроки представлены клубами первой восьмерки, которые играют в еврокубках. Там конкурировать с игроками национальных сборных в данном возрасте сложно: клубы ставят перед собой серьезные задачи. Уйти в команду второй восьмерки – выход из положения.

— Быстро не смогу. Вот Зобнин стал получать игровую практику в «Динамо», стал там игроком основы – при том, что еще в прошлом сезоне в клубе было много легионеров.

— Но Могилевец возвращался именно в запас «Зенита», а не в основу: из-за лимита там был нужен еще один россиянин в центр полузащиты.

— Тогда был лимит 7+4. Когда ты идешь в команду с трансферами на 30, 40, 60 миллионов евро, понятно, что шансов у тебя немного. У Павла прямой конкурент — игрок, купленный из «Манчестер Сити». И агент футболиста, и сам он должны реально оценивать свои возможности – а они, по-моему, просто просчитались. Зачем менять то, что хорошо работает? Ты стал игроком национальной сборной в составе «Рубина», выше нет команды.

— Для меня нет.

— Никак.

— С одним только, в силу обстоятельств. Была возможность самостоятельной работы в клубе, агент вышел на меня с таким предложением. Пришлось встретиться.

— Скорее всего, когда выберут президента РФС. Будет конкретный разговор – будем обсуждать. Пока никаких предложений нет.

— Дал всем заинтересованным понять: сначала жду развития ситуации в РФС, потом буду рассматривать другие варианты.

— Конкретный нет.

— Это все, что всплывает с прессе про молодежную сборную, не более того.

— Конкретно такого нет. Сейчас приоритет – разобраться с тренером главной команды, после этого обсудим молодежную.

— Плох солдат, который не мечтает стать генералом. Но у меня пока недостаточно опыта, чтобы тренировать национальную сборную. Мне необходим опыт и клубной работы, чтобы совершенствоваться – и только тогда можно будет говорить о национальной сборной. Но в перспективе поработать в ней главным тренером хотел бы.

— Я же не отказываюсь. Если все кандидаты откажутся от этого предложения, то, конечно, я буду думать.

— 4 сентября.

— Времени очень мало. Сейчас важно отсматривать кандидатов в молодежную команду, чтобы это было не в авральном режиме. В молодежку кандидатов вдвое больше, чем в юношескую сборную.

— Сейчас конкуренция завершилась для 19-летних – наиболее способные должны переходить в молодежную команду. А там конкуренция с игроками 94-го и 95-го годов, они старше и физически мощнее. Наш тренерский штаб как раз и создавал такую среду: ни один игрок не чувствовал себя на сто процентов основным. Открыто говорим игрокам: «Среди вас нет ни одного игрока, которого мы не смогли бы заменить. Вы должны на каждой тренировке доказывать свою состоятельность».

За примерами далеко ходить не надо – посмотрите на чемпионов Колыванова 2006 года. Снизили к себе требования, посчитали, что чего-то добились – все, быстро о них забыли.

— Да. УЕФА поставил нас в неравные условия. На первом матче с Голландией административным образом поменяли сетку: сказали, рейтинг у сборной России ниже, чем у испанцев с немцами. Они играли в 21:45, а мы пол-седьмого. Таких матчей в жару мы провели три, два из них – в меньшинстве. Ресурсы молодых футболистов не беспредельны.

— На тот момент руководителя у РФС не было, как вы знаете.

— По ходу турнира уже ничего нельзя было сделать. Кардинально никто бы ни на что не повлиял.

— Все как обычно. Но финал стоит за скобками. Повышенное внимание перед финалом, конечно. На ребятах сказалось. Они владели информацией, что матч перенесли на Первый канал, его представители посетили нашу тренировку. Все сами прочувствовали, поняли, что не просто так их на Первый поставили.

— Только один не испытывает с этим проблем, у всех остальных – это имитирующий фактор. Это Денис Якуба. Мы его с позиции опорника поставили левым защитником, и за четыре года, приезжая к нам, подтянул левую ногу до хорошего уровня.

- Абсолютно. Пример Капелло тому подтверждение. И английский опыт и работа в нашей сборной говорит о том, что специфика очень серьезная, нужно расставлять правильные приоритеты.

- Достаточно было посмотреть на команду Франции, и сразу возникали вопросы. Чисто физиологически человек в 19 лет не может так выглядеть. С таким же подходом мы столкнулись и на чемпионате мира. В африканских, азиатских и южноамериканских сборных происходит то же самое.

