«Советский спорт футбол» № 16(152), 1 – 7 мая

ПАРАЛЛЕЛИ. Самый главный вопрос, который мне уже надоел и который мне впервые задал товарищ посредством sms сразу после окончания первого полуфинального матча Лиги чемпионов «МЮ» – «Милан», а с тех пор я его слышал еще раз тридцать в самых разных ситуациях – ну и как теперь чемпионат России, интересно, комментировать и смотреть?

ИГРА, КАК ЧАСТЬ ЖИЗНИ

Давайте я повешу этот вопрос при входе, как табличку. Будем выходить из рассказа – вернемся. Пока я вам расскажу про другое. Должно быть, понимаете, просто вот должно быть на свете такое место, как Англия. Это неправда, что это футбольная страна. Ну, то есть, можно и так сказать, конечно, благо выражение это термином не является, и всяк в него вкладывает тот смысл, который захочет. Нет, в Англии можно провести неделю – и даже не задуматься о футболе. То есть вы будете, конечно, видеть рекламы с Руни, с Роналдо, с Терри – но ведь когда вам улыбается с каким-то мылом или другим товаром народного потребления в руках, допустим, Том Круз, мы же не занесем это в актив мирового кинематографа.

У меня в жизни были такие случаи. Например, на теннисе, на Уимблдоне. Не доводилось мне пожалеть о том, что лето, и футбола нет. А было это, между прочим, аккурат в те дни, когда Роман Абрамович купил «Челси». И о футболе трудно было совсем уж не задумываться.

Но Англия – не футбольная, не теннисная, не литературная страна. Она удивительно всякая. И футбол в ней вовсе не подчиняет себе всего остального, не довлеет над тобой – он там просто фантастически органичен, на своем месте.

ЕДА, КАК ЧАСТЬ ИГРЫ

Я знаю, что многие посмеялись в моем телерепортаже над фразой о том, что вот-де за пятнадцать минут до игры стадион «Олд Траффорд» не заполнен был даже на четверть, и поневоле возникло опасение – а может, и не соберется полный? Нет, я понимал в тот момент, что это полуфинал Лиги. Что соперник – «Милан». Афиша ярче снов мальчика Бананана, если кто-то помнит этот фильм, «Асса». Но… Я такого не видал.

А они просто стоят, вся эта толпа в семьдесят тысяч человек, вокруг стадиона, и жрут. Извините – никак не сказать по-другому. Жрут, да. Уписывают. Вдумчиво хрустят своими фиш-энд-чипсами, сосисками, на отдаленных подступах к стадиону, еще и пивом прихлебывают. И, понимаете, за пятнадцать минут до игры они вдруг все – хоп! – и всасываются на стадион, как вода из трубы. И никто им в этом не мешает. Для нас, туристов из России, такая способность стадиона моментально наполняться и пустеть, отсутствие знаменитого громового «напоминаем вам порядок выхода с трибун» – это просто нонсенс.

Ни с чем не сравним звук английского стадиона. Они не кричат и даже не поют. Они горланят. Любая реплика – на форсаже. Вот уже и перерыв наступил, и команды тянутся с поля длиннющим гуськом, и ты сам уже привыкаешь к сравнительной тишине, и вдруг – !!! – не разобрать, что именно проорано, но это просто группа игроков «МЮ» подтянулась ко входу в туннель, и нависшая над ней трибуна – тысяч пятнадцать – сочла необходимым напомнить парням, что они проигрывают, черт возьми. И что им надо – то самое. Тра-та-та!!! Как показала жизнь, парни поняли.

Вы, наверное, помните, что в матче «МЮ» – «Милан» все решилось последней резкой атакой манкунианцев. А вспомните еще и другое – что минуты за четыре до нее такая же фланговая контратака была у «Милана». Но побежал в нее один Кака. И в тот момент показалось, что все логично – счет 2:2, горевший на табло, и так хорош, все устали, взрослые уже люди в «Милане» играют, у некоторых скоро внуки…

И они не стали забивать. А вот эти черти побежали и забили. Кому арбуз, а кому свиной хрящик, футбол бывает разным. Но английский – вот такой.

И все. Попели минут пять и пошли за новым фиш-энд-чипсом. Хрустеть по дороге.

ЗВЕЗДЫ, КАК ЧАСТЬ ЗРИТЕЛЕЙ

Днем позже все несколько иначе. Если «Олд Траффорд» находится на городском отшибе, туда на одном трамвае надо полчаса пилить, то «Стэмфорд Бридж» находится на самой обыкновенной улице. Только-только думаешь, сидючи в такси – вот и пробка, и говоришь таксисту, что, мол, останови, пройдусь дальше, а выясняется – ты уже приехал. Вот он, за углом соседнего дома. Небольшая площадка, скульптурная композиция перед трибуной изображает болельщиков. Это к столетию «Челси» сделали. Причем центральная фигура в композиции настолько среднего роста, с бородкой, настолько она в кепке и явно что-то другим персонажам рассказывает, что всю группу хочется назвать «Ленин в Челси».

Только вокруг стадиона не столько места, чтобы питаться, и поэтому заполняется «Стэмфорд» как-то плавнее. Ну, жизнь. Никакого напряга. Как пожелаем, так и сделаем. Хотим – на футбол пойдем, хотим – станем примус починять. Рядом, на расстоянии вытянутой руки стоит величественный Эмме Жаке. Он, сколько я его ни вижу, всегда очень, очень в себе. Но вот снизу раздается какой-то трудновоспроизводимый вопль: по ступенькам трибуны снизу несется с не забытой еще скоростью Биксант Лизаразю. Не знаю, какими именно судьбами. Подскакивает на нашей комментаторской верхотуре к Жаке, которого он громогласно приветствовал, о чем-то они оживленно треплются, о чем – я не знаю, они по-французски… Но когда к этой группе присоединяется еще и вальяжный Десайи, жизнерадостность смеха всей тройки и периодические жесты не оставляют сомнений: разговор идет о женщинах. Подробнее ясно не стало.

Все это вместе не описывается с достаточной полнотой никакими высокопарными и умными словами. Не «родина футбола», не «праздник», не «поразительная атмосфера». А просто вот какое-то естество. Таков футбол в Англии и то, что его окружает. Смотришь на поле, смотришь вокруг, идешь потом домой, в гостиницу, сквозь еле едущие машины, и понимаешь: так вот и надо.

Должно быть такое место на свете.

А они там дома, и они этого, наверное, просто не замечают. Вот и возвращаясь оттуда, возвращаешься домой. Ничего страшного нет в том, что у нас футбол хуже. Было бы странно, если бы в чемпионате России он был качественнее, чем в полуфинале Лиги чемпионов. Мы еще только строим стадионы. Но строим же, так что нет повода расстраиваться.