Деньги в большом сейфе, расист с бананом и никакой водки. Всё, что сказал Самба о России

Кристофер Самба – высокорослый (194 см) центральный защитник, родившийся во Франции, но представлявший сборную Конго. Он приобрёл известность как игрок «Блэкберн Роверс», за который выступал с 2007 по 2012 год, проведя более 150 матчей и забив 16 голов.

24 февраля 2012-го Самба был подписан махачкалинским «Анжи», в котором тогда как раз собиралась настоящая дрим-тим. Чуть меньше чем через год, 31 января 2013-го, Кристофер вернулся в Великобританию, перейдя в «КПР» («Куинз Парк Рейнджерс») – но клуб вылетел из английской Премьер-лиги, принялся избавляться от дорогостоящих футболистов, и летом того же года конголезец снова оказался в Махачкале. Однако как раз в конце этого лета в «Анжи» началась «финансовая реструктуризация», а выражаясь проще – распродажа звёзд ради сокращения расходов. В этот раз Самба остался в России, перейдя в московское «Динамо». Там он играл до истечения срока контракта в конце сезона-2015/2016, после чего в российских клубах уже не выступал и через два года завершил карьеру.

Что касается первого трансфера Кристофера в «Анжи», то зимой 2012 года он сам хотел уйти из «Блэкберна», будучи недовольным ситуацией в клубе, в том числе увольнениями тренеров. Позже, в 2020-м, он говорил, что «Блэкберн» к тому моменту потерял часть своей идентичности, и выражал сожаление по поводу падения команды. Самба ещё тогда хотел купить «КПР», однако продавать его туда «Блэкберн» отказался. Махачкалинцы же убедили и «Роверс», и самого Кристофера деньгами – и фигурой Гуса Хиддинка на посту главного тренера.

Сейчас Самба пришёл на подкаст Under The Cosh. Там состоялся большой разговор о всей карьере Кристофера, и, конечно же, часть его была посвящена приключениям в России.

Россия стала новым вызовом? По сути, да. Хотя для меня это было больше как освобождение. Тогда я просто не хотел быть в «Блэкберне». В клубе были не мои люди, тренеры менялись – и я решил уехать. Мне позвонил Самуэль [Это‘О] и говорит: «Хэй, приезжай играть вместе со мной». А я: «Хорошо, поехали. Я готов попробовать». И давайте будем честны – они тогда платили очень хорошие деньги. Но до того я даже не представлял, что когда-либо буду играть в России.