- Это глубокая проблема, она заложена в детско-юношеском футболе. Не буду говорить про Европу, так как не знаю, как там обстоят дела. А что происходит внутри нашей страны, все знают. Все упирается в социальный статус детского тренера. Когда к игроку из регионов проявляют интерес клубы из Москвы, Санкт-Петербурга или Краснодара, то люди идут на то, чтобы менять возраст футболиста, чтобы он был конкурентоспособен. За это им компенсируют стоимость молодого игрока. Вот так, локально, завоевываются мнимые медали и кубки, но по существу мы теряем в качестве. Есть много ребят, которые отстают по физическому развитию, но лучше подготовлены в техническом плане и в игровом мышлении. Как раз они сходят на нет потому, что оказываются не востребованы, неконкурентоспособны только из-за физической подготовки. Никто не хочет ждать два-три года, когда человек сформируется. Хотя у таких ребят гораздо больше перспектив стать хорошими футболистами, чем у тех, кто силен физически.

- Несомненно.

- Возьмем пример ЦСКА. Я категорически был против, если предлагали футболистов, вызывавших сомнения.

- Все наиболее развитые в этом отношении страны, команды Бельгии, Голландии, имеют вторые сборные именно из таких ребят. И проводят внутренние соревнования. Наш тренерский штаб мог бы собрать вторую сборную как раз из таких футболистов 1996 года рождения. Мы им всячески давали шанс. Понимали, что на данном этапе они не смогут быть конкурентоспособными, но все равно вызывали в команду, чтобы они не теряли надежду и знали, что их видят.

- Я посмотрел достаточно большую группу игроков «Краснодара». Наоборот, там были физически крепкие ребята и конкурентоспособные на уровне первенства России. Но мы смотрим на качества, нужные на европейском уровне. А их было недостаточно. Но сейчас в «Краснодаре» ситуация меняется в лучшую сторону.

- Сразу обозначил позицию, сказал, что общения быть не должно. Тренерский штаб знает об этом. Ходило много разговоров, что мы, наоборот, активно работаем с агентами. Но никто не знает, что когда только начинали формировать сборную, ведущие клубы страны вообще не хотели отдавать нам футболистов. Приходилось собирать команду по принципу «кого дадут». Поэтому брали большое количество игроков «Чертаново». Был разговор с директором школы, он сказал, что при любых обстоятельствах, даже в ущерб своей подготовке, готовы предоставить в сборную футболистов. Мы приглашали шесть человек, они стали чемпионами Европы. А клубы на первых порах категорически не отпускали футболистов. У них своя стратегия, международные турниры, и эти турниры для клубов важнее, чем сборная.

- Трое: Нурисов, Зуев и Якуба.

- Еще хуже стало. Если тогда шел разговор о товарищеских матчах, то сейчас столкнулись с ситуацией, когда на официальные соревнования не отдают футболистов.

- Все зависит от позиции и статуса РФС. Именно эта организация должна принимать решения и выбирать пути развития российского футбола. Если этого нет, то клубы диктуют свои правила.

- Сейчас ситуация поменялась, может быть стоит лишать команды очков.

- Значит замкнутый круг. Клубы настаивают на том, что вправе решать все вопросы, так как платят игрокам деньги. С другой стороны, ни один клуб не даст такой уникальной возможности, как сборная: играть со сверстниками на самом высоком уровне.

- Мне логику сложно понять. Когда звонят представители «Зенита» и просят на неделю отпустить Шейдаева, а мы готовимся к элитному раунду (по его итогам сборные отбираются на чемпионат Европы), я иду им навстречу. Человек сидит две игры в запасе, потом утром, за четыре дня до соревнования, приезжает, а вечером опять улетает. И все потому, что у клуба позиция: мы отзываем футболиста, он прилетит за два дня до элитного раунда. Комментировать здесь очень сложно. Сначала благодарят, что я пошел навстречу, а потом в административном порядке опять забирают футболиста.

- Свою состоятельность надо доказывать на уровне европейских команд. На определенном этапе мы его вызывали, смотрели. Амир относится к игрокам позднего развития. Техническое оснащение, понимание игры у него на хорошем уровне. Но Натхо нужно было время. А когда другие футболисты подтвердили свою состоятельность во время отборочных раундов, заменить из и поставить человека, который у нас никогда не был, не совсем правильно. Мы предлагали ему приехать на сбор. Но отец Амира попросил, чтобы он не ездил, а закрепился в «Барселоне». Потом возможности вызвать игрока уже не было. Агент Натхо не располагает информацией, как развивалась та ситуация. Мы напрямую говорили с отцом.

