Бонусы букмекеров
Анонс материалов еженедельника «Советский спорт Футбол» (11 - 17 апреля 2006 года)
ЛИЧНОСТЬ
Временно безработный
ЮРИЙ ВАСИЛЬКОВ. Оттрубивший четверть века в «Локомотиве», «Спартаке» и «Динамо» доктор медицины уже почти год пребывает не у дел. Умение держать паузу ценится на сцене, но не в спорте. Юрий Васильков чувствует: засиделся, пора брать в руки «тревожный» чемоданчик.
Андрей Ванденко
ТЯЖЕЛОЗДОРОВЫЕ ПАЦИЕНТЫ
- Поставьте диагноз, доктор. Пациент еще жив или…
- Отвечу притчей. Главврач Первого физкультдиспансера Лев Николаевич Марков, который, по сути, создавал спортивную медицину в СССР, рассказывал мне, как в 30-е годы теперь уже прошлого века при одной из московских больниц решили открыть отделение для обследования спортсменов. Никто ведь толком не знал особенностей работы организма человека при максимальных нагрузках, того, какими последствиями это грозит для здоровья. Зато во всех парках и скверах расставляли гипсовых атлетов - девушек с веслом, мужчин с диском или с копьем… Словом, набрали первых пациентов в отделение, а как назвать их не знают. Надо же предварительный диагноз обозначить. Долго думали, что указать в истории болезни, пока кто-то не предложил записать, мол, поступили тяжелоздоровые люди. Вот с этими клиентами я всю жизнь и работаю.
- Юбилей отмечали? Все-таки четверть века в большом футболе.
- Спасибо, что напомнили. За датами не особенно слежу, хотя вы правы: 13 марта 1981 года меня пригласил к себе Александр Севидов, главный тренер московского «Локомотива», и предложил стать врачом команды. В тот же день сменил белый халат на спортивный костюм и - пошло-поехало.
- Наверное, поначалу все болезни пирамидоном лечили?
- Почти угадали. Можно было сломать таблетку и одну половинку дать от головной боли, вторую - от живота. Футбольная медицина пребывала в зачаточном, если не сказать, в затрапезном состоянии. То ли дело сегодня! Даже сравнивать нельзя.
- В каждом времени есть своя прелесть.
- Безусловно. С удовольствием вспоминаю работу с Севидовым, считаю его своим учителем. И не только футбольным. Это великий психолог, талантливый педагог. Когда захожу в церковь, обязательно ставлю свечку, поминаю Сан Саныча, умевшего делать добро, быть щедрым. Помню, как искренне он расстроился, узнав, что перед приходом в «Локо» я купил кооперативную квартиру. Для этого мне ведь пришлось потратить все накопления и даже залезть в долги.
- Вы же люди не местные, калужские…
- Если быть до конца точным, восточно-прусские. До десяти лет я жил в городе Балтийске Калининградской области, где на флоте служил отец, а потом мы переехали под Калугу… Так вот, возвращаюсь к Севидову. Он переживал, поскольку мог совершенно бесплатно выбить мне квартиру в МПС. Железные дороги в российской империи всегда была великой силой, государством в государстве. Словом, посокрушался Сан Саныч, а потом успокоил: «Ничего, доктор, вы машину получите». Действительно, вскоре я увидел «Жигули» третьей модели, как сейчас помню, нежно-салатного цвета, даже подержался за дверцу, а потом помахал рукой, и автомобиль уехал в южные края с новым хозяином за рулем. Тогда это считалось вполне легальным бизнесом: те, кто мог купить машину, перепродавали ее с наценкой лишенным такой возможности. Я остался без колес, зато рассчитался с долгами за мебельный гарнитур.
Вместе с Севидовым проработал два года, за это время мы так и не сумели решить проблему выхода «Локомотива» в высшую лигу, после чего на дверь показали сначала главному тренеру, а через пару недель и мне. Сан Саныч поразился, узнав, что меня убрали из команды. Чуть трубку не выронил от изумления. А через несколько часов пришел уже мой черед удивляться. Позвонил Севидов и сказал, что меня для разговора ждет Бесков. Понимаете, да? Безработный Сан Саныч сосватал бывшего подчиненного в «Спартак», хотя не был обязан этого делать. Человек!
КАЛУЖСКИЙ ХИРУРГ
- И как вас принял Константин Иванович?
