ГОСТЬ РЕДАКЦИИ

О роли женщин в жизни хоккеистов лишний раз напоминать не надо.

Ответственность за уют и спокойствие в доме взваливают на свои плечи они — жены, мамы. Сегодня у нас в гостях Валентина Волченкова, которой знакомы обе роли. Больше двадцати лет она состояла в браке с Алексеем Волченковым – десятикратным чемпионом СССР, восьмикратным обладателем Кубка европейских чемпионов, победителем «Приза «Известий». А их младший сын Антон – вице-чемпион мира, ныне защитник «Оттавы».

БОЛЕЛЬЩИЦА ЦСКА С ДЕТСТВА

– Хоккей начался для меня задолго до знакомства с Алексеем, — рассказывает Валентина Волченкова. — Мой папа – военный, всю жизнь и во всех видах спорта болел за ЦСКА, вернее, сначала за ЦДКА, а потом еще за СКА из Новосибирска – города, где мы жили. Вот и для меня армейские клубы с детства были любимыми. Не только в хоккее, но и в футболе. Однажды, когда я уже училась в институте, мы с сестрой Леной пошли в парк на танцы, а там познакомились с двумя хоккеистами молодежной команды «Сибирь» Олегом Исламовым и Алексеем Волченковым. С тех пор стали дружить, ходить на их игры. Как-то летом поехали с родителями отдыхать в Одессу. Возвращаемся, а нас один Алик встречает. Оказалось, Алексея призвали в армию и направили в Москву, в ЦСКА. А через полгода уехал и Алик – его пригласили в киевский «Сокол». Мы с Алексеем встречались теперь лишь во время отпуска, а так перезванивались, переписывались. Наконец, 27 июня 1974 года поженились — в один день и мы, и Лена с Аликом. В новосибирском зале торжеств присутствовало 200 человек – только самых близких.

В ЗАГС 23 ФЕВРАЛЯ

 — Получилось у вас прямо-таки идеально: муж мало того, что хоккеист, да еще попал в вашу любимую команду…

 — Всегда говорила, что выйду замуж за военного, так и получилось на самом деле. Наверное, символично, что заявление в загс мы подали 23 февраля. Но прежде чем это произошло, были годы ожиданий наших встреч. Хорошо помню, как по телевизору видела дебютный матч Алексея за ЦСКА против «Спартака». Пробиться в состав армейской команды было очень тяжело – Харламов, Петров, Лутченко, Кузькин, Рагулин, другие звезды и в нападении, и в защите. Но вот получил травму Лутченко, и Анатолий Владимирович Тарасов говорит: «Лешка, готовься». Вышел Алексей на матч, и с того момента он на целых 13 лет стал игроком основного состава. Удерживаться столько времени на таком высоком уровне – уже за это можно уважать. Может быть, Алексей и не был яркой звездой, но свое дело делал надежно, да к тому же неконфликтный по натуре человек. Тарасов к нему хорошо относился, все время подбадривал: «Лешка молодец».

 — Но в сборной страны Алексей не так уж много поиграл…

 — Тихонов Виктор Васильевич, когда вторую сборную тренировал, брал моего мужа в состав и уверял, что на месте наставников главной команды страны обязательно включал бы в нее моего мужа. Правда, когда он принял первую сборную, то тоже не стал прибегать к кандидатуре Волченкова, хотя в числе кандидатов называл его не раз. Тогда уже начало восходить к вершинам новое поколение защитников высочайшего класса во главе с Фетисовым. А может быть, как мне потом объясняли, дело в нарушениях режима. Только Алексей ведь не больше других этим грешил.

СПОРТИВНЫЙ ДОМ

 — Его отношения с Тихоновым до конца оставались хорошими?

 — Со временем Тихонов стал смотреть на Алексея по-другому, чаще делать замечания и обвинять в пропущенных шайбах. Правда, надо отдать должное Виктору Васильевичу: если он замечал после видеопросмотра, что напрасно кого-то обвинял, то непременно подходил к игроку и извинялся.