- Смотрел за ним в матче Лиги чемпионов. Но на тот момент кандидаты, что были у нас, выглядели предпочтительнее.

- На начальном этапе был. Потом в РФС произошли изменения, должность сократили.

- Возможно, и помог бы.

- Молодые футболисты должны быть готовы к повышенному вниманию. Если вы играете в клубах хорошего уровня, вы столкнетесь с этим. И искусственно ограничивать их тоже неправильно. Смотрим, как ребята на это реагируют, это тоже своего рода тест.

- Не без этого. Журналистам нужно было подготовить нарезку о том, как готовится сборная. Приехали различные каналы, везде камеры, идем в столовую, а они снимают. Конечно, для молодых это необычная ситуация. Возможно, это их тоже закрепостило.

- Спортивный психолог проводил ряд тестов, чтобы сформировать психологический портрет спортсмена. Обладает ли лидерскими качествами, является ли ведомым или ведущим. Для нас это было большим подспорьем. Если двух лидеров поселить вместе, они друг из друга энергию вытянут. Потом эти мысли подтвердились, и мы начали распределять внимательнее, кто с кем в номере живет.

- Разово будем обращаться, может быть, тестирование проводить. У нас самих уже опыт есть. Понимаем, какого человека перед собой видим, какими качествами обладает. Приведу пример по сотрудникам в других сборных. У команды Германии 22 человека в административном штабе, у Испании – 19. Даже учитель есть. Если у футболистов были пробелы в образовании, они получали задания и онлайн их решали, а преподаватели все контролировали.

- Девять.

- Главный психолог для работы со звездой – тренер. Мы сразу расставили акценты, как увидели подобные проявления.

- Вот поэтому большая группа футболистов и не оказалась в сборной. Спрашивали: «Зачем я приеду в сборную, если играть не буду?» Но если ты не готов конкурировать, зачем ты нам нужен? Не готов конкурировать с партнером по команде, но хочешь играть против Испании, Англии и остальных топ-сборных. Такая ущербная психология нам не нужна. Есть ребята, которые реально могли бы претендовать на место в команде. Но у них позиция: я играю в клубе, точно так же должен играть и в сборной.

- В Европе уже все изобрели. До 23-х лет футболист не имеет права распоряжаться средствам, что ему перечислил клуб. Он получает, условно, пять тысяч евро, все остальное может получить его представитель или родители. Бросается в глаза, когда парню 18 лет, а он приехал на машине представительского класса. Более сильный испанец не приедет в клуб на крутой машине.

- Много мелочей, они все на виду. Начиная с рюкзаков известных фирм и заканчивая дорогими наушниками. Наши футболисты берут не самое хорошее, не уровень игры футболистов, а внешние проявления. Вот по этим проявлениям нашим равных нет. А по уровню мастерства еще расти и расти. Но у многих уже на данном этапе хорошие финансовые возможности. И контракты у игроков наше сборной разнятся в десятки раз. Условно, у одного контракт 10 рублей, а другого – один. Хотя футболисты одного уровня.

- Вы запрещали пользоваться телефонами?

- Столкнулись с тем, что это необходимая мера. Это мешает, отвлекает игроков. Мы поздно вечером забирали телефоны, отдавали после утренних мероприятий.

- Это все индивидуально. Наметилась тенденция, что молодые поехали за рубеж. Но никто из ребят не играет за первые команды, они выступают на уровне нашего дублирующего состава. Та же самая ситуация, что и в России. Лучше попытаться проявить себя в клубах второй восьмерки РФПЛ. И доказать там свою состоятельность, как это сделал Могилевец.

- Со стороны кажется, что помимо капитана Митрюшкина, на поле лидером является Баринов. Так ли это?

- Да, он один из лидеров. Выделяется и по духу, и по харизме.

- Везде ситуация меняется в лучшую сторону. Все понимают, что с учетом кризиса, денег в футболе становится меньше. Уже не будет таких трат. Приходит осознание, что подготовка ближайшего резерва – важная составляющая. На западе это необходимая мера для выживания клубов, особенно если брать Бельгию, Голландию, Португалию. У нас такой необходимости нет, пока клубы живут за счет финансирования госкорпораций. Как только такая необходимость настанет, все будут в равных условиях, будут конкурировать между собой.