- Я страшно волновался, робел. Пришел на встречу заранее, долго кружил у дома, ожидая указанного часа. На улице стояла зима, мела метель, и вид у меня, наверное, был продрогший, что не скрылось от внимания Бескова. Он сразу предложил легкий коньяк для согрева.
- А бывает тяжелый?
- От дозы зависит... От выпивки я благоразумно отказался, попросил чай.
- Полагаете, Константин Иванович проверял вас на вшивость? Мол, не керосинит ли лекарь?
- Не исключаю подобный вариант. Может, и биографию мою почитал. До переезда в Москву я ведь шесть лет отработал хирургом в Калужской области, а там пили так, что будь здоров! Кстати, до сих пор иногда встречаю старых пациентов, когда приезжаю в родные края. То один мужик напомнит, как я ему пальцы оттяпал, то второй расскажет, что у него отрезал…
- Странная у вас специализация была.
- Мне же по большей части травмами приходилось заниматься! А как их обычно зарабатывали? По пьяной лавочке. Народ гудел по-черному, у всего мужского населения по утрам голова с бодуна болела. Впрочем, не только у мужского, дамы не отставали. Те, кто за эти годы не вымер, сегодня или закодированы, или зашиты. Третьего не дано.
- А, извините, вы?
- Я прошел испытание и вовремя уехал в Москву, иначе разделил бы общую судьбу. Жить там и не пить нельзя. Словом, Бесков имел некоторые основания для беспокойства.
- Неужели футбол был зоной трезвости?
- Ха! Вспоминаю первый же выездной матч в качестве врача «Локо». Он произвел на меня неизгладимое впечатление. Полетели мы с командой в Кутаиси, на игру с местным «Торпедо». Матч судил арбитр Черданцев…
- Не родственник ли комментатора с «НТВ+»?
- Не думаю, хотя надо проверить… Судейство было таким, что Севидов не выдержал, схватился руками за голову и, не ожидая финального свистка, ушел со скамейки запасных в раздевалку. Большего безобразия я никогда не видел, форменный беспредел. Этого Черданцева потом пожизненно дисквалифицировали, но он успел сделать черное дело, поставив в наши ворота два высосанных из пальца пенальти. Еще помню, как зашивал рваную рану на ноге у Жоры Ярцева… Когда кошмар закончился, мы вернулись в гостиницу, и ребята позвали меня с собой. Зашел в номер и увидел… два ящика шампанского.
- Гостеприимные хозяева решили так подсластить горькую пилюлю?
- Надо полагать… Игроки сидели и тупо накачивались, стараясь поскорее забыть происходившее на поле. Я посмотрел на картину и подумал: «Да-а-а, хорошее начало! Куда же, интересно, я попал?» Хорошо, Сан Саныч не знал, что происходит с командой.
- А в самолете по внешнему виду футболистов он не мог этого определить?
- Утром главный тренер и игроки старались не смотреть в сторону друг друга, делали вид, будто случайно оказались рядом в салоне… К счастью, случай, приключившийся в Кутаиси, остался единственным в моей практике, хотя, конечно, и с судейством предвзятым сталкивался, и с договорными матчами, и с прочими безобразиями.
«СПАРТАК» – «ЛОКО» – «СПАРТАК»
- Любопытно, Бескову тоже приходилось взгляд от команды прятать?
- Константин Иванович тренером был жестким, это всем известно. Но он очень менялся в зависимости от обстановки. Если сидел в кабинете один, разговаривал со мною, как отец с сыном. Когда же присутствовал кто-то третий, сразу начинались отклонения от нормы. В требовательности порой перегибал палку, и это вызывало непонимание. Но сейчас старые обиды забыты, мы поддерживаем приятельские отношения, встречаемся, общаемся. Бесков с Севидовым стоят для меня особняком. Они сильно повлияли на мою психологию, формирование личности.
- Но вы ведь и у Константина Ивановича в команде не задержались?
- Да, в «Спартаке» продержался полтора года, а потом попал под жуткий прессинг, никаких сил не хватало, чтобы вытерпеть. На мою голову посыпались самые нелепые претензии.
- Типа?
