Главный тренер самарских «Крыльев Советов» Гаджи Гаджиев в интервью «Газете» рассказал о том, как он оценивает уровень российского судейства, оценил поступок Бранко и рассказал о своих принципах работы с футболистами. Ниже мы приводим самые интересные выдержки из этого материала.  

- Гаджи Муслимович, как вы относитесь к интервью и к публичности как таковой?

- Нормально. Я считаю, что это часть моей профессии. Мы должны выступать, должны отвечать на вопросы. Хотя бы по той причине, что мальчишки, которые сейчас играют в футбол, из наших с вами бесед черпают богатую информацию для себя, для развития навыков игры.

- Вы стали первым тренером, давшим интервью прямо во время матча. Трудно было решиться на это?

- Я сознаю, что футбол развивается не только по законам спорта, но еще и по законам шоу. Болельщиков интересует все, что связано с футболом, а мы со своей стороны заинтересованы в том, чтобы как можно больше людей нам сопереживало.

- Некоторые ваши коллеги считают, что профессиональный футболист - уже готовый продукт, и тренер должен принимать его как данность, ничего не пытаясь изменить. Вы с ними согласны?

- Такая точка зрения была популярна много лет назад, в 60-е-70-е. Было принято считать, что, если до восемнадцати-двадцати лет футболист не научился играть, работать с ним уже бесполезно. Но я всегда говорил и продолжаю говорить, что это чепуха. Подобного мнения придерживаются люди, которые не представляют себе, что такое человеческий организм, как он реагирует на нагрузки, да и в целом - что такое футбол. А футбол - как раз такая игра, в которой можно совершенствоваться всю жизнь, сколько играешь - столько и учишься.

- Иногда создается впечатление, что вы просто колдун.

- Ничего подобного. Был бы колдуном, не забили бы нам в Ростове на последних минутах игры. И в матче с ЦСКА тоже. А колдун у нас скорее Юрий Красножан.

- Тренеры делятся на тех, кто сам руководит тренировочным процессом, и тех, кто определяет общую линию, которой затем следуют помощники. К какому типу относитесь вы?

- Тренировки я всегда провожу лично. В редких случаях, когда необходимы дополнительные занятия, связанные, например, с физической подготовкой или восстановлением игроков, полагаюсь на помощников. Но перед началом тренировочного процесса мы с другими тренерами всегда обсуждаем, какие занятия нужно проводить. Хочется, чтобы помощники понимали, почему ты принимаешь то или иное решение, - только так достигается единство взглядов. Мы должны как можно чаще делиться друг с другом информацией. И если коллеги будут в курсе моих требований, всем нам будет легче и на игре. Кстати, каждый матч мы стараемся обсудить детально: по какой схеме сыграть, кого поставить в состав. И в этот момент я готов выслушать любые замечания и предложения.

- Как вы относитесь к формулировке «провинциальный футбол»?

- Абсолютно нормально. В России это ярко выражено: вот провинциальный футбол, а вот - столичный.

- В этом сезоне футбол из провинции выглядит ярко как никогда. В чем причина?

- Думаю, прежде всего - в развитии российского футбола в целом. Многие высказываются о нашем футболе критично, и в принципе они правы. Мы еще не вышли на тот уровень, к которому стремимся. Но у нас большие амбиции. Россия должна войти в элиту европейского и мирового футбола, именно такую задачу мы перед игроками и ставим. Может быть, кому-то кажется, что все происходит слишком медленно. Однако не стоит забывать, что футбол - не просто игра. В некоторых государствах футбол приравнен к национальной идее. Например, в Бразилии, Аргентине, Италии. В этих странах практически каждый гражданин - футбольный специалист. А вообще я считаю, что на сегодняшний день ситуация в российском футболе достаточно позитивная, и все, что происходило в последние годы, положительно отразилось на качестве игры.

- В самарских «Крыльях Советов» существует инфраструктура, она работает. Значит, организационные проблемы напрямую на команде не отражаются?

- Проблемы, конечно же, есть. Кстати, в критический момент важную роль сыграл наш губернатор. Благодаря его поддержке клуб остался на плаву. Если бы не эта поддержка, непонятно, что было бы с командой. Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что в тяжелую минуту многие игроки сохранили верность клубу. Остался только что пришедший к нам Гусин. Остался Карен Дохоян, человек морально очень устойчивый и надежный. Остались Виноградов и Макаров, мы сумели вернуть Бута. Так что в принципе минимальным костяком команды мы располагали. Важно было быстро переключиться и понять, что старой команды больше нет, а есть другая. Мы провели собрание, на котором я сказал, что новой команде нужен новый капитан, новый совет игроков. Капитаном, кстати, выбрали Гусина. Он пробыл в команде всего три месяца, однако было видно, что этот человек обладает высоким классом игры и нравственными качествами.

- Вы упомянули о нравственности. Она для вас как тренера - критерий при выборе игрока?

- Конечно, тренер и клуб должны оценивать все качества игроков. Но если игрок действительно обладает высоким классом и при этом имеет проблемы морального порядка, я все-таки выступлю за то, чтобы он остался в команде. Я считаю, что в нормальном коллективе любого человека можно поправить, подтянуть до определенного уровня. Все равно даже самые сложные в общении люди - прежде всего футболисты и профессионалы, и интересы у них общие с командой. Игроки могут различаться в каких-то нюансах, но если футболист выходит на поле, он обязан добиваться результата.

- Чем для вас в первую очередь определяется профессионализм игрока?

- Отношение футболиста к тренировочному процессу, к игре, к своему здоровью, к самоподготовке - это главное. А находит он общий язык с партнерами или нет... Конечно, лучше, чтобы находил. Если нет - объясним, попросим, потребуем, в конце концов.

- Сегодня крайне актуальна тема судейства. Вы как-то сказали в интервью, что в принципе не против того, чтобы судьи были благосклонны к хозяевам поля. Что вы имели в виду?

- Любое мое высказывание на тему судейства носит отпечаток прошлых лет. Мы все вышли из советского футбола, и если мы вдруг решим, что ничего этого не было, а мы вот сейчас новый мир построим, это будет по меньшей мере несерьезно. Знать свою историю надо. Примеры из прошлого нашей страны ясно показывают, что слишком уж часто мы на историю рукой машем. Та же ситуация и с футболом. Надо знать свой футбол: и советский, и российский. Нужно понимать, как он развивался, у кого с кем какие взаимоотношения складывались. То же касается и судейского корпуса. Я считаю, что судейский институт совершенствуется, несмотря на все те высказывания, которые позволяют себе тренеры и игроки.

- То есть судить стали лучше?

- Неизмеримо лучше. Я в свое время отработал четыре года во второй лиге. Это, конечно, небо и земля. Разница очень серьезная. Когда я говорю, что у судей бывают симпатии к той или иной команде, - пожалуйста. Возникает спорный момент - пускай себе свистят в пользу своих «любимчиков». Но есть же моменты очевидные, которые надо судить адекватно. Например, Топич играет головой, а ему дают желтую карточку за игру рукой и срывают опасную атаку. Хотя никакой руки там и близко не было.

- На такое решение уже сложно спокойно реагировать?

- Да, бывает. Хотя в принципе сейчас судейство вполне нормальное. Есть ряд судей, которые ниже определенного уровня никогда не опускаются и судят вне зависимости от личных пристрастий.

- Вы можете на глаз определить, что данный арбитр этот матч судит предвзято?

- Любой опытный тренер, проработавший не один год, уже минут через десять-пятнадцать после начала игры способен понять, чего хочет судья. Этого времени вполне достаточно.

- Как вы отнеслись к эпизоду в матче с ЦСКА, когда Бранко сел на мяч?

- Он потом извинился за то, что подвел команду. Я знаю одно - я бы так никогда не поступил. Это просто неуважение к сопернику. А я считаю, что соперников надо уважать, и подобным образом вести себя нельзя, это неспортивно. Впрочем, если рассматривать футбол как шоу, это был совершенно нормальный жест.