- Думаю, таким должен быть путь развития. К 2018 году построят 12 стадионов. Значит, у вас есть инфраструктура. Волевым решением убираются госкорпорации и бюджетное финансирование, и на повестку дня выходит конкурентная среда. Тогда нужно будет привлечь зрителя на стадион, с этого получить прибыль, и потом эту прибыль правильно распределить. Тогда я посмотрю, как купят Халка за 60 миллионов или Витселя за 40. В этом случае клубы будут включать рычаги, которые работают во всем мире. А когда у вас в команде нет ни одного представителя из вашего города, вызывает большие сомнения, что зритель вообще придет. У нас хотят финансироваться за счет государства и диктовать государству, какой должен быть лимит. Позицию частных клубов понимаю, она обоснована.

- Не только меня и не только «Зенит». Если хотим развиваться не на словах а на деле, нужно двигаться в правильном направлении, менять базис профессионального футбола в целом.

- Потому что понимают: основа, фундамент именно в этом. Конечно, такое требует куда больше времени и нервов. Но этот путь позволит клубам сыграть «вдолгую», быть конкурентоспособными потом, а не сию минуту.

- С клубами общаюсь не так давно, а раньше в основном со школами. И там тоже были проблемы. Вот с «Чертаново», например, всегда удавалось находить общий язык. А у кого-то была совершенно противоположная позиция. Региональные клубы, как правило, почитают за честь, если их футболист выступает за сборную. А топ-клубы порой совершенно к этому равнодушны.

- Пытаюсь не выходить, сдерживаюсь. В раздевалке ничего подобного точно не случается. На скамейке, в зависимости от событий на поле, иной раз могу себе позволить всплеск. Но не по отношению к игрокам.

- У любого есть вывеска, и есть внутренний мир. Картинки эти различаются. То, что сидит глубоко, иногда всплывает.

- Игровой опыт — очень полезная штука. Я закончил в 35, но к тренерской профессии начал себя готовить лет с 27. Уже тогда думал, чем стану заниматься, конспектировал, анализировал, пытался вжиться в роль тренера.

- Иногда проскальзывает кое-что. Но не то, что можно озвучить публично.

- Вот читаешь порой в прессе про своих футболистов. «Обладает такими-то качествами, технически подкован, тактически выучен, физически одарен...». Спрашиваю у тренерского штаба: это точно про наших написано? Мы-то знаем ситуацию изнутри, парням еще работать и работать. А напишут так, будто игрок уже чуть ли не готов для первой сборной.

- Шутили по этому поводу. Смотрим видеозапись, наш парень принимает мяч и тот отлетает от него на пять метров. А теперь, говорю, смотрите запрещенный прием, который нельзя использовать. И показываю испанцев. Передача на 50 метров, прием — и мяч, как привязанный, остается на ноге, хотя в принимающего несется соперник. Вот так, объясняю, никогда не делайте. Запрещено. Смеются — и все понимают. Что вот пока вы — а вот испанцы, для приближения к которым нужно много работать.

- Расскажу историю. Мы как-то почти случайно с командой ЦСКА выиграли детский турнир в Германии. И запомнился мне там один парень, немец. Очень ярко сыграл. Спустя несколько лет поинтересовался его судьбой. Мне говорят: подписал контракт с «Нюрнбергом». А в молодежку вызывается? Да, один из кандидатов. Какой по рейтингу? Восьмой-девятый. Иными словами в ведущих футбольных странах по 10 претендентов на каждую позицию.

- А у нас?

- Хорошо, если двое равноценных.

- Конечно.

- Бывает, скажешь на кавказский манер: «Красаучик!», чтобы разрядить обстановку. Все-таки большие турниры отнимают очень много моральных сил. Приходится находить какие-то способы для нейтрализации психологического давления.

- Именно это и имел ввиду. К тому моменту как раз подтянется инфраструктура и включатся рыночные механизмы, традиционные для всего мирового футбола. Должны включиться. Мы же пытаемся идти каким-то своим путем. Я даже не знаю, где еще есть госфинансирование клубов, за исключением нескольких специфических государств и республик бывшего СССР.

- Не будем строить иллюзий. В составе «Зенита» на матчи Лиги чемпионов, таких, как с «Байером», выходило по два российских полевых игрока. Не говоря уж про то, что петербуржцев в команде и вовсе почти не осталось. Построят стадион на 70 тысяч. А местных в команде нет. Сильно сомневаюсь, что арена заполнится хотя бы наполовину.

