Александр Кержаков: Ребенка, тем более сына, воспринял как чудо, как дар свыше

Кержаков: Когда мы начинали с ней общаться, или когда только стали жить вместе, она сказала, что не может больше иметь детей по медицинским признакам. Я не хотел в это верить, думал, что сила чувств поможет это все перебороть. И все получится. И вот так получилось. Это я воспринял как чудо, как дар свыше, тем более, когда сказали, что будет сын.

Кержаков: Это показала экспертиза. В клиниках она рассказывала, что на протяжении такого-то времени она употребляет наркотики.

Кержаков: Он был немного недоношенный и весил 2,5 килограмма.

Екатерина: Это не говорит о том, что ребенок нездоров.

Кержаков: Когда она лежала в роддоме, лично мне говорил человек, что носил ей туда спиртные напитки. Что она творила после родов, когда уезжала ночью, дожидалась, пока я усну, брала месячного Игоря и уезжала в какой-то загородный отель. Я приезжал через два дня, искал через каких-то знакомых, находил, забирал. А ребенок просто лежит на кровати, на покрывале. Еще когда она лежала в наркологической клинике, я понял, что нужно оградить ребенка, обезопасить его. Для этого я подал документы на место проживания ребенка со мной. Я сказал ей об этом, это опять скандал, оскорбления в мой адрес. Я не хотел это слушать, встал и ушел.

Екатерина: Был один момент. Игорю шел второй месяц, были конфликты, и нужно было остыть. И чтобы все это было не при ребенке, был один момент, когда я уехала. Из этого отеля я уезжала сама.

Екатерина: Разные, общение в социальных сетях, общение с подругами, общение с бывшим мужем, много. Наша проблема не может решиться мирным путем. Я иду на мир, выбрасываю белый флаг. Сейчас я думаю, он не хочет отдавать сына.