Кипит армейский чайник. Василий Уткин о ЦСКА

Никакой проблемы «Слуцкий и ЦСКА», «Слуцкий и фанаты» нет. Есть другая, которая описывается законами физики: в закипающем чайнике крышка пляшет. Не носик, не ручка и не донышко, а именно крышка, потому что ее можно снять.

Обновлять состав дорого и долго. Менять хозяина менее хлопотно, но… Не стоит вдаваться в подробности, которые могут следовать за этим многоточием, - владельцы ЦСКА назвали слухи о продаже клуба злонамеренными. То есть - сказали, что не продают.

И даже если на самом деле это означает другое - например, что продать ужасно хочется, но некому, никто не рвется или цену не дает, - в общем, даже если предположить нечто еще более злонамеренное и совсем уж ни на чем не основанное, суть та же: менять владельца, как минимум, долго.

Остается главный тренер. Это быстро.

Не имеет смысла обсуждать, трусливо ли играет ЦСКА. Это вопрос терминов. Есть термины, в которых подвиг панфиловцев окажется трусостью: они же не шли в атаку, в конце концов. Лейтенант Шмидт с революционного крейсера «Очаков», скрытый главный герой старого незабвенного фильма «Доживем до понедельника», - нерешительный, слабовольный человек. Михаил Илларионович Кутузов, тот вообще законченный трус: отступил после Бородино, Москву сдал. История дает немало примеров настоящей трусливой тактики.

Что уж говорить о ЦСКА: тут ни жизнь, ни судьба страны не поставлена на карту, играй - не хочу. Не играют. Стало быть, не хотят.

И дальше, возвращаясь к терминологии чайника, горячий пар начинает искать выход. Конечно, есть в наличии антигерои. Например, нападающий Траоре. Давно не было, что правда, то правда, у ЦСКА менее харизматичной атаки - высокий, как вертикально поставленный хлыст, разочарованный в жизни человек. Не таким он был, приехав в нашу страну впервые, правда? Конечно. Тогда ведь он приезжал из Румынии, на первый в жизни большой контракт, молодой парень, перед которым были все пути открыты! Сейчас же он знает, что не подходит английской лиге, во французской сидел в запасе, настоящее у него в аренде, будущее в тумане.

На Траоре и злятся, но что толку? Он чужой. А больше сердиться и не на кого. Остальные свои в доску.

Слуцкий же никогда для болельщиков своим не был. Думается, и не будет. Ни для каких причем болельщиков, во всяком случае, в России.

Если некогда успешная команда подходит к пределу своих возможностей, начинается поиск жертвы. Кто-то должен стать мишенью. В «Спартаке» периода раннего упадка ею стал Андрей Червиченко. Так и остается ненавистной фигурой, хотя за время, которое его нет в «Спартаке», можно было построить три новые команды чемпионского пошиба. Но Червиченко продолжают считать малограмотным неумехой, пусть даже доподлинно известно, что Андрей Владимирович высокообразованный человек и коллекционер искусства, а вдобавок к этому он из двух футбольных бизнесов выходил с прибылью - другого такого примера наш футбол не знает.

Такова публика. Она ведь почему всегда права? Потому, что публика - это чистая эмоция. Она - необузданная, неостановимая сила. «Спартак» тот не мог оставаться прежним, и болельщик почувствовал это первым.

Теперь черед ЦСКА.

Вопрос ведь не в том, будет ли клуб продан и усидит ли главный тренер. ЦСКА будет всегда, кто бы его ни содержал; а тренер Слуцкий, как только окажется свободным, еще станет выбирать, какую ему принять команду. Вопрос только в том, сможет ли клуб измениться сам - или для того, чтобы когда-нибудь возродиться, он должен сперва разрушиться.

Вот на что мало времени. И гнев болельщиков тут не подскажет, как дальше быть. Его можно только не заметить. Зашторить окна, уехать домой, включить умиротворяющую музыку, обнять любимого человека.

Если спроецировать современную историю ЦСКА на более близкое произведение искусства, то мы с вами смотрим «Пиратов Карибского моря». Только что началась третья часть. «Была пропета песня»! Сама по себе бессмысленная и даже ребяческая. Но практического пути назад уже нет. У кого? Это очень просто. Я перечислю, у кого.

Слуцкий не останется без работы и не вспомнит, кто и когда ему говорил о трусости. Болельщики будут ходить на новый стадион всегда, и дети их тоже. Футболисты — кто-то закончит и займется семьей, кто-то найдет себе другую команду...

А вот у кого-то, мной не названного, действительно проблемы!