Леонид Федун: Мы первыми хотели позвать Луческу. Но нужно было закрывать долги

– Все хотели видеть Аленичева. И назначь мы кого-то другого, а у него бы потом не пошло... Я нормальный человек. И идти против такого общественного мнения было неразумно. Плюс надеялся, что если добавить не самому опытному специалисту несколько классных помощников, что-то может получиться. Не получилось.

– Ошибкой был его возврат. Валерий должен был стать чемпионом в 2009 году, к этому вел команду. То, что не взяли титул – трагедия. Моя и Карпина. Потом привели Эмери. Но главным промахом Карпина стало то, что он вновь попытался вскочить в эту лодку. Этого нельзя было делать. А я дал слабину.

– Мы все тогда ошиблись. Свою квалификацию Эмери позднее доказал. Другое дело я тогда строил стадион на свои средства. Мне никто не помогал. И одновременно с этим покупать дорогостоящих футболистов было очень тяжело.

– Якина многие ругают, но пардон, с кем он играл? С Кротовым и Давыдовым в атаке? Адриану и Зе Луиш – это объективно другой уровень.

– Луческу – великолепный тренер, добился уникального результата для «Шахтера». Клуб условно купил игроков на 200 миллионов, а продал их на 300. Но ему нужно время для того, чтобы отстроить команду, полномочия, чтобы заниматься трансферной политикой.

Мы с ним встречались. Было понятно, что Луческу тот, кто готов играть на длинной дистанции. Но в то время понимал, что не смогу заниматься массовой закупкой бразильцев. Уже существовал финансовый фэйр-плей. А еще мы заканчивали возведение стадиона – нужно было закрывать долги. 

– Поначалу его брали на день, на два, на три. А уж когда пошло, и ребята сказали, что это супертренер, то ударили по рукам.

Я изначально приглашал Карреру с мыслями о том, что он может стать спасательным кругом для команды. Пусть это, возможно, и не совсем правильно.

– Приведу пример с Дзюбой. У нас он не забивал столько, сколько в «Зените». Почему? Там ему стали давать бороться. А в «Спартаке» на любое касание, когда защитник поднимал ножки и падал, тут же следовал свисток. А в Питере он, в силу определенных причин, от этого освобожден и стал совершенно другим игроком. Каким и должен быть мощный форвард, главное для которого – голы. 

– Олег Иванович – легенда и звезда «Спартака». Он сделал многое для того, чтобы команда стала лидером не только российского, но и советского футбола. Но Романцев сам неоднократно говорил, что исчерпал себя как тренер.

– Широков получил все деньги до последней копейки, которые полагались ему по бонусу. Он внёс определённый вклад в игру команды, за что мы Роману благодарны.

– Зная финансовые возможности клубов АПЛ, загадывать наперёд ничего нельзя. О чём говорить, если у них вылетающие из элиты команды имеют бюджеты больше, чем у «Спартака»? Насколько я знаю Антона (прозвище Промеса в России), он никуда не хочет уходить и полон амбиций проявить себя в Лиге чемпионов. По крайней мере, этот год он проведёт с нами. 

– Посмотрите, какая посещаемость у новых команд. В Уфе - 6-7 тысяч. Зачем такие нужны? Да, они развивают футбол, но ты добейся, чтобы хотя бы 10-15 тысяч посещаемость была, чтобы ты мог от зрителей существовать. Это один подход. А так… Для кого играть, для губернаторов.

– Ни один из соперников, за исключением теоретически «Рубина», после прошлого сезона не усилился. Раньше такого не наблюдалось – всегда кто-то выскакивал с шальными деньгами. Я суеверный, но было четкое ощущение, что этот сезон может стать нашим. 

– У меня нет таких денег. А есть серьезные ограничения по финансам. Все прописано в контрактах. О возможностях питерского клуба мы можем только мечтать.

– «Спартак» зарабатывает больше других. Нам каждый матч дает от полумиллиона до миллиона долларов, то есть от 30 до 60 миллионов рублей. А телевидение за весь сезон дает, как одна игра. 

Для меня сейчас гораздо важнее зрители на трибунах, чем трансляции. Я бы вообще от них отказался – это было бы выгоднее, стадион стал бы полнее. 

– Куплю я игрока за 50 миллионов. И что дальше? Меня исключат из Лиги чемпионов? «Динамо» это уже проходило. Сейчас мои доходы совпадают с расходами. Любое увеличение трат приведет к тому, что баланс нарушится, и я тут же попаду под санкции. Все наши клубы попадали под штрафы – за исключением ЦСКА. И мы их платить не будем, потому что у нас все нормально. Но это наручники, которые нам придумал УЕФА.

– Вы много личных средств тратите в год?

– Много! И своих, и своего старшего партнера.

– Это действительно облегчение. Я стал акционером клуба в 2003-м, в следующем году выкупил контрольный пакет акций. На протяжении этого времени не раз казалось: вот он, титул, совсем рядом. Вы помните, что в 2006-м и 2009-м мы находились совсем близко от него – и только ряд субъективных причин не позволили «зацепить» чемпионство. 

Все это, конечно, давило. Болельщики становились агрессивными. Было тяжело… Где-то внутри понимал, что должны стать чемпионами – хотя бы потому, что «Спартак» усиливался, а соперники нет. Но все равно имелось множество привходящих моментов и постоянный стресс привел к тому, что стало очень трудно. И когда все-таки взяли золото, настало большое облегчение. Даже не радость. Чувство такое: «наконец-то это произошло».