«Посадить надолго». Как Хрущев сломал жизнь Стрельцова, назвав его негодяем и подлецом

22 июля 1990 года, на следующий день после своего 53-летия, в одной из московских больниц скончался легендарный советский футболист, олимпийский чемпион 1956 года Эдуард Стрельцов. 

В середине лета 1990 года на центральном стадионе «Динамо», в перерыве футбольного матча, по чьей-то преступной небрежности диктор объявил о смерти Эдуарда Стрельцова. По Москве в те дни среди болельщиков ходили слухи о том, что «Стрелец» смертельно болен, поэтому страшное сообщение стало в какой-то мере ожидаемым. Публика почтила память великого футболиста стоя. Оказалось, преждевременно, поскольку Стрельцов был тогда еще жив, о чём на следующий день и сообщил «Советский спорт». 

По народной примете после такого «живут ещё сто лет», но, увы… Стрельцов в те дни, действительно, умирал. Болезнь проявила себя неожиданно: лечили воспаление лёгких, но оказалось – онкология, спровоцированная работой на «пескоструйке» и шахтах во время отсидки, и усугубленная, видимо, поездкой на футбольный матч ветеранов, состоявшийся в опасной близости от Чернобыльской АЭС после аварии на третьем блоке. 

Как потом рассказывала жена Эдуарда Анатольевича Раиса, он лежал в отдельной палате, подолгу с закрытыми глазами, ни на что не жалуясь. Умирал в сознании, отказываясь от обезболивающих уколов. Но перед проколом легкого, когда собирались откачать оттуда жидкость, спросил у жены «А стоит ли? Это, наверное, больно…». 22 июля 1990 года его не стало, Его любили, как Есенина, и в нам неведомый футбол он, как Есенин, так безвременно своё доигрывать ушел.