 — Насколько знаю, жили вы в спортивном доме?

 — Да, недалеко от «Речного вокзала». В одном доме с нами — хоккеисты Жлуктов, Попов, дзюдоист Тюрин, потом еще и Фетисов переехал, тут же волейболисты Молибога, Полищук, Кондра, баскетболист Милосердов, фехтовальщик Кровопусков, легкоатлетка Вера Анисимова… В соседнем – Михайлов, Цыганков, Кожевников… Очень сплоченные были у нас семьи, дети наши тоже дружили. Вместе отмечали победы, звания, медали. Могли провеселиться всю ночь, а на следующий день у всех работа, сборы, тренировки. Наши мужья прекрасно понимали, сколь тяжела женская доля. У них сборы, а у нас – домашние дела, дети. Гена Цыганков однажды говорит: «Девочки, я заказал столик в «Советской». Идите отдохните, а я посижу с детьми. Вам надо в люди выходить». Помню, были я, Ольга Цыганкова, Лена Лебедева, Ира и Таня Харламовы – жена и сестра Валеры. Время пролетело очень быстро. А потом приходим домой – Генка сидит, что-то читает. Дети все перевернули вверх дном. Но главное, все живы-здоровы и у нас прекрасное настроение.

 — В общем, ничто человеческое было вам не чуждо?

Хотя мы и дружили, но люди все разные, обо всех одним словом нельзя сказать. Ира Харламова, помню, в последние полгода своей жизни постоянно в ресторан «Союз» нас звала. Предчувствие скорой трагедии у нее было. Ей к тому же нагадали смерть в 25 лет, а этот возраст приближался. В мае ей 25 как раз исполнилось, и она опять: «Пойдем в «Союз».

Берем там шампанское, легкую закуску. И Ирка говорит: «Давайте выпьем за то, что мне сегодня 25, а я жива». А через три месяца они с Валерой разбились.

ДНИ РОЖДЕНИЯ ЗАРАНЕЕ НЕ ОТМЕЧАЮ

 — Окончание карьеры игрока всегда момент сложный. Как его перенес Алексей?

 — Когда пришел неизбежный день расставания с хоккеем, Тихонов помог Алексею устроиться работать в военкомат. Муж еще играл, когда у нас родился младший сын, Антон. Естественно, Алексей-старший, будучи действующим хоккеистом, не мог уделять достаточно времени мне и детям. Жены спортсменов должны относиться к этому с пониманием. И Алешенькой, и потом Антошей занималась одна. Водила Алешеньку на фигурное катание, затем на хоккей. А Антошка хотя и родился крепким по внешним данным (вес 4,75 кг, рост 51 см), часто болел. Годик ему исполнялся 25 февраля, в понедельник, и я решила отметить это событие на день раньше, в выходной. С тех пор навсегда усвоила и говорю всем: «Не отмечайте день рождения заранее». В тот же вечер Антошка почувствовал себя плохо, поднялась температура, начались судороги, и его отвезли на «скорой» с диагнозом «ОРЗ с кишечной инфекцией». Сильно болел он и потом, до трех лет. Мы с ним объездили практически все детские больницы.

Однажды ночью вызываю врача, думаю, воспаление. А меня доктор ошарашивает: «Для ребенка не может быть болезни страшнее – ложный круп: во время сна начинается отек гортани. Так что, мама, сегодня вы спать не будете. Вот вам таблетки Звягинцевой, а как мальчик начнет задыхаться – сразу в ванную, открывайте пар и срочно набирайте «03». А телефона-то у нас в новом доме не было. И представьте ситуацию: в два ночи начинается приступ, я Антошку в одеяло заворачиваю – и бегом вниз, звонить из автомата.

 — Но потом-то все наладилось, если Антон вырос хоккеистом?

 — Долго так продолжаться не могло, надо было что-то менять, и я начала ребенка закаливать. Каждый день, какая бы ни была погода – дождь, снег, минус 40, после завтрака одеваю его — и на улицу. Ушла с работы, нужно было все время быть с малышом.

