Главный секрет Карреры, или как покорить Москву. Колонка Юрия Цыбанева

Но я чуть повременю с цитатой. Хочется подойти к ней с наглядными примерами.

Вот два бразильца. Жулиано из «Зенита» и Фернандо из «Спартака». У них много общего. Почти ровесники. Оба играли на Украине. Оба перебрались в Россию транзитом – первый через Бразилию, второй через Италию.

Появление Жулиано в «Зените» единогласно было принято на ура. Он если не возместил уход Халка по степени активности, то сразу дотянулся до соотечественника по КПД. Он продуцировал остроту почти в конвейерном режиме. И все принимали как должное факт, что Жулиано в штате сборной Бразилии, дела которой резко пошли в гору.

У Фернандо речь о сборной не шла. Он прибыл в «Спартак» в пляжном состоянии. Денис Глушаков по-доброму иронизировал: «Пышечка, булочка, ноги иксиком». Да, в первых своих матчах спартаковский бразилец козырнул самонаводящимися передачами. Но и только. А по ходу осеннего отрезка и его достоинства передатчика пошли на убыль.

Но потом они вернулись в игру после зимнего перерыва. И мы обнаружили насквозь тонизированного, искрометного Фернандо – и пожухлого Жулиано. Первый теперь успевает исполнить все, что требуется по эпизоду. Второй превратился в олицетворение общезенитовской дряблости. И вряд ли он по-прежнему интересен для приобретшей блеск бразильской сборной.

Так вот. Каррера после выигрыша ключевого матча сказал: «У нас больше было внутри». И тем самым открыл главную правду про себя и про «Спартак».

Именно: У игроков «Спартака» больше футбола внутри каждого из них, чем у каких бы то ни было других в РФПЛ!

По всем российским традициям Каррера ну никак не мог выиграть со «Спартаком» чемпионат! Потому что а) исторически чемпионат никогда не выигрывала команда, в которой по его ходу сменился  тренер, б) еще ни один забугорный командир игры не достигал с московскими командами хоть чего-то похожего на успех – специфика столичной футбольной местности  радикально отличалась  от питерской.

Но взялся за  спартаковский руль новичок Каррера – и запросто расплевался с предрассудками. Ну да, итальянец, и это многое объясняет. Каждый из потомков древних римлян – есть такая трактовка – чувствует себя причастным к вечности и умеет зарядить этим счастьем окружающих. И что им какие-то ничтожные местные предрассудки?!

Каррера любит поговорить о тактике. Но я не думаю, что все эти структурно-геометрические материи и есть его конек. Тех забугорных спецов, кто приезжал в московские клубы сугубо со схемами,  прихотливая футбольная Златоглавая гневно отторгала. А Каррера – другой.

 Он, сдается мне, не совсем даже  и тренер – в банальном нашем понимании этой профессии. Он - аниматор, оживитель.

Он умеет воскресить в своих игроках первозданную радость участия в великой футбольной игре. То незамутненное счастье, с каким прикасаются к мячу мальчишки. И с каким мужики оттягиваются в выходные на дворовой площадке.

Им всем вкусно в «Спартаке», понимаете?  Вкусно все! Выиграть единоборство. Высоко выпрыгнуть. Обвести. Артельно сочинить  лихую атаку.

И потому они, знать не знавшие в  подавляющем большинстве своем, что это такое – выиграть значительный турнир, без намека на дрожь прожили – именно прожили на поле! - ключевой матч. Им было интересно обыграть «Зенит» - вот и все.

И этот интерес заслонил все прочее, турнирно-бухгалтерское.