ЭКСКЛЮЗИВ14 марта легендарному динамовскому вратарю Алексею Хомичу исполнилось бы 83 года. Он скончался на 61-м году жизни в московском ведомственном госпитале на улице Пехотной от цирроза печени… Алексей Хомич. И не требуется прибавлять ни званий, ни титулов. Так, наверное, можно было бы написать ещё каких-то два десятка лет назад. Но время берёт своё, и сегодня, увы, не все, даже самые заядлые футбольные болельщики знают это имя, не говоря о его титулах. Впрочем, с позиций нынешних критериев, титулов как таковых и не было.
Лучший вратарь советского футбола середины 40-х годов не сыграл ни одного матча в составе национальной сборной, «ограничившись» двумя золотыми медалями чемпионата страны. Но четыре товарищеских матча, проведённых в рамках послевоенного турне московского «Динамо» в Великобритании, сделали Хомича знаменитым даже на родине футбола. Оттуда будущий учитель Льва Яшина привез кличку Тигр, приставшую к нему на всю жизнь.
Обед с легендой
В дневнике, который я вёл в студенческие годы, есть запись: «Сегодня, 11 августа 1977 года, обедал с Алексеем Петровичем Хомичем». Написал, помнится, с претензией на некое обращение к потомкам: читайте, мол, и завидуйте. На самом деле в тот день знаменитый фотокорреспондент еженедельника «Футбол-Хоккей» Хомич даже не подозревал, что обедает с незнакомым ему стажером «Советского спорта» в редакционном буфете «Три репортера» (ныне, увы, уже не существующем).
Он просто подошёл к моему столику с подносом и, поинтересовавшись, не занято ли соседнее место, расположился рядом. Вот, собственно, и все, что касается моих личных контактов с Тигром. И раньше, и после этого эпизода не раз сталкивался с ним в стенах редакции, но так и не решился заговорить по причине излишней закомплексованности, свойственной в то время молодым. Говорят, рассказчиком Хомич был хорошим, но не обессудьте: «собственных» неизвестных историй о нём, поведанных им самим, у меня нет, хотя не прочь был бы погреться в лучах славы человека, с которым Алексей Петрович мог поделиться сокровенным!..
Впрочем, в этом желании я не одинок. Многие читатели со стажем наверняка слышали историю, которая, по словам бывшего редактора «Футбола-Хоккея» Льва Филатова, самого Хомича смущала и страшила даже спустя пятьдесят лет. Он с ужасом вспоминал, как в юные годы, оставаясь часто дома «на хозяйстве», нашёл весьма необычный способ совмещать присмотр за годовалой сестрёнкой с постоянным участием в дворовых футбольных турнирах: завертывал бедняжку в одеяло и укладывал спать… в воротах вместо штанги.
«Под ту руку, где она лежала, забить мне было невозможно, – утверждал «изобретатель», – если бы пропустил, сам бы убился. Вот что мы, дурачье, вытворяли…» Филатов, поведавший миру об этих первых шагах Хомича в познании вратарского мастерства, специально подчеркнул, что Алексей Петрович рассказал о них «в минуту нечаянной крайней откровенности», тем не менее, потом мне не раз доводилось видеть статьи о Хомиче, авторы которых уверяли, что именно им Тигр впервые сделал это признание. Бог им, как говорится, судья, тем более что дело не в них, а в том, что история со «спящей штангой» – абсолютная правда…
Судьбу определил рост
Рассказывает Владимир Савдунин, заслуженный мастер спорта, трехкратный чемпион СССР, многолетний партнер Хомича по московскому «Динамо»:
«Мы с Хомичем пришли в «Динамо» одновременно: в июне 1944 года нас пригласил тогдашний тренер команды Михаил Якушин. К тому моменту за плечами Алексея были выступления за команды Таганского парка культуры и отдыха, «Мясокомбинат» и «Пищевик». А перед тем как оказаться в «Динамо», он, будучи призванным в армию, еще год поиграл в футбольном клубе советского военного гарнизона, базировавшегося в Тегеране.
Кстати, мало кто знает, что Хомич – обладатель Кубка Тегерана, который получил из рук шаха Ирана. По всем футбольным меркам Алексей не должен был стать вратарем, поскольку с его ростом 172 сантиметра в «раме» не приживаются. Но парадокс состоял в том, что именно небольшой рост и предопределил футбольную судьбу Хомича. В довоенном московском дворе на Таганке, где Алексей познакомился с азами этой игрой, он для больших мальчишек был, по собственному выражению, малявкой.
«Хочешь играть с нами – вставай в ворота», – говорили ему, и он безропотно вставал. А когда выяснилось, что бог наградил его необыкновенной прыгучестью, ни о каком другом амплуа Хомича, кроме вратарского, речь больше не шла. Через несколько лет именно с потерей прыгучести (как напишут в официальной справке) резко пойдет на спад его карьера, но в 44-м до этого момента было еще далеко.
Впрочем, даже с таким «волчьим билетом» Алексей был среди претендентов на участие в первых для советских спортсменов Олимпийских играх-52 в Хельсинки. Нас обоих вызвали на тренировочный сбор, но в итоге оба в олимпийский состав не попали: я получил травму, а Хомичу тренер сборной Аркадьев предпочел Леонида Иванова из «Зенита»…