СВЕТСКАЯ ЖИЗНЬ

  В современном футболе, да, наверное, и во всей истории игры не было звезды, к которой эпитет «модный» подходил бы в большей степени, чем он подходит к Дэвиду Бекхэму. Он поднял умение продавать свой имидж на недосягаемый уровень. Поэтому интервью со «спайс боем», предлагаемое вашему вниманию, посвящено только этой теме. Ну и еще такому знаменательному событию, как рождение у него второго сына.

— Насколько известно, дату родов у вашей супруги Виктории назначили заранее.

— Да, мы решили произвести кесарево сечение именно 1 сентября, потому что, во-первых, и срок уже подошел, а во-вторых, этот день удобен для меня тем, что он свободен от игр и тренировок. Следовательно, я мог, не отпрашиваясь с места работы, присутствовать в родильной палате.

— Нормально ли протекала беременность?

— В целом, да. Только в середине августа, когда сроку оставалось порядка двух недель, Виктория изрядно поволновалась, не чувствуя движения плода в утробе. Она заставила меня срочно отвезти ее в госпиталь, где после часового обследования врачи успокоили ее, сказав, что с плодом все в порядке и с ней – тоже. Они дали послушать ей сердцебиение младенца, и тогда она вдруг разревелась, как сумасшедшая.

— Карл-Хайнц Румменигге, недавно получивший в наследство от Франца Беккенбауэра пост президента «Баварии», сказал про вас, что вы «постепенно превращаетесь в девушку». К такому выводу его подтолкнули ваши наманикюренные пальцы. «Бекхэм отнюдь не выглядит по-королевски надменным. Но с этим гипертрофированным чувством моды, с ухаживанием за своими пальчиками футболист в нем уступает место женщине» — так звучало его высказывание.

— Мне показывали это его журнальное интервью. Он там вдоволь порассуждал на тему моды, и досталось не только мне. Румменигге неодобрительно отозвался также о вкусах Штефана Эффенберга, который однажды заявился на клубный рождественский вечер в неподходящих для этого мероприятия красных кожаных штанах и ковбойских сапогах. И напротив, положительную реакцию у него вызывает манера Руди Феллера осветлять свою шевелюру перманентом, из-за которого она кажется полностью седой. Что ж, у каждого свои вкусы.

— В качестве продолжения этой темы: в июне, когда сборная Англии выступала на чемпионате мира, номер популярного в стране и за ее пределами журнала «Marie Claire» вышел с вашей фотографией на обложке. К этому были приложены серия эротичных снимков и фривольное интервью на внутренних полосах. Таким образом, вы в очередной раз заставили взвизгнуть от удивления и восторга своих почитателей обоего пола. Ведь этот журнал доселе публиковал на первой странице только снимки женщин.

— А это как раз то, что и заставило меня согласиться на это предложение: стать первым мужчиной с обложки. Я предвкушал, как все воскликнут: «Вау!» «Когда возникла идея отойти от традиции, кандидат был только один – ты, — сказала мне издатель журнала Мэри О’Риордан. – Ты для наших женщин все: и отец, и муж, и футболист, и икона. Одним словом, последний герой».

— На этом вы, впрочем, не успокоились. В прессе прошло сообщение, что скоро ожидается ваш еще более шокирующий «выстрел» – фото на обложке плюс интервью в стильном журнале для геев «Attitude». (С владельцем этого журнала Ричардом Десмондом Бекхэм состоит в дружеских отношениях. — И.Г.)

— Я никогда не скрывал, что меня не смущает то обожание, которое ко мне испытывают гомосексуалисты. Скорее, даже восхищает. Но как бы ни раздражал я своим маникюром строгого тевтонского ортодокса Румменигге, как бы ни заставлял облизываться британских голубых, я продолжаю сохранять традиционную ориентацию. И сексуальную неутомимость. Знаете, почему Виктория выглядит такой стройной – если не иметь в виду беременность? Потому что в постели я зверь. В период беременности она меня возбуждает даже больше, чем обычно. Беременность, особенно на позднем сроке, когда малыш уже просится наружу, – это одно из самых сексуальных состояний в жизни женщины.

— Около недели назад вы подписали многомиллионный контракт с издательством «Харпер Коллинз» на публикацию своей автобиографии.

— Моей первой настоящей автобиографии – хочу это уточнить. Все книжки про меня, что уже выпущены, – это не то. Мой опус должен увидеть свет осенью 2003 года, и в нем будут раскрыты многие интересные подробности моей как футбольной, так и личной жизни. Например, я поведаю историю своих взаимоотношений с Викторией и порассуждаю о том, что вдохновляло меня на очередную смену прически. В первый раз я расскажу о себе сам своими собственными словами.

— Тем временем от Футбольной ассоциации Англии вам уже поступило предупреждение о том, чтобы вы были с этим поосторожнее и не перегибали с желанием эпатировать публику.

— Дело в том, что как раз сейчас чиновники решают, как быть с Роем Кином, который понаписал в своей автобиографии такое... Он фактически рубанул сук, на котором сидит. Книга Кина еще только готовится увидеть свет, но даже отрывков из нее, которые с опережением публикуют две газеты, оказалось достаточно, чтобы вызвать шумный резонанс.

— Теперь поговорим о живописи. Ваш портрет в полный рост, написанный художником Барри Новисом, установили на днях в Пантеоне. (Эта английская достопримечательность расположена в Сторхеде, графство Уилтшир, и представляет собой классическое здание с садом, оборудованным под старину, – так, как он выглядел 200 лет назад. — И.Г.)

— Меня приглашали туда. Восхитительное место. Иногда для посетителей комплекса на полянку выходят актеры и разыгрывают разные сценки. Антураж сада дополняют фигуры античных богов и героев – Изиды, Бахуса, Дианы, Геракла. А теперь в компании с ними красуюсь и я – в форме английской сборной, с победно выкинутой вверх рукой. Мое появление в этой компании весьма странно. А Катрин Бойд, представитель Национального попечительства, организации, которая ведает этим проектом, дала мне такое объяснение: «В ХVIII веке люди почитали античных персонажей и они играли важную роль в искусстве. В наши дни эта традиция утеряна, и мы, соединяя старую философию с новой, нашли выход в дополнении классического ряда фигурой современного героя. Вы нам показались наиболее подходящим на эту роль».

КСТАТИ

В воскресенье Виктория Бекхэм успешно разрешилась от родов, принеся своему супругу Дэвиду сына весом 3200 граммов, которого нарекли Ромео.