Генеральный директор спонсора «Мордовии»: В 2010 мы сдали игру «Волге»

— Все началось в 2010 году, когда команда стала выступать в первом дивизионе. После серии поражений наставнику очень нужна была победа, и накануне домашнего матча с «Химками» в СМИ появилась информация, что тренерский состав «Мордовии» пытается договориться с гостями по результату предстоящей встречи. Чтобы соперник сдал игру в Саранске, а наша команда — в Москве. Меня эти сведения шокировали! Впоследствии все подтвердилось, участники переговоров дали признательные показания. Сговор с «Химками» — одна из основных причин моих разногласий с тренером, но не единственная. Мне до сих пор непонятна ситуация, почему в том же 2010 году «Мордовия» сдала игру нижегородской «Волге», уступив со счетом 0:3. Вы можете посмотреть видеозапись и убедиться в правоте моих слов. Хотя что тут непонятного?! Для волжан было принципиально важно выйти в Премьер-лигу. Турнирная ситуация заставляла их набирать очки. Помню, как наш вратарь отворачивается от мяча и футбольный снаряд залетает в сетку. В другом случае после непонятной ошибки нашего полузащитника волжанин вышел один на один с голкипером и спокойно воспользовался подарком.

— Возможно... Возможно... Тем не менее разногласия пошли, поскольку я не мог забыть матч с «Химками». Это была весомая причина. Были расхождения и по привлечению в команду местных воспитанников. Мы были заинтересованы, чтобы наши ребята играли в основном составе, однако Федор Анатольевич неохотно их использовал. Хотя наших юных футболистов звали в топ-клубы страны. Дениса Соболева три года назад приглашал питерский «Зенит», Максима Жесткова — ЦСКА, поступали предложения и другим игрокам. Минувшим летом Макса настойчиво звали в «Краснодар», предлагали за него хорошие деньги. Щербаченко тогда заявил, что верит в Жесткова, однако почему-то не выпускал его в основном составе. При этом мы видели, как достойно ребята 1993 года рождения выглядели в российском турнире среди юношей. Заняли высокое пятое место, на равных играли и с «Зенитом», и с «Кубанью»... С Щербаченко мы также не находили взаимопонимания по некоторым особенностям игрового рисунка. Да, «Мордовия» стала первой в ФНЛ, больше всех забила, но по пропущенным мячам оказалась отнюдь не лучшей командой в лиге. Пропускали много, очень много...

— Селекцией занимались все вместе, это совместная работа. Но контракт с футболистом, естественно, подписывает руководитель клуба, разумеется, с согласия главного тренера. Если наставник дает добро, договор заключается. Все четыре года так и работали: Федор Анатольевич представлял нам людей, мы их прорабатывали и потом заключали контракт. Если вы мне не доверяете, могу попросить распечатать все наши телефонные разговоры. Вы увидите, кто с кем беседовал!

— Турнирная ситуация заставила руководство республики принять такое решение. Глава Мордовии просто попросил меня сообщить об этом Федору Анатольевичу. Неужели вы думаете, что я из собственной прихоти поставил вопрос об увольнении Щербаченко? Я не лез в дела клуба. Есть тренер, директор, они и вели процесс. Не скрою, у меня было свое мнение по игровому составу. Присутствуя на тренировках, я высказывал его наставнику, но Федор Анатольевич всегда действовал по-своему. Делал так, как считал нужным. С июня, когда я уволился из ФК «Мордовия», Щербаченко стал и руководителем клуба, и тренером, и финансистом... В своих высказываниях относительно условий и сроков контракта Александра Симчевича (когда нас в клубе уже не было) он сам это подтверждает. Федор Анатольевич сам решал все вопросы. Директор клуба Николай Левин тоже прислушивался к его мнению.