СЧАСТЬЕ ЖИТЬ ДЛЯ ДЕТЕЙ

 — И когда вы решили, что сына пора отдавать в хоккей?

 — В 7 лет я привела его в ЦСКА. Первое время он занимался у Голомазова, потом – у Чабарина. На коньках кататься не умел и говорил: «Буду вратарем». Я его отговорила, он играл в нападении, но Юрий Александрович Чабарин решил, что со своим ростом (1,36 м) Антохе лучше быть защитником. Сначала сын сильно переживал, а потом смирился и ему понравилось. Вперед стал подключаться. И мы каждый день вставали в пять часов, к семи – на тренировку. Бывало, бужу – чувствую, не хочет подниматься. Ладно, говорю, может, не пойдем сегодня – снег, холодно, темно? Смотрю, нет – идет умываться, берет форму. С сумкой садимся в первый автобус, а после тренировки отвожу Антошку в школу, ко второму уроку. Забираю вещи, отвожу домой и спешу на работу. И так практически каждый день. Команда та, 1982 года рождения, родной стала, сейчас по газетным отчетам слежу, кто как играет — Горбунов, Корякин, Деев, Бизяев, Великов, Степанов... Вместе с их родителями столько времени провели на тренировках, играх, ездили в Воскресенск, Ярославль, Рыбинск, Пензу… Это был наш образ жизни. Эти годы невозможно забыть.

 — А у старшего сына какие были отношения со спортом?

– Алешенька у нас талантлив от природы. Школу окончил без троек. За что бы ни брался, все получалось. Великолепно рисовал. Его работы вошли в число 40 лучших в стране на конкурсе комиксов. Поехал в Америку — и там вышла книга с его иллюстрациями. Так Алешка заработал свои первые деньги – 150 долларов. Привела его в легкую атлетику, и тренер Вера Анисимова увидела в нем огромные задатки. Но Алешка уже хотел играть в хоккей, а я его водить туда не могла – Антон уже родился. Когда Алешка учился в пятом классе, отдала его в «Динамо». Потом он перешел в ЦСКА, а там уже свой микроклимат сложился, свои сочетания пятерок. Звено, в котором он выступал, было на хорошем счету. Но я не могла уделять ему столько времени, сколько позже Антону. Мы со старшим сыном жили жизнью младшего, отдавали ему все силы. Вот тут помощь отца как нельзя кстати оказалась бы. Но Алексей детьми не занимался. Хотя, бывало, выйдет с ними на улицу с фотоаппаратом или кинокамерой. Вот только случалось такое нечасто.

Развелись мы, когда Антону было 13. Не могу сказать про Алексея плохого. Наоборот, говорю детям, что пока он жив и пока вы живы, он всегда будет оставаться вашим отцом. Алексей добрый человек, мне всегда нравилось, что он много читал и с ним интересно было поговорить не только о хоккее, но и на другие темы. Но так бывает, что и более сильные, чем он, люди, завершив выступления, не находили себя в жизни, терялись в ней. Мне жаль, что он не участвовал в процессе воспитания, не радовался успехам детей, не огорчался их неудачам, не ходил на матчи с их участием, не орал на трибунах. Много он потерял. Но как бы то ни было, у нас сохранились нормальные отношения. Когда с ним случилась беда – он сломал обе ноги, травмировал спину, — я не могла не прийти ему на помощь. Мы с Алешкой полгода навещали его в больнице, ухаживали за ним. Рада, что после этого Алексей как бы возродился, не пьет, вновь играет за ветеранов, и говорят, у него очень хорошо получается.

ДВЕ РОДНЫЕ КОМАНДЫ

 — Антон воспитывался в ЦСКА, но на высоком уровне впервые проявил себя в составе «Крыльев Советов». Наверное, обе команды он может считать для себя родными?