- Если сидишь, почему не стоишь? А если стоишь, почему не сидишь? У всего есть предел, пока мог, сносил придирки, а потом надоело утираться, развернулся и ушел в родной «Локомотив». Там уже командовал Юрий Семин. Мы проработали вместе три с половиной сезона и все-таки пробились в высшую лигу чемпионата СССР, сделав то, что не удалось Севидову. А в 1989 году мне опять посыпались звонки из «Спартака»: мол, ты нам нужен, возвращайся. Я подумал и согласился.
- Что-то не устраивало в «Локо»?
- Хотелось расти, подниматься с командой вверх по футбольной лестнице. Согласитесь, спартачи всегда были покруче железнодорожников. Одно дело - биться за еврокубки с бирмингемской «Астон Виллой» и другое - летать с «Локо» на матч против какого-нибудь «Бустона» из Джизака. Сегодня, наверное, никто и не представляет, что такие команды были в нашем футболе.
- Как и города на карте СССР.
- Еще те, хочу сказать, городишки! Там женщины на головах вместо паранджи носили мужские рубахи, а местные милиционеры, как бы помогая судьям выбраться со стадиона после матча, успевали так напихать им под микитки, что бедолаги потом долго отдышаться не могли… Словом, мне было из чего выбирать. Взвесив все, перешел в «Спартак».
- Зарплата там тоже, наверное, полагалась посолиднее?
- Конечно! Николай Петрович Старостин, принимая на работу, спросил: «Сколько получали в «Локомотиве»? Я поерзал на стуле и честно ответил: «Четыреста рублей». Сумма по тем временам вполне приличная. Так мне казалось. А Старостин недоверчиво переспросил: «Сколько-сколько?» - и стал листать записную книжку, которая, судя по внешнему виду, прослужила хозяину лет тридцать, не меньше. Наконец нашел нужную запись и сообщил: «Ваш предшественник в «Спартаке» имел тысячу двести в месяц». Тут уже я ухватился за стул, чтобы не свалиться на пол…
- Смешно! Сейчас той же суммой в долларах никого не соблазнишь.
- Да, врачи клубов премьер-лиги зарабатывают несколько больше…
- Приятно, что люди не бедствуют.
- Да-да, но давайте все же не будем считать деньги в чужом кармане.
ГОНЕЦ С ПЛОХИМИ ВЕСТЯМИ
- Собственно, о другом собирался спросить. Как вам работалось с Романцевым, которого застали еще футболистом? Легко перешли на обращение по имени и отчеству?
- Мы знакомы почти двадцать лет, за это время наши отношения не раз трансформировались, это нормально. Например, помню, как Олег ушел из «Спартака». Я был свидетелем его конфликта с Бесковым.
- Что не поделили тогда тренер и капитан команды?
- Мы играли в Минске против местного «Динамо», вели по ходу встречи 2:0, но неожиданно уступили 2:3.
- И в раздевалке опять стояли ящики с шампанским?
- Не видел, но того странного поражения оказалось достаточно, чтобы после матча у Бескова состоялся неприятный разговор с Романцевым. Старостин пытался погасить конфликт, но не сумел. В итоге Олег покинул команду. Я уже тогда предвидел: со временем он станет хорошим тренером. Так и произошло.
- Но вы не ответили, трудно ли было с Романцевым?
- Говорю же, по-всякому случилось. Никаких особенных иллюзий я не питал, понимал отведенную мне роль. Пожалуй, врач - единственный человек в команде, который постоянно приносит тренеру дурные вести. За что такого любить? Другие могут говорить приятное, льстить, даже врать, но отвечающий за здоровье игроков лишен возможности скрыть правду или хотя бы приукрасить ее. Приходится вдыхать поглубже и сообщать: Иванов, Петров и Сидоров не сыграют в ближайшем матче из-за травм, а Хвостов и Носов - из-за болезни. Можете представить тренера, который скажет с улыбкой: «Спасибо, друг, настроение улучшил! Если узнаешь еще что-нибудь столь же приятное, сообщай, не стесняйся». В древние времена гонцу, принесшему плохое известие, отрубали голову. Так что со спортивными врачами поступают гуманно: нас оставляют в живых, хотя и смешивают в одном корыте с травмированными и больными… Приходится творить чудеса, а порой и попросту чудить, идти на все, лишь бы поставить игроков на ноги к указанному тренером сроку.
- И сколько лет вы кудесничали под началом Олега Ивановича?
- Без малого пятнадцать, чуток до круглой даты недотянули. Зато сейчас судьба коленце выписала: оба сидим без работы.
- Но из «Спартака» вы ушли первым. И по инициативе Романцева.
- «Развод» случился вскоре после чемпионата мира в Японии и Корее. Эта была вторая моя ходка со сборной. Сначала не слишком удачно съездили на Евро-1996, потом Андрей Шевченко за три минуты до финального свистка в «Лужниках» закинул мяч за шиворот Сане Филимонову, и Россия пролетела мимо чемпионата континента в Бельгии и Голландии…
- Извините, перебью. Правда, будто перед злополучной игрой со сборной Украины вы пригласили на базу священника, и единственным, кто не захотел сходить на службу, оказался наш вратарь?
- Все точно. Я привез в Тарасовку отца Алексия, который служил тогда настоятелем местной церкви, а сейчас получил высокий сан протоиерея, и позвал ребят на молебен. Никого насильно не гнали, все делалось добровольно. Вот Филя и сказал: а мне это не надо. Ладно, ответили, поступай, как хочешь. Дальнейшее известно…
- Может, хохлы тоже службу заказали, и их молитва первой адресата достигла?
- Не думаю, что стоит шутить на эту тему, слишком она деликатна. И я ведь к Богу поздно пришел, лишь под сорок лет крестился.
РЕМЕСЛЕННИКИ СРЕДНЕЙ РУКИ
- Суеверия не мешают вере?
- Совершенно разные вещи! Не надо их путать. У каждого спортсмена или тренера есть собственные приметы, но это не имеет отношения к религии. Скажем, я всегда выхожу на поле с левой ноги, люблю цифру «13», ищу ее на удачу перед матчем.
- А женщина в клубном автобусе?
- К беде! Категорически запрещено входить в салон! Раньше на игру всегда ехали молча, насупив брови, в гробовой тишине. Считалось, в такой обстановке футболисты лучше настраиваются на предстоящий матч. Потом вожжи чуть отпустили, добавив свободы, демократии. Плюс ко всему - появились плейеры, мобильные телефоны, прочие электронные игрушки. Небезызвестный Руслан Нигматуллин так врубал звук в наушниках, что водитель мелодию слышал…
- Критические нотки в голосе звучат.
- Лишь констатирую: времена изменились, теперь все другое - зарплаты, отношение к игре, к партнерам. И психология у нынешних игроков иная. Прежде футболисты были проще, мужественнее и, если хотите, порядочнее. Сегодня во главе угла стоят деньги. За это надо благодарить иностранцев, которые едут сюда, чтобы «капусты» нарубить. Наши смотрят на приезжих и кумекают: а мы что, рыжие? И ведь все понимают, какого пошиба эти легионеры. Настоящих мастеров почти нет. Так, ремесленники средней руки. Игроков подобного уровня можно найти в российской глубинке, если поднапрячься. Однако не ищут! Проще и выгоднее привезти какой-нибудь подарок из Африки.
- Но вы же работали в московском «Динамо» со сборниками из Португалии. По-вашему, и они из категории интуристов, отбывающих в России номер?
- Возьмите, к примеру, Манише. Звезда вроде бы, да? А я вспоминаю нашу первую встречу. Португалец приехал со страдальческим выражением на лице, всем видом показывая, как мучается. Я хотел спросить: что болит? А он жест делает: мол, мне бы поесть и поспать. О чем тут говорить? Все с пассажиром стало понятно... Конечно, люди по-разному себя ведут. Данни - настоящий боец, талантливый парень. И Дерлей наверняка хотел бы помочь команде, но он уже не тот, что раньше. Колено слабенькое, выше, чем на троечку, не тянет. Болячкой надо серьезно заниматься, чтобы парень дальше играл. Мне про это ничего рассказывать не нужно, сам все знаю. Зря, что ли, докторскую диссертацию защитил?
САМАЯ СТРАШНАЯ ТРАВМА
- На какую тему?
- «Травмы и заболевания у футболистов высокой квалификации». Материал собирал долго, там ведь все построено на конкретных примерах.
- Евгений Дрожжин в монографии упоминается?
- Конечно. Это незаживающая рана, самый трагический случай из всех, которые приключились в моей медицинской практике. В 1987 году «Локомотив» играл с «Ротором» в Волгограде, и парню ногу на поле чуть не оторвали. Многочисленные осколки, разрывы сосудов, связок… Я только глянул и понял: нужна срочная операция. Рванул к «Скорой», которая на матче дежурила, а там ни врача, ни водителя - отошли покурить. Счет шел на минуты. Это сейчас можно вызвать самолет, отвезти травмированного хоть в Германию, хоть в Италию, а тогда мы были ограничены в средствах - и материальных, и в технических. Кто знал, что парня ко всем прочим бедам еще и гепатитом заразят при переливании крови? Роковое стечение обстоятельств, все складывалось против нас. Женя - единственный мой подопечный, перед которым испытываю чувство вины, хотя и сделал в той ситуации все, что мог. Даже к покойному Квантришвили ездил, рассказывал ему о Дрожжине. Отари без лишних слов достал из кармана нераспечатанную пачку - десять тысяч рублей, большую по тем временам сумму - и сказал: «Отдай парню, доктор». Семин большую роль сыграл. Когда врачи настаивали на ампутации, Палыч не дал отрезать ногу, мы с Женей колесили по всей Москве в поисках тех, кто спасет конечность. Дрожжин в итоге ходит на своих двоих, но о футболе ему пришлось досрочно забыть. Впрочем, повторю, более страшной травмы я в жизни не видел, все могло закончиться гораздо хуже…
- Да-а, история... Но я не дал другую дорассказать: как Романцев убрал вас из «Спартака».
- Олег Иванович объявил подчиненным: не хочу видеть этого человека в команде. Может, рассчитывал, что приду к нему, попрошу о чем-нибудь. А я за полчаса загрузил пожитки в машину и поехал, куда глаза глядели.
- И в какую же сторону взгляд упал?
- Отправился на родину, в Калужскую губернию. Там есть замечательные места, где можно прекрасно отсидеться, привести растрепанные чувства в порядок. Получилось не сразу. Сидел с удочкой на берегу реки Рессы, притока Угры, смотрел на поплавок и думал: «Сейчас команда на тренировке. А теперь парни пошли на обед…» Не мог отрешиться от этих мыслей.
- Нарушали режим?
- Не без того, хотя в разнос не пошел, контролировал процесс. Едва приехал, начались звонки: «Доктор, возвращайся!» А я все ждал, пока тренер эти слова скажет... Два месяца просидел на даче и понял: пора в Москву. Жизнь-то не закончилась.
КОВАРНЫЙ БРОМАНТАН
- Нет худа без добра. Уволив из «Спартака», Романцев уберег вас от скандала с бромантаном.
- Минутку! ЧП с Егоркой Титовым приключилось через год после моего ухода из команды, а препарат этот злосчастный я и вовсе перестал давать футболистам задолго до того, как он попал под запрет. Могу сказать абсолютно определенно: если бы остался в «Спартаке», допингового позора не было бы. Слово даю!
- Но точка в истории так до сих пор и не поставлена, виновный не назван.
- Мы же не дети, понимаем: в команде было два врача и главный тренер, внутри этой троицы и надо роли распределить. Один подсказал, второй благословил, третий принес. Все!
- Титов, как думаете, знал, что глотает?
- Ребята наверняка догадывались… Да и не только они. Вспоминаю игру в сезоне-2003 между «Спартаком» и «Динамо». Я в тот момент был уже в составе бело-голубых, хотя в душе, конечно, оставался красно-белым. Так вот. Смотрел я на вчерашних подопечных, и разные мыслишки в моей голове бродили. Когда осенью Георгий Ярцев привлек меня к работе в сборной, я сразу затеял допинг-контроль. И мои любимые спартачи моментально посыпались. Тайное стало явным. Это случилось в сентябре 2003 года.
- Зачем же тогда Титова включали в заявку на стыковые матчи с Уэльсом, подставлялись?
- Клубным врачам мы, разумеется, выписали по полной программе, игроков, которых взяли на горячем, посадили на лавку, придумали им разные болячки, а параллельно проводили процедуры, чистили ребят, вымывали бромантан из организма. Игры с Уэльсом проходили в ноябре, к этому времени анализы у парней вернулись в норму, и мы решили снова задействовать спартаковцев. Но коварство бромантана в том, что он накапливается в жировых тканях и не проявляется в спокойном состоянии. Стоит же дать нагрузки, как вмиг вылезает из щелей. Вот в самый ненужный момент облачко и набежало на солнце…
- Еще одно роковое стечение обстоятельств?
- Получается, так.
- А если по-взрослому говорить, можно ли в большом спорте обойтись без допинга?
- Так отвечу. Человеку для эффективной работы в течение дня нужен плотный завтрак и сытный обед. Вот и футболиста, которому полтора часа по полю носиться, надо хорошо подкормить. Вопрос только, чем?
- Тем, что потом в анализах не найдут.
- Все верно. Допинги и прочую дурь, за которую медицинского диплома лишают и уголовную статью заводят, сразу отметаем, но без специальной фармакологии, помогающей восстанавливаться после нагрузок, в современном спорте тоже не обойтись. Главное - не переступать рамки закона. Необходимо знать, где минное поле, а где можно гулять без риска для жизни и здоровья.
- Врач, как и сапер, ошибается один раз?
- Давно вывел для себя формулу: важно не навредить. Сегодня он футболист, а завтра? Мне ведь придется встречаться с человеком и через пять лет, и через десять. Не хочу, чтобы мне в спину плевали. Хотя, повторюсь, иллюзий не питаю: врачей редко любят. Думаете, Николай Петрович Старостин сильно жаловал медицину? Да, уважал меня как личность, но к работе относился скептически: «Что за пилюлю выписали, доктор, зачем?» Зато потом подарил книгу «Футбол сквозь годы» с таким автографом, что процитировать стесняюсь, решите – хвастаюсь…
КАРПИН – ТРЕНЕР, ЕВСЕЕВ - НАЧАЛЬНИК
- А есть те, кто затаил на вас обиду?
- Наверняка. Панова не захотели брать на чемпионат Европы, свалили все на медицину, и Санька на меня до сих пор зубы точит. Я же носитель негативной информации, знаю обо всех болячках, слабых местах человека. И не только знаю, но и сообщаю. Врач не может быть вечным союзником игроков, иначе его тренер сожрет.
- Стук-стук-стук! Заходите, открыто?
- Сексотом никогда не был, но существенными сведениями с руководством клуба делился, а как иначе? Другое дело, что научился дозировать информацию, не все рассказывал. Допустим, игрок подхватил триппер, нужно это сообщать тренеру или нет? Никогда не выдавал того, что не имело отношения к футболу. Парень неудачно сходил налево, не уберегся. Дурак, конечно, но это его глубоко интимное дело. Мы втихаря лечили заразу, и игрок навсегда проникался ко мне уважением, за то, что не заложил его.
- А если кто-то перебрал накануне?
- Гнал на весы. Появились лишние кило? Получай сполна. Ставил тренера в известность, а тот уже разбирался, что к чему. Пить ведь тоже надо уметь. Был в «Спартаке» Вася Баранов. Вот герой! Невероятного здоровья человек. И погулять успевал, и о деле не забывал. В одиннадцать утра приходил ко мне тепленьким, а в четыре часа дня на тренировке его в пример другим ставили. До сих пор влюблен в Баранова. Если бы отмотать лет десять, да вернуть Васю в день сегодняшний, классный игрочище мог получиться. Звезда!
- Как говорится, настоящих буйных мало, вот и нету вожаков…
- Это точно! Своеобразной личностью был Артем Безродный, к нему никто ключи подобрать не мог. Жил по собственной программе. И машину у парня угоняли, и квартиру грабили… А талант - от Бога. Тоже не сумели раскрыть, использовать в мирных целях. Я, конечно, не тренер, но за эти годы научился разбираться, на что годен тот или иной игрок. Уверен, Валера Карпин может стать отличным тренером, а из Вадика Евсеева получится большой спортивный начальник.
- А из Булыкина?
- Димка - тончайший психолог, прекрасно разбирается в компьютерах… Так скажу: не своим делом человек занялся. С его внешностью в Голливуд бы или на подиум… Наверное, кто-то возмутится: не в свое дело лезет Васильков. Но я имею право на собственную точку зрения. Убежден: если бы Ярцева год назад из сборной не попросили, мы с вами сейчас обсуждали бы, в каком составе Россия поедет на чемпионат мира в Германию. Голову на отсечение даю: Георгий решил бы задачу выхода из группы, если бы дали шанс доработать. Хорошо чувствую, понимаю Ярцева, мы с ним одногодки, даже в одном месяце родились, правда, я старше на девять дней. У Жоры, кстати, 11 апреля день рождения…
ДОЖИТЬ ДО ВЕЛИКИХ ПОБЕД
- Допустим, прорвались бы мы в Германию. И что бы там делали?
- Звездюлей наполучали бы хороших и вернулись. Но хотя бы съездили!
- Но вам же товарищ Мутко популярно все объяснил: в 2010 году будем играть в полуфинале чемпионата мира, а потом победим на Евро-2012.
- Дай-то Бог. К встречным обязательствам я с советской поры привык. И у Виталия Леонтьевича был на приеме: приятный, энергичный человек. Может, так и надо действовать, может, у него все и получится.
- У него - да, а у российского футбола?
- Верю, что доживу до наших великих побед, хотя, подозреваю, случатся они нескоро. Правда, сейчас нам обещают привезти какого-то чудо-тренера. Желаю ему всяческих успехов. Посмотрим, что выйдет из этой затеи…
- Со стороны наблюдать собираетесь? Неужели не хотите пополнить коллекцию из десяти золотых чемпионских медалей, завоеванных со «Спартаком»?
- Засиделся я на лавке, это правда. Но сам проситься никуда не буду и прогибаться не стану, характер не такой. Если позовут, пойду. Конечно, пора возвращаться в строй. Пациент по-прежнему требует ухода…
- Все тот же тяжелоздоровый?
- Ну да. Других у меня, подозреваю, и не будет.
ПРЕМЬЕР-ЛИГА
Сибирская коса на армейский камень
ЦСКА – «ТОМЬ» – 2:0. Известный футбольный афоризм «Порядок бьет класс!» можно дополнить уточнением – «Если этот класс невысок». Как ни крути, исключительно игровой дисциплины не хватит, чтобы одолеть соперника, который не только подкован во всех аспектах футбольного ремесла, но и запрограммирован на творчество.
Константин Герасимов
«СПАРТАК» – «ЛОКОМОТИВ» – 2:1. В первых трех турах серебряный и бронзовый призеры не выиграли ни одного матча. Но это – полбеды. Гораздо хуже было отсутствие содержательной игры. Воскресный матч показал, что у красно-белых не все так плохо, а вот у железнодорожников есть серьезный повод для беспокойства.
Геннадий Ларчиков
ЧМ-2006
Вспышка «Черных звезд»
ДЕБЮТ. Имея в составе таких футболистов, как Микаэль Эссьен, Самуэль Куффур и Стефен Аппиа, африканская команда не останется незамеченной на чемпионате мира в Германии.
Александр Кобеляцкий
РЕТРО
Божьи конечности
ЧМ-1986. В четвертьфинале мексиканского чемпионата сошлись аргентинцы и англичане. В ворота родоначальников футбола было забито два мяча. Один – самый скандальный из всех, что забивались на первенствах мира. Другой – шедевр индивидуального мастерства. Оба на счету Диего Марадоны.
Александр Кобеляцкий
ЛИГА ЧЕМПИОНОВ
Шевченко – 300!
РЕКОРД. Гол, забитый «Лиону», стал для Андрея Шевченко дважды юбилейным. Во-первых, – 300-м в карьере, во-вторых, – 52-м, рекордным для Кубка чемпионов. В списке бомбардиров украинский форвард обошел на один мяч Рауля из «Реала».
Роберто Нотариани
ИСПАНСКИЙ ДНЕВНИК ВАСИЛИЯ УТКИНА
По системе Пеллегрини
«ВИЛЬЯРРЕАЛ». Испанский клуб, никогда звезд с неба не хватавший, – сенсация сезона и прекрасный ответ всем, кто показывает пальцем в сторону лигочемпионского турнира, считая его предсказуемым.
ВСЕ РЕЗУЛЬТАТЫ
ОТ СБОРНЫХ ДО КОЛЛЕКТИВОВ ФИЗКУЛЬТУРЫ
А ТАКЖЕ ПОСТЕР
СЕРГЕЙ СЕМАК, ПОЛУЗАЩИТНИК «МОСКВЫ»
Полные версии этих статей и другие материалы читайте в «ССФ» № 14. «ССФ» в продаже со вторника, 11 апреля.
