ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
Сегодня на базе «Зенита» чествовали нападающего Анатолия Зинченко, который играл за «Зенит» в 70-е годы, а в 1980-м стал первым советским легионером: с одобрения властей и спорткомитета 30-летний Зинченко перешел из «Зенита» в венский «Рапид», где играл три года до завершения карьеры футболиста и стал двукратным чемпионом, а также обладателем Кубка Австрии.
Зинченко оставил отпечатки ног для аллеи славы в будущем клубном музее «Зенита», который появится на новом стадионе, и поделился воспоминаниями о самом удивительном этапе своей карьеры.
– Мой контракт был заключен между «Рапидом» и спорткомитетом. Только приехав в Австрию, я узнал, что по документам проходил как инженер «Союзвнештехники«. Зарплату получал в торгпредстве. Правда, только треть зарплаты. Получал 10 500 шиллингов. Мне говорили, что эта зарплата соответствует инженеру торгпредства и позволяет жить на среднем уровне австрийского гражданина. Наши специалисты удивлялись, как так получилось, что человека выпустили на Запад с семьей, но связи с родиной оставались – родители, брат, сестра по-прежнему были здесь. Не надо забывать, в какое время я поехал. Еще был «Железный занавес». Я должен был соответствовать моральному облику советского человека. Жил в городе, среди австрийцев, с семьей – жена и дочка.
– Когда игрок приезжает в чужую страну, встает вопрос, насколько важно ему для адаптации учить язык. Вы немецкий язык учили?
– Мне было полегче. Основа была заложена в школе, в институте. Я хотя бы понимал, как строить фразы. А уже в процессе жизни в Австрии что-то запоминалось. Специально я язык не учил, потому что поехал на год и не мог предположить, что задержусь на целых три года. Бытовой язык был на уровне. Я даже давал интервью на телевидении на немецком языке.
– Вы не получали больше, чем местные игроки? Могла ли с вами произойти история, как в «Зените», где косо стали смотреть на приглашенных из-за их зарплат?
– В 1/8 или 1/4 Кубка УЕФА мы приехали играть с «Реалом». Естественно, всех интересовало, что в команде советский футболист. Мне друзья из посольства потом перевели газету. Обо мне написали: есть в «Рапиде» игрок, который получает зарплату, как наш водитель автобуса. Так что никаких вопросов ко мне не возникало. Отношение ко мне в Австрии было очень теплым. Думаю, им самим было интересно посмотреть на меня, что умею, как выгляжу. Потом кому-то стало понятно, что я занимаю место в составе. Тогда на тренировках приходилось надевать щитки с двух сторон. Явно были попытки травму нанести.
– Не хотели остаться в Австрии?
– Убежден, что том возрасте, в котором поехал я, там делать, конечно, нечего. Заработать не успеешь, с языком проблемы. Начинать жизнь в другой стране в 30 лет сложно. Пожив, почувствовал разницу. Австрийцы про себя говорили, что по комфорту, по уровню жизни они отстают от США на 25 лет. Когда я слышал эту фразу, думал: насколько же мы тогда отстаем, если австрийцы, жители благополучной страны в центре Европы, отстают на четверть века?!
– Работу в клубе не предлагали?
– Мне вообще предлагали остаться. Эта инициатива исходила от Ханса Кранкля. Он говорил мне: что тебе делать в России? Оставайся здесь, получишь хорошую работу. Но воспитание и менталитет у меня были советские. За три года лично я, не кривя душой, ощутил на сто процентов, что такое ностальгия. Домой тянуло неимоверно, – вспоминает Зинченко.