– О том, что Антоша станет профессиональным спортсменом, раньше даже мыслей не возникало. Занимался он, как я считала, исключительно для здоровья. Как-то Антон подрался на площадке с Игорем Самойловым, который сейчас в «Северстали». Я кричу: «Антон! Прекратите, остановитесь!» А чей-то папа: «Не надо мешать, пусть учатся за себя стоять. А то как же они в НХЛ будут играть?» Я смеюсь: «Господи, какая еще НХЛ? Им лет-то сколько?» Но со временем стало ясно: хоккей для Антона — это все.

До сих пор, конечно, по-прежнему переживаю за ЦСКА. Но теперь еще и за «Крылья Советов» болею. На все их матчи хожу, мне Сережа Соин билеты оставляет.

Когда Антон перешел в эту команду, «Крылья» поставили перед собой большую задачу – вернуться в Суперлигу. Стало очевидно, что ее реально выполнить, и это в итоге подтвердилось.

В «Крыльях» Антон быстро себя проявил, прогрессировал. Начал в четвертом звене и дошел до первого. Там его поставили в пару с Журиком. Впереди с ними играли Фролов, Поснов и Шевцов – идеальное, считаю, звено получилось. За каждым из них теперь тоже с особым вниманием слежу.

МУЖСКОЕ ВОСПИТАНИЕ

 — А за тренерами, под руководством которых Антону довелось в разные годы поиграть?

Само собой, я не могла дать Антону мужское воспитание. Он получил его благодаря хоккею и тем людям, которые с ним работали, — Юрию Александровичу Чабарину, его помощнику Игорю Ивановичу Жидкову, Виктору Васильевичу Тихонову, Борису Петровичу Михайлову, Андрею Константиновичу Пятанову, Владимиру Анатольевичу Плющеву, Сергею Архиповичу Котову. Конечно, каждый из них – особый человек в жизни Антона, и, получается, в моей тоже.

Ну, и очень трудно пришлось бы мне без Алешки. В 16 лет он говорил: «Мама воспитывает нас с братом одна, и я должен ей помочь». Все были в шоке: в таком возрасте так рассуждать, взять на себя столь большую ответственность вместо того, чтобы думать о том, как самому устроиться! Охранником работал, крыши крыл — деньги для семьи зарабатывал. Когда пришло время идти в армию, известный селекционер Борис Моисеевич Шагас и руководство армейского клуба помогли ему пойти служить в ЦСКА, и Алешка мог по-прежнему помогать мне и своему младшему брату.

 — Исходя из своего опыта, вы, наверное, могли бы вывести формулу, какой должна быть спутница жизни хоккеиста?

 — Она должна быть фанатом в хорошем смысле этого слова. И не только любить человека, который находится рядом, но и уважать его работу. Понимать, что она, работа, сложная — это не то что утром ушел, а вечером вернулся. Профессия очень опасная, сродни шахтерской. Выходишь на игру и не знаешь, придешь ли домой здоровым. Хоккеист себе не принадлежит. Говорят, женщины позволяют себя любить. Это не про жен хоккеистов. Они должны сначала любить сами, давать возможность своим мужьям быть спокойными за тылы. Сидела как-то на хоккее и услышала разговор двух молодых девушек. Одна спрашивает другую: как там, мол, у твоего – травма вроде была? А та отвечает: «Да что об этом говорить, других тем разве нет? Подумаешь, травма. Главное, чтобы он вовремя деньги домой приносил». Я была просто поражена. Не понимаю, как можно с таким настроением выходить замуж за хоккеиста.

КСТАТИ

За всю историю нашей сборной было всего три случая, чтобы в ее составе в разное время выступали и отец, и сын. Кроме Волченковых это Сырцовы и Дроздецкие.

НАША СПРАВКА

Антон Алексеевич Волченков. Родился 25 февраля 1982 г. Защитник. Заслуженный мастер спорта. Начал играть в СДЮШОР ЦСКА. Выступал за ХК ЦСКА, «Крылья Советов». Занял второе место в номинации «Лучший новичок российской Суперлиги сезона 2001/02 г». Вице-чемпион мира 2002 г. Чемпион мира среди молодежи 2002 г. По итогам этого турнира вошел во второй состав символической сборной. Ныне выступает в клубе НХЛ «Оттава Сенаторз».