Артем Дзюба: Лучше честно уйти, чем облизывать ромбики

В первый раз в «Спартаке» был конфликт – меня убрали внаглую. Ничего не оставалось, просто перед фактом поставили, не давали тренироваться. Было очевидно, что нужно куда-то уходить. Я выбрал «Томь» из-за Валерия Кузьмича Непомнящего. Нисколько не жалел об этом и не жалею. Это замечательный специалист, с которым у меня сложились потрясающие отношения, я ему очень благодарен. В период становления из мальчика в мужчину он мне помог, психологически очень поддержал.

Вернулся через три-четыре месяца, и когда вернулся, «Спартак» предложил мне новый контракт. После сборов понял, что шансов у меня не будет, как бы я ни выступал. Мне Валерий Георгиевич (Карпин – прим. ред.) прямым текстом это сказал. Я понял и решил уйти. Было непросто, пришлось достучаться до Леонида Арнольдовича Федуна – чтобы дозвонились до него, и лично он дал команду меня отпустить. Потому что мне не давали уйти без продления контракта, а я этого не хотел, не видел смысла тратить годы. Сидеть в золотой клетке, думаю, это ни для кого.

Со мной в «Спартаке» поступили некрасиво. Уже даже руку не жали. Все акционеры кроме Федуна прошли и со всеми поздоровались кроме меня. Уже нет речи даже об уважении, не могли по-человечески посмотреть в глаза, подойти, поговорить…

Контракт заканчивался, отправили меня в аренду без продления контракта. Вернулся – никаких разговоров нет. Как только начал забивать голы, они подняли панику: «Подписывай!» Я говорю: «Давайте зимой к этому придем. Пока буду спокойно играть». Они говорят: «Нет. Сейчас». Я говорю: «Давайте я подумаю». Как начал думать – меня сразу убрали в запас. Потом начались разговоры про деньги и еще что-то. Это было непорядочно, некрасиво. Я пока об этом не хочу говорить, но когда-нибудь расскажу полностью, открою всю правду, как все было на самом деле, чтобы понимали.

Развернули определенную группировку болельщиков, как я знаю, купленную. Начали против меня настраивать определенных журналистов. Какая шла агитация… Это не красит такой клуб, как «Спартак». Начали душить со всех сторон, провоцировать. Ребята сказали: «Артем, терпи, сейчас начнется ад». Меня предупредили определенные журналисты, что дана команда «фас»: тебя поливать, тебя убивать, рассказывать, какой ты алчный.

Сценарий мне в принципе обрисовал генеральный директор Роман Асхабадзе. Дал понять: если сейчас не подпишешь в определенный момент, когда курс евро подскочил, сейчас будет выгодно подписать, больше денег в два раза… На что я ответил: «Сейчас не деньги главное. Это правда. Мне нужно думать о своей дальнейшей судьбе. Я хочу что-то выигрывать. Вот и все». После этих фраз я понял, что, наверное, и закончил выступления в «Спартаке».

Изначально у нас с Якином были потрясающие отношения. Он часто меня вызывал, со мной разговаривал. Есть ситуация, когда я действительно плохо играл, но, например, в прошлом году один из тренеров Мурата Якина просто меня «завалил».

Подготавливал к игре, восстанавливал. У меня была небольшая травма, он меня засунул в ледяную воду восемь раз и восемь раз в теплую. На что я кричал ему, что лучше не надо. Он отвечал: «Слушай меня, я делаю правильно». Это было перед игрой с «Амкаром». На следующий день я пришел с температурой 39,2. Сказал: «Спасибо огромное. Я же говорил». На что мне отвечают: «Ничего страшного, 39, мы ее собьем». Я говорю: «Какое – буду отдыхать, и все». «Нет-нет, ты нам нужен».

Мурат Якин меня попросил поехать, потому что нападающих не было, Мовсисян был травмирован. Я поехал с температурой, всю ночь не спал – антибиотики, чем меня только не пичкали, чтобы как-то поднять на ноги. На ватных, с температурой 37,5, не спавший, кое-как отыграл, мы проиграли – я слег, просто не мог ходить.

В «Ростове» попал к специфическому тренеру Курбану Бекиевичу (Бердыеву, – прим. ред.). Он не очень любит арендованных футболистов и не очень любит людей, которые не проходили с ним предсезонку. В первый же день дал мне чумовой тест, хотел проверить, думал, я его завалю. Я его пробежал полностью. Он, наверное, был удивлен. Челночный бег, 13-минутный, по-моему. Меня еще так испугали – говорят: «Если сойдешь на седьмой-восьмой минуте – ничего страшного». «А это нормально?» – спрашиваю. «Десять минут – нормально». «Боже мой, – думаю, – надо дотерпеть». Пробежал, и Курбан Бекиевич меня допустил до тренировок и к команде. Он относился ко мне не то, что… Я на него никак не обижен, просто он относился ко мне как ко временному человеку. Думал, что я пришел отбывать номер, пришел транзитом, буду себя беречь перед «Зенитом»…

Сейчас в футболе очень важно стало, нравишься ты тренеру или нет. Можешь быть сильнее на голову футболиста, своего оппонента, но, если тренеру не нравишься, будешь в запасе сидеть. По любым причинам. Просто не нравишься чисто по-человечески. Хотя я считаю, что это неправильно. Мы не в мире моды – нравлюсь я, не нравлюсь… Девушка может нравиться, а парень – какая разница? Не понимаю, когда говорят: «Сложный характер». Все, кто хочет победить, мне кажется, все, кто к чему-то стремится, все – непростые ребята.

По мне лучше честно сказать в лицо и куда-то уйти, чем сидеть под кем-то, лежать и, как преданный пес, улыбаться, зато три-четыре года кричать, бить себя в грудь, что я великий спартаковец, зенитовец, динамовец – неважно – облизывать ромбики… Лучше быть честным и уйти в Томск или Ростов, чем сидеть и просто быть не самим собой. Это было бы нечестно, может быть, в чем-то комфортно, но мне кажется, мужчина должен идти своим путем – тем, который он считает правильным.

Ни разу не говорил, что никогда не перейду в ЦСКА или «Зенит». Это полная ложь. Я помню, что сказал: «Это злейшие враги на футбольном поле, потому что самые сильные, принципиальные соперники – «Зенит» и ЦСКА. Мне против них играть интересно. Нужно себя проявлять в матчах с лучшими – только тогда ты можешь становиться лучшим». «Перейдете ли вы когда-нибудь в стан врага?» – вопрос. Я сказал: «Сейчас, на данный момент, этого не вижу. Но, если не буду здесь востребован, или еще какие-то будут ситуации – где мне быть и доказывать свою состоятельность? Уйти куда-то в «Амкар»? Не в обиду им, это не чета «Зениту» – правильно?

Когда поступило предложение «Зенита», я с удовольствием его обдумал. Когда закончу карьеру, меня спросят: что ты выиграл? Я не буду говорить, что играл сорок лет за «Спартак», занимал третье-второе места, а задача была – пятое-шестое, как в последнее время там было. Время футболиста короткое. Нужно играть в сильной команде, в которой ты можешь прогрессировать, с которой можешь выигрывать трофеи.

В матче с «Тереком» Дзюба получил локтем по лицу от полузащитника грозненцев Адилсона. Диагноз: осколочный перелом носа. Участию Дзюбы в матче следующего тура с «Уфой» травма не угрожает, но «Зенит» заказал ему за границей специальную защитную маску, в которой при необходимости форвард выйдет на поле стадиона «Нефтяник» 9 августа.