«Руни – простой, как работяга с завода». Как наш парень пробивается к звездам

То, что воспитанник обнинского футбола 18-летний нападающий Максим Бойчук почти год занимается в футбольной академии Великобритании – не новость. Новость в другом – за это время он вырос из игрока уровня замены команде КФК до футболиста, которым интересуются клубы английского чемпионшипа.

Год назад Бойчук играл за обнинский «Квант» в турнире КФК. Думал, в какой вуз поступать. Планы нарушил один футбольный проект от известного товарного бренда.

В Европе такие проекты существуют с 2009 года. Набор игроков – в буквальном смысле с улицы. После дворовых турниров в своих странах у ребят есть шанс попасть на базу сборной Англии. Не для фото, а для полноценных тренировок в британской Академии. За семь лет более 50 ее воспитанников получили профессиональные контракты. Например, экс-спартаковец Маджид Уорис.

Через такое же сито прошел и Бойчук. С первым турниром в России не задалось, но спустя полгода он попал в число лучших и был приглашен на отбор в Великобританию. Он шел три дня, были трехразовые тренировки. Причем проект устроен так, что вместе с новичками, приехавшими на отбор, занимаются и игроки прежних созывов. И все бьются за возможность остаться еще на полгода.

- Начиналось все банально. Занимался даже не в футбольной школе, а в любительском клубе, - рассказывает Бойчук. - Балабаново – небольшой город. Все друг друга знают. И как-то друзья вытащили меня в эту секцию. Занимались по три раза в неделю. Сначала отношение к тренировкам было хорошее, а потом люди стали потихоньку «забивать», прогуливать. В общем, команда стала разваливаться. В 14 лет перебрался в обнинский «Квант». Обнинск недалеко от Балабаново, километров десять. Там все было серьезнее – занимались каждый день по полтора часа. Через полтора года стали подпускать к главной команде, которая выступала в КФК.

- Выделялись среди сверстников?
- Не задумывался, если честно, просто играл в футбол. По юношам становился лучшим бомбардиром, но на КФК, например, никогда не был основным нападающим – играли, кто постарше. Либо обнинские ребята из предыдущих выпусков, либо «легионеры» – взрослые мужики. Правда, был момент, когда я четыре игры подряд забивал, выходя на замену.

- В «Кванте» уже стали зарабатывать?
- Обещали, что будут платить около 10 тысяч. Но кормили «завтраками». Я на это в принципе не обращал внимания, играл для себя. В команде мне все нравилось. Угнетало только, что на тренировках изо дня в день были одни и те же упражнения.

- В Англии разнообразнее?
- Да, тут детальнее подходят к тренировкам. У нас есть тренеры для вратарей, для защитников, для нападающих.

- На что в первое время указывали тренеры в Англии?
- Говорили, чтобы двигал мяч, не останавливая его первым касанием, а обрабатывал в сторону, например. И самое главное – объясняли, как правильно открываться. Не просто бегать в ожидании мяча, а смотреть, что делают другие игроки, и в зависимости от этого заполнять зоны. Это было самым сложным.

- Долго втягивались?
- Дебютировал против академии ПСЖ, вышел на последние 15 минут. Очень сильные ребята у французов. Во второй игре тоже вышел на замену – при 0:1 вместо травмированного нападающего. Сначала сравнял счет, а потом на 90-й минуте забил победный мяч. С того момента восемь месяцев играю почти без замен. Раза три тренер проводил ротацию, но мои конкуренты себя не проявили. Сейчас в соперниках игрок из нового созыва – новозеландец Майер Биван. Очень хорош. Он недавно был со сборной страны на Кубке Океании в Вануату. Команда взяла золото, а он стал лучшим бомбардиром, получил «Золотую бутсу».

- Вы рассказывали, что играли на таких плохих полях, что не понимаете как можно жаловаться на покрытия в Академии. Опишите самое ужасное поле в вашей карьере.
- Наверное, это поле в Бабынино. Играл там на первенство Калужской области. Поле было примерно как вот здесь (показывает на клочок земли с кочками и сорняками – Прим. ред.). Еще помню, как играл на поле, у которого не было линии аута – просто начинался асфальт. В КФК поля были уже лучше.

- Что было самым трудным в Англии?
- Адаптация. Не знал английского, поэтому на тренировках не все понимал. Но язык в итоге выучил. Свободного от тренировок времени было не так много, но вечером стабильно один-два часа мы занимались английским с учителем. Ложился спать, а на следующий день все снова.

- Футбольная армия просто.
- Да, пришлось непросто, но сейчас привык. Уже могу с носителем языка свободно говорить.

- Вы уехали в Англию как раз перед поступлением в вуз. Сейчас об образовании задумываетесь?
- Нет. Все мысли пока только о футболе.

- Академия из Великобритании занимается на базе сборной Англии. Кого из знаменитостей видели?
- Всю сборную Англии. Еще «Ливерпуль» приезжал. Оказывается, у Клоппа даже в день игры есть тренировка. Вообще это эмоциями не передать. Сидишь, крутишь педали в «качалке», а в окне видно, как на поле занимается «Ливерпуль». Клопп, конечно, грандиозный тренер. На тренировках такой же эмоциональный.

- Поговорить с кем-то удалось?
- С Джо Хартом. Он очень общительный. Например, Старридж, когда мы помогли ему открыть дверь (там было хитрое устройство, с кнопкой), повернулся и посмотрел на нас с таким лицом, мол, вы чего, я же Старридж. А Харт подмигнул, спросил как день проходит. Еще с Руни пообщались на открытой тренировке для детей. Он показался таким простым, будто работяга с завода.

- Что за тренировка?
- В честь того, что он забил рекордный гол за сборную Англии. Из нашей академии взяли меня, корейца и вратаря. 30 минут смотрели как Руни из разных положений «кладет» мячи по углам. Причем видно, что он делал это без напряжения, расслабленно. Просто идет подача, а он слета в одно касание то в «девятку», то в «шестерку».

- Какая из академий, против которых вы играли, произвела самое сильное впечатление?
- Команды академий «Ливерпуля» и ПСЖ, которые нас просто раскатали. Если дублю «Спартака» (1:4) мы хоть и проиграли, но, считаю, что смотрелись неплохо, то там было просто без шансов. А для меня наиболее важными стали игры с «Галатасараем» (3:1) и «Лестером» (2:1), в которых я забивал.

- За семь лет существования проекта около 50-и человек подписали профессиональные контракты. С кем-то из этих ребят лично знакомы?
- С Коннором Вудом, которого недавно подписал «Лестер». Мы вместе попали в академию. Он сильно прибавил в «физике», стал раза в два мощнее. Мышление у него хорошее, левая нога великолепная. Может играть вингера и левого защитника. И очень-очень быстрый.

- А к вам обращались клубы с предложениями?
- Обращались. «Флитвуд» из первой лиги Англии (третья по силе), еще одна команда из чемпионшипа, но тренеры всем отказывают, потому что у меня проблемы с визой. Поэтому в Англии не смогу играть, без вариантов.

- В России?
- Нужно рассматривать все варианты, которые поступят.

- После тех полей с асфальтом вместо аута вы все равно не против вернуться в Россию?
- Я к таким полям с детства привык. Сейчас уже ловлю себя на мысли, что если поле чуть лучше чем те, из детства, то для меня это идеал. Когда тренировались в Новогорске на приличном разбитом поле, почувствовал, что это мое, родное.

- У вас есть агент?
- Нет. Держу связь с координатором академии и все.

- После матча с российским филиалом проекта - «К11» - вами заинтересовались российские агенты. Говорят, уже из ФНЛ есть интерес.
- Это хороший вариант. Поступит предложение – с радостью обсужу.

- На кого равняетесь?
- На Агуэро. Из-за него, Яя Туре и Джо Харта болею за «Манчестер Сити». В детстве поддерживал «Спартак». Но это было так давно, что, можно сказать, неправда.

- Матчи РФПЛ смотрите?
- Топовые – да.

- И как на фоне английской премьер-лиги?
- Сильно отличается. В Англии другое качество футбола. Там именно играют в футбол, а не просто есть нацеленность на ворота. В России по-другому. Команды активно использую длинный пас, выносят в зоны, а нападающий бежит и борется за мяч. В Англии так первая и вторая лига играют. В чемпионшипе уровень уже выше, не говоря об АПЛ.

- Какие сейчас планы?
- Вернуться в академию. Скоро новый отбор. Постараюсь сохранить за собой место. Будет непросто, потому что только от России четверо ребят приедут. Но шансы у всех равны. А в перспективе, конечно, профессиональный контракт.