Зырянов рассказал о годах, проведенных в «Амкаре»

— Конечно, это же мои первые футбольные годы, самые счастливые, замечательное время! Первые шаги в большом футболе — это третий дивизион, мы тогда поколесили по стране. Потом были второй и первый дивизионы, которые закалили меня.

 — Тогдашний президент «Амкара», Валерий Михайлович Чупраков, подарил команде автобус «Мерседес». Если не ошибаюсь, там было около 24 сидений. То есть не такой автобус, как сейчас у «Зенита», например, а раза в два меньше. Сиденья не откидывались, сидели впритирку, а ехать на выезды приходилось по 15–20 часов — кошмар был, конечно. Зато красивый был, белый. Когда по городу ехал, все оборачивались. Команда сначала обрадовалась, конечно, но пару раз поездили и стали просить «Икарус»!

— Да, всегда. Мы заранее выезжали. Самым сложным было возвращаться домой после игр, когда все тело болит, а тебе нужно 20 часов ехать из какого-нибудь города.

— Естественно. Практически все люди, игравшие в том «Амкаре», были из Перми. Были футболисты и из других городов, но не так много, два-три человека. Потом уже, когда начался подъем во второй и первый дивизионы, стали покупать футболистов. А так это всё были люди, поигравшие еще за областную команду, которая не была заявлена для участия в третьем дивизионе. Работали на заводе минеральных удобрений. Когда попали в третий дивизион, они уже перешли с завода в команду, стали профессиональными футболистами.

— Конечно. В свое время ездили в какую-то неизвестность: городки Качканар, Ишимбай. Стерлитамак. Достаточно поколесили, в общем. Я сначала хотел записывать каждый город, где побывал, но потом забросил это занятие. Был во многих городах России. Если посчитать, то, может быть, и за сотню.

— Основные эмоции были, когда мы вышли в первый дивизион, куда три года не могли попасть. Боролись, боролись: сначала димитровградская «Лада» нас не пустила, на следующий год — «Рубин», а потом уже настала наша очередь.

— Конечно, когда объявляли, что перед командой стоят самые высокие задачи — попасть из третьего во второй дивизион, из второго в первый, двигаться дальше, — это становилось и личной целью игроков. Ну и потом, нельзя забывать, что мы кормили семьи. Чем больше мы выигрывали, тем больше зарабатывали. Поэтому цель была у всех.

— О, шикарно! Заезжали мы на базу, она тогда называлась профилакторием. Находилась в 25 минутах езды от города. Там тренировались, бегали по лесу. Зима, с базы никуда не уехать, телевизоров нет... Ну, как-то жили. Ездили еще в Узбекистан на сборы, на 21 день. Не знаю, почему именно туда. Приехали под город Чирчик, жили не то в гостинице, не то в общежитии каком-то. Есть было нечего, как сейчас помню — 95-й год, Узбекистан, ну что там могло быть? Кормили одной зеленью: помидорами, огурцами... В общем, травоядными становились. Но в последний день нам сделали шикарный плов, два больших казана. Посадили под красивые шатры, рядом арык течет. Накормили от пуза, и на следующий день мы уехали домой. Ну а в отношении гостиниц самое сложное, что я могу вспомнить, — это, конечно, город Новотроицк, куда мы ездили на игру в третьем дивизионе. Это что-то! Город практически на границе с Казахстаном. Приехали, там жара стоит 45 градусов, дышать невозможно. А мы ведь еще и ехали на автобусе. Туалет на этаже, в номерах только раковины, кондиционеров, разумеется, нет — и вот мы простыни мочили в холодной воде и заворачивались в них, чтобы было не так жарко.

— Никто над нами не стоял. Были предоставлены сами себе. Вот в «Торпедо» при Шевченко на сборах каждое утро обязательно взвешивали, измеряли давление. Ужасно было. Сейчас, например, у нас свободный завтрак: можно на него не идти и хорошо выспаться. Там поднимали рано, взвешивание, давление, а потом до завтрака выгоняли на зарядку — нужно было бежать по песку в семь часов утра, выполнять упражнения, после идти завтракать. Были недовольные, но требования тренера все равно надо выполнять. Все-таки он главный в команде.

— Мне кажется, футболисты — это такая порода: что бы тренер ни делал, все равно они будут всегда недовольны. Будут бурчать, мол, это надо было сделать так, это — иначе. Но вообще в карьере мне везло с тренерами. А зарядки в семь утра на песке — ну что ж, у одного они были, у другого их не было.

 — Нет, в то время нет. «Амкар» появился только через год после распада пермской «Звезды». Вот ее футболисты были уважаемыми людьми. А на «Амкар» в первый год вообще никто, кроме родственников, не ходил. О выездах и говорить нечего. Все поменялось в 1998 году, когда в Кубке России был обыгран «Спартак». Тогда уже народ пошел. На этом матче мы собрали свой первый аншлаг, и даже больше того. Стадион вмещал 25 тысяч, пришло чуть ли не под тридцать. Все ступеньки были заняты. Ощущения были потрясающие, конечно.

 — На общем фоне — да, если учитывать, что у нас была зарплата и премиальные. Но сравнивать это с современными зарплатами в премьер-лиге бессмысленно. Некоторые умудрялись покупать машины, но у меня, например, автомобиля не было очень долгое время. Было просто не нужно. В Перми спокойно автобус забирал и привозил. Даже желания ездить на собственной машине не возникало.