Виталий Мутко: У нас должен появиться «Никита Павлович Симонян-2»

Первый вопрос новоизбранному президенту РФС был по поводу задержания президента Всероссийского объединения болельщиков (ВОБ) Александра Шпрыгина, который был задержан в туалете прямо во время конференции РФС.

– Мы долгие годы сотрудничали с ВОБом, поддерживая их организационно и финансово, - начал Виталий Леонтьевич. - Можно сказать, ВОБ было нашим мостиком во взаимоотношении с фанатскими движениями. Потом я ушел с поста президента РФС, и не знаю, что происходило. На Евро многих членов этой организации задержали правоохранительные органы, да мы и сами видели, что они творили на трибунах. Это все очень неприятно. РФС помог этим людям финансово, а в ответ получил такую жесткую реакцию УЕФА. Конечно, на такие вещи надо реагировать. Это не значит – закрывать. Но обсуждать. Мы уже провели встречу с теми, кто отвечают за работу с болельщиками ведущих клубов России. Предложили им создать ассоциацию или комитет. Но созданы они будут уже на основе новых стандартов и с использованием систем против футбольных вредителей. По поводу задержания Шпрыгина мне сказали, что по нему давно существует запрос от правоохранительный органов Германии и Франции. Это никак не связано с Конференцией.

– Ваше отношение с Шпрыгину за последние годы изменилось?
– Конечно. Мы накануне Евро общались, вспомнили множество светлых моментов – как они организовывали матчи против Англии, Германии. Как собрали полный стадион на игру с Азербайджаном. Но потом, повторюсь, после ухода из РФС не знаю, что случилось во взаимоотношениях РФС и ВОБа. Но мы видим всплеск насилия на стадионах. Поэтому считаем, что ВОБ нас подвел. И футбол и страну.

– По ходу конференции вы сами говорили, что совместительство – это очень трудное дело. Поскольку ваше будущее в РФС определилось, хочется узнать, какова ваша судьба, как министра спорта?
– Это не от меня зависит, а от Президента. Опыт совмещения должностей у меня есть. Сейчас планируем внести структурные изменения в работу РФС. Когда я вернулся в РФС, эти изменения уже начались. Произошли сокращения. Человек числился в РФС экспертом, получал 40 тысяч долларов, а приходил на работу раз в неделю. Планируем изменения и в системе управления. Есть замечательный вице-президент Никита Павлович Симонян. У нас должен появиться «Никита Павлович Симонян-2». Чтобы мы в ближайшие годы смогли вырастить будущего лидера и президента.

– Готовы сотрудничать с конкурентом по выборам Валерием Газзаевым?
– Я с огромным уважением к нему отношусь. И его программу сидел и с карандашом изучал. Плюс внимательно слушал сегодняшнее выступление. В целом, наши программы в структурном плане один к одному: профессиональный футбол, кадры, детско-юношеский футбол. А основа всего – экономика. Неразрешенных проблем нет. Нужно взаимодействовать.

– В одном из своих предыдущих интервью вы говорили, что доля государственных денег в бюджетах клубов около 90 процентов. Планируете это как-то менять?
– Клубы РФПЛ и участники еврокубков должны соблюдать финансовый фейр-плей. Там довольно жесткие требования, которые, конечно вызывают вопросы. Рынки-то везде разные. Есть планы, чтобы ограничить траты государственных денег. Например, сделать так, чтобы они не могли тратиться на покупку игроков, а только на детские команды, инфраструктуру. Хотите покупать игроков, зарабатывайте. Выращивайте своих и продавайте. Работа, работа и еще раз работа! Когда я начинал работать в профессиональном футболе у меня в «Зените» не было никаких бюджетных денег. Никогда. Чего мы только не придумывали, чтобы зарабатывать. Также нужно и нынешним руководителям. Нужно мониторить рынок, грамотно подбирать менеджмент и прочее-прочее-прочее.

– Газзаев назвал вашу программу до 2030 года фикцией. Можете кратко и тезисно объяснить, почему это не так?
– Эта программа такая же, как и у Валерия Георгиевича. У нее те же приоритеты. Может, она чуть более приземленная. Не знаю, что имел в виду Газзаев. Наверное, это можно объяснить выборами, избирательной кампанией. Никто не говорит, что данный вариант программы – окончательный. Но она есть, ее можно взять за основу. РФС будет иметь несколько конкретных публичных обязательств по ней.

– Газзаев декларировал возможность доведения стоимости телеправ РФПЛ до отметки в 200 млн евро. К какой цифре нужно стремиться по-вашему?
– Согласен с Газзаевым, что стоимость телеправ РФПЛ занижена. Конкретную цифру назвать сложно. Но ее определяет платящий. У нас в стране привыкли получать бесплатный футбол. Если вы помните, то я стал одним из первых президентов клубов, которые подписал коммерческий контракт. Я видел плакат с обращением к РФС на одном из кубковых матчей, где говорилось, почему на 14:00 назначили матч? Но вы поймите, что телевидение диктует свои права. И приходится отталкиваться от их пожеланий. Сейчас приходиться возвращаться назад. В том числе и из-за выступлений на Евро. После него интерес к трансляциям от каналов упал.

– Во время речи на конференции вы сказали, что вы чудик. Что вы имели в виду?
– Что всегда беру на себя ответственность. Не прячусь. Как ведь говорят, у победы тысяча отцов, а поражение всегда сирота.