- К тому, что сборную некем было бы комплектовать. Номинально можно найти молодых, но конкурентоспособных, с игровой практикой, - вряд ли.

- Нет. Знаю, что корни украинские. Глубже не разбирался.

- Сколько у вас было удалений за карьеру?

- Когда сам играл, ни одного. А в тренерах как-то случилось. Вопиющая несправедливость, не смог сдержаться. Когда детей начинают засуживать, это уже ни в какие ворота.

- Нет, высказался. До рукоприкладства стараюсь не доходить.

- Когда нужно будет в очередной раз разрядить обстановку, вспомню эту историю. Скажу своим вратарям: по сравнению с вами я лучше — на ноль отстоял. Пришлось надеть перчатки по ходу матча с «Торпедо», да. И сразу случился штрафной. Выстроил стенку, всю команду в нее поставил. Хорошо, соперники за 20 минут ни разу в ворота не попали.

- Совсем уж искусственной мера не планировалась. Если бы один из клубов проявил заинтересованность, и нашлись бы спонсоры, могло получиться интересно и актуально. Это позволило бы плотно поработать с ближайшим резервом для сборной.

- Коммерческая информация, разглашать не стану. Тема денег в нашей команде вообще не фигурировала. Один раз объявили, ребята заранее узнали условия, и молчок.

- Не готов сказать.

- Последнее ближе к истине. Хотя я слабо разбираюсь в ценах на велосипеды.

- Если говорить о том, кто меня воспитал, то это Тачмурад Агамурадов. Он потом долго работал в «Пахтакоре», сборных Узбекистана и Туркмении. Благодарен этому тренеру, фактически своему второму отцу. Он всегда меня поддерживал. И сейчас в любой момент могу ему позвонить, спросить совета. Когда он пригласил меня помочь в сборной Туркмении, я не смог отказать. Приехал и сыграл.

- Человек неуемной энергии, очень эмоциональный, любитель анекдотов. Вот у Найденова графины в стену летали, случалось. Я, 17-летний, смотрел на него широко открытыми глазами. Кстати, когда Найденов уезжал из Ашхабада в Новороссийск, звал меня с собой.

- Это гибкая система, способная трансформироваться на определенных отрезках. Как базовая расстановка — да. Остальное диктует игра.

- Никакого диктата нет. Когда в финальной части дважды остались в меньшинстве, вынуждены были менять схему. И это нормально. Тренер вправе брать на себя ответственность.

- Если начнут регулярно играть в клубах, у нескольких человек будет шанс. Причем начинать надо именно сейчас, пока у них эмоциональный подъем. В дальнейшем вывести их на первые роли будет куда сложнее. На Западе так и поступают: молодые, окрыленные локальным успехом, пытаются проявить себя в еще большей степени. За немцев против нас выходил играть Вернер. У него уже 50 матчей в бундеслиге. Их левый хав забивал «Реалу» в Лиге чемпионов. А у наших были только эпизодические и временные роли.

- В том числе. Сколько Газзаев набил шишек, когда стал доверять Березуцким или Дзагоеву? То же самое было, когда он в Киеве вывел на первые роли Ярмоленко, Хачериди, Коваля. Сейчас это ключевые фигуры сборной Украины. А кем бы они были без тренерского доверия?

- По поводу Виллаш-Боаша не готов ничего говорить. Напрямую столкнулся с ситуацией, в которой проявилось его полное непонимание текущих процессов. Что для португальца сборная России? Ничто. У него свои задачи и амбиции, никак с интересами российского футбола не пересекающиеся. А ребятам, если их отдадут в аренду, советую подтверждать свой уровень в командах другого класса.

- Это лучше, чем «10 плюс 15». При таком варианте молодых просто закатали бы в асфальт. А так у них есть шанс проявлять себя по крайне мере в клубах второй восьмерки.

- Видел после Греции. Не стал смущать, прошел мимо. Только подначил немного: «Диаспора, зажигай!». Я так Гулиева с Шейдаевым называю. Вообще музыка у нас часто звучит и в раздевалке, и в автобусе. Ведь релакс какой-то нужен. Или, скажем, в воде упражнения делаем, прямо на пляже. Люди смотрят, ребята работают. И нагрузка, и разгрузка. Главное, чтобы это не перерастало в длительную потеху. Немножко оттянулись, гаджеты сдали, и спать.

- На турнирах некогда релаксировать. Оперативка, организация, анализ, теория - круглосуточно. Делаем с ребятами упражнения в том же море, вот и все.