Никита Задоров: Очень хотел в сборную, но из-за боли в плече даже спать не мог

Я вот думаю, что Никита Задоров – идеальная ролевая модель. Изучите его инстаграм (@zadorov_16), как он обожает свою семью – красавицу-жену и очаровательную дочку. Как уважает своих одноклубников по «Колорадо».

И какой это грозный брутальный защитник. 278 силовых приемов в сезоне НХЛ, больше не сделал никто! А еще он побил вечный российский рекорд, который принадлежал Александру Овечкину (259). Если б это зависело от меня, Задоров сейчас красовался бы на рекламных баннерах. Вот же он, настоящий русский богатырь Никита Кожемяка.

– Объясните, как вы сделали 15 хитов в матче с «Кингз»? Причем получили 21:55 минуты на льду. Какая-то нереальная цифра.
– Просто «Лос-Анджелес» – такая команда, что там всегда идут в стык. Их тактика – много вбросов в зону, а потом давить. Хоккеисты там большие и медленные. И когда ты останавливаешь их игрока на синей линии, то все равно проводишь этот хит.

«Кингз» – идеальный клуб, против которого всегда получается много силовых приемов. Там игроки габаритные, в них легко попасть. Они не боятся этого, принимают удары.

– Вы побили рекорд Овечкина. А сами проводили против него силовой прием?
– Такого не было. Против лидеров других команд тяжело провести хиты, они играют с головой. Мне кажется, Саша уже не летает, как в молодости, когда бил всех подряд. Теперь он играет более умно, не хочет на ровном месте попадать под силовые приемы. У таких игроков нужно шайбу отнимать, чтобы они не создали моменты и не бросили, а не целить им в тело. Если момент в средней зоне, то да. Но у меня такого не получалось.

– Зато помню, как вы вырубили лидера «Виннипега» Марка Шайфли.
– Уверен, если бы такой силовой прием провел Дрю Даути из «Лос-Анджелеса», реакция была бы другой. Или я сделал бы такой хит против игрока четвертого звена, то не получил бы удаление.

Но это – Шайфли, и на льду началась заварушка. Судье нужно было кого-то наказать, вот и выгнали по хоккеисту из каждой команды. Меня наказали за драку, хотя я вообще там ничего не делал, просто на меня напрыгнули.

Это как на чемпионате мира по футболу – понятно, что при фолах на Месси, Роналду, Неймаре будут больше свистеть, чем если в подкате срубят какого–нибудь панамца.

– Как вы получили травму, из-за которой не поехали на чемпионат мира? А ведь очень хотели сыграть в Копенгагене!
– За 20 матчей до конца регулярки мы играли с «Сент-Луисом», и меня прибортовал Кайл Бродзяк. Чтобы сильно не раскололи, я выставил руку. И вдруг вылетело плечо. Я пошел в раздевалку. Посидел пять минут – думал, нормально. Вышел на лед, но оно опять вылетело.

Мне все забинтовали, есть специальный пояс, чтобы рука держалась. И я так играл до конца сезона, включая плей-офф. Рука периодически вылетала, когда я действовал в силовом стиле. Если б начал лечиться сразу после матча с «Блюз» – может, обошлось бы без операции. А так внутри плеча постоянно все рвалось. В общем, деваться было некуда.

К тому же в серии с «Нэшвиллом» я и другую травму получил – второго плеча. То же самое, что было у Ивана Проворова. Даже руку поднимать не мог, в плей-офф ни разу не тренировался. Перед игрой руку заматывали, и я выходил на обезболивающих.

– Вы провели с травмой 26 матчей, больше двух месяцев. К такой боли можно привыкнуть?
– К левому плечу привык – там пояс держал, и я просто щелкать не мог в полную силу. А правое болело так, что по ночам спать не получалось. Но плей-офф – особая штука. Там все забывается, адреналин зашкаливает.

– С вами выходили на связь из сборной? Говорили, что верят и ждут?
– Мне никто не звонил. Все разговоры шли через агента.

– У вас плей-офф начался на матч раньше. «Колорадо» проводил в Денвере последний поединок регулярки против «Сент-Луиса». Кто побеждал, тот попадал в кубковую восьмерку.
– Мы знали, что «Блюз» не в оптимальном состоянии. У них был разлад в команде, потому что генменеджер обменял Пола Штясны в «Виннипег», а ребятам это не понравилось. Но у «Сент-Луиса» очень сильная команда, много звезд – Тарасенко, Шенн… Впрочем, мы были в себе уверены, потому что дома всех побеждали. Очень тяжело играть в Колорадо.

– Из-за высокогорья?
– Да, это влияет. Александр Радулов приезжал и говорил, что у нас дышать тяжело. Если три дня в Денвере проводишь, то более-менее. А если играешь наутро после самолета, то приходится тяжко.

– «Колорадо» преобразился, скакнув с последнего места в регулярке в зону плей-офф. И это совпало с обменом Мэтта Дюшена.
– Я дружил с Дюшеном, у нас хорошие отношения, мы до сих пор общаемся. Но вы правы, после его обмена команда изменилась. Настроение в раздевалке стало другим. Некоторые ребята выдохнули. Тот же Нэйтан Маккиннон почувствовал, что он – номер один. Понял, в каком порядке – и набрал 97 очков. А уровень ведь потрясающий, скорость бешенная. Играю против него на тренировке – остановить невозможно! Занимается дополнительно. Все ребята выходят на лед, а Нэйтан там уже 20 минут пашет. Вот откуда прогресс, и он очень здорово тащил нашу команду. А за ним и остальные потянулись.

– Интересное фото в вашем инстаграме: идете на матч плей-офф, а туфли – без носков. Почему?
– Сейчас мода такая, – смеется Задоров. – Уже весна, пора без носков ходить.

Именно те ботинки жена подарила мне на Рождество. Я их надел на первый же матч, мы выиграли. И пошла серия, когда мы одержали 10 побед подряд. Я в одних и тех же ботинках ходил без носков. У нас был выезд в Монреаль и Торонто, где весной еще снега по колено. Но ребята умоляли: «Ты только ботинки не меняй! Пусть даже минус-30 будет на улице». Фартовой оказалась обувь.

– Вы побили личные рекорды по результативности. Сколько очков хотите набирать за сезон? Дело ведь не только в хитах…
– Конечно. Я доволен, что в чемпионате набрал 20 (7+13) очков. Еще гола три мне не засчитали. Я люблю подключаться в нападение, забрасывать шайбы. Но когда ты выходишь против первого звена другой команды, то это нужно делать аккуратно, чтобы не обрезаться. Все лидеры – хитрые и мастеровитые. Однако, когда ты выходишь в пятерке с Маккинноном, то грех не набирать очки. Он создает моменты из ничего.

В следующем сезоне моя задача – забить больше 10 голов. И у меня есть потенциал. Бросок хороший, нацеленность на ворота. Нужно чаще атаковать.

– Когда вам было 18 лет, Сергей Гимаев сказал мне в интервью: «Никита Задоров – наш русский Крис Пронгер, такого защитника у нас не было 10 лет». Вам нравится образ Пронгера?
– Такой же вопрос мне задали перед драфтом. И все обалдели от моего ответа: «Я играю не как Пронгер, а как Никита Задоров». Может, скауты и подумали, что этот русский зазнался. Но поймите, Крис Пронгер – один из величайших защитников в истории НХЛ. К этому уровню нужно стремиться. Он был физически сильным, лидер и капитан. Я же хочу идти своей дорогой.

– Может, вам Дарюс Каспарайтис нравится по стилю?
– Я в детстве много матчей НХЛ не смотрел. Но мне всегда нравился Стив Айзерман. А когда приехал в 16 лет в Канаду, то любимым игроком стал Эрик Карлссон. Но это вообще другой стиль. Я ценю мастеровитых хоккеистов, как они набирают очки, что творят на льду. Вот Дрю Даути – он вообще величайший. С какой легкостью играет против Маккиннона, на таком спокойствии. Иногда думаешь: «Как он это делает?»

Есть к чему стремиться. Кумиры были, но когда против них начинаешь играть, это уже превращается в цель – ты хочешь добиться таких же результатов, как и они.

– Что не получилось у Наиля Якупова в «Колорадо»? Что его ждет в СКА?
– Якупов – один из самых крутых людей, с которыми я знаком. Мы сразу же подружились. Даже не ожидал такого. Он только пришел в «Колорадо», и мы начали легко общаться без напрягов.

Переживал по ходу сезона, почему у Наиля не получается, и его тренер не ставит. Но такое бывает. Посмотрите на Мишу Григоренко. Каждому нужен свой тренер. Джаред Беднар с самого начала сложил о нем свое мнение, и уже не переубедишь взрослого человека. Григоренко хорошо играл у Патрика Руа, а вот Беднару он не так нравился.

Тебе должно повезти, чтобы попасть к своему тренеру. Думаю, Наиль – очень хороший игрок. Молодой, с потенциалом. Переход в СКА ему поможет поймать уверенность, перестроиться. И я жду его обратно в НХЛ.

– А вас прошлым летом активно звали в ЦСКА?
– Обычно игроков подписывают в КХЛ в мае-июне. Тогда меня звали: «Приезжай». Но я сказал, что пока не могу дать ответ. Жду решения от «Колорадо». А в июле-августе в ЦСКА сказали, что уже подписали 25 защитников. Горячего желания видеть меня уже не было. Да и я не рвался, был близок к контракту с «Эвеланш».

– Вы интересно деретесь. Не лепите кулаками в лицо, как Тай Доми, а все переводите в борьбу, заваливая соперника.
– Я дерусь только по делу, если чужие игроки обижают нашего. Или надо завести команду, или меня обидел кто-то. Не иду как тафгай в открытую драку, кто кого первым уложит, у кого челюсть крепче. Я считаю, что в боксе главное – оборона, чтобы самому по морде не дали.

Это умный подход. Драки у меня – не на первом месте, и я не хочу травму получить. Но пусть в других командах знают, что я грубость не потерплю, своих партнеров защищу.

– А как вы договариваетесь о бое?
– Все ведь видно по глазам. Когда Маккуэйд из «Бостона» ударил в спину нашего Джоста, и тот повредил колено, я сразу подъехал на вбрасывании: «Давай». Тот ответил: «О’кей».

То же самое было с Фанефом из «Лос-Анджелеса». Он применил силовой прием против нашего Рантанена. Я подкатил, Дион меня увидел, обмен взглядами, и перчатки полетели на лед. Все знают, как себя вести в таких ситуациях.

– Вы на Хэллоуин нарядились в клоуна из «Макдональдса». Вы в жизни добрый и веселый, в отличие от жесткого образа на льду?
– У меня жена таким креативом занимается. Костюмы, как выделиться – это все к ней. Прикольно получилось с клоунами, мы друг друга разукрасили. Дочку Софи одели в костюм бургера. Ну да, карнавал удался.

– Перевернулся мир, когда вы стали отцом?
– Еще как! Это самое крутое, что произошло в моей жизни. Каждый день с утра встаешь, и настроение поднимается. Смотришь, как дочка растет, делает что-то новое. Просто отпад! И это не напрягает, мы от ребенка не устаем. Бывают иногда моменты, когда хотим побыть вдвоем, и для этого есть дедушки с бабушками. Им можно отдать внучку. А так Софи у нас – замечательный ребенок. Наше счастье и большая радость.

В конце интервью Никита Задоров, большой фанат футбола, высказался о чемпионате мира в России.

– У вас получилось попасть хотя бы на один матч чемпионата мира по футболу?
– Увы, нет. У меня в планах было сходить на игру Россия – Саудовская Аравия, плюс еще на пару матчей в Москве. Но так получилось, что 4 июня пришлось ехать назад в Колорадо, показаться врачу. Подошло время реабилитации, когда можно делать упражнения. И если бы я затянул на неделю, плечо могло неправильно среагировать, задубеть, потерялась бы растяжка.

А так у моей жены спортивная семья, в ней футбол любят. Мы получили бы кайф от чемпионата мира!

– Тогда назовите трех звезд мундиаля по версии Никиты Задорова.
– Меня зацепил Лука Модрич. Я не ждал, что он будет так здорово тащить хорватов. Может, его было не так видно против Дании и России. Но люди, которые понимают в футболе, прекрасно видят, какую колоссальную работу он делает в центре поля, какие пасы отдает.

В таком же амплуа у сборной Франции играл Н’Голо Канте – маленький темнокожий полузащитник из «Челси». Просто машина! Потом французы о нем пели песни, что у этого игрока пять легких, поэтому он столько носится по полю.

А когда Россия вылетела, я болел за бельгийцев. Очень нравится их форвард Эден Азар – его дриблинг, сколько обводок, как бежит и давит чужую оборону. От него такой огонь идет!

Наши – вообще без вопросов! Дзюба – красавец. А какие голы забивал Черышев! Когда он вколотил гол хорватам, у меня аж слезы потекли. Это было потрясающе! Акинфеев, Игнашевич, Фернандес, Кутепов – все выстрелили!

Я сейчас в Майами, сам хожу играть в футбол по три-четыре раза в неделю с русскими мужиками. Собирается компания, люди давно уехали. И вот начинаются разговоры: «Зачем поддерживать сборную России? Ну что вы! Там играть никто не умеет!»

Мне обидно это слышать. Отвечаю им: «Может, вы страну не любите, у кого-то свои претензии, но вы ребят поддержите. Они выходят на поле и стараются». Я отлично понимаю, как им тяжело на домашнем чемпионате мира после той критики, которая на них выливалась.

Но они сражались, доказывали. Вот взять групповой этап. Египет – не мертвая команда. Там выступает третий по силе игрок в мире по итогам прошлого сезона – Мохамед Салах, пусть и после травмы.

Игнашевичу почти 40 лет, но он спокойно держал оборону. Как сборная выложилась с испанцами! И с хорватами наши заслужили победу, в наши ворота залетали идиотские голы.

– Скажите прямо, Федор Смолов – пижон? Я о том эпизоде с пенальти.
– Не пижон. Он – наш лучший пенальтист. У него есть мастерство, чтобы так забивать. Но от него многое зависело, и он не забил в важнейшем моменте. Это как в плей-офф НХЛ – невозможно взять Кубок Стэнли, когда твой лучший хоккеист не играет.

Сборной России не хватило Александра Кокорина, который получил травму. Оборона потянула без Джикии и Васина. Но глубины атаки не хватило, а Дзюба не мог работать все 90 минут. Нужен был еще один топ-нападающий, а у Смолова не пошла игра.

«Вы говорили, что Олимпиада под нейтральным флагом – это позорно и непатриотично. А смотрели хоккейный турнир из Пхенчхана?» – спросил я у Задорова.
«Я – фанат спорта, смотрю вообще все. Из чемпионата мира по футболу пропустил только пару матчей, которые шли по Денверу в пять утра. Видел Олимпиаду, очень болел за наших ребят, пусть нашу большую делегацию и урезали. Я ведь и бобслей люблю, и лыжи, и биатлон обожаю еще со времен Зайцевой, – говорит Задоров. – Под словом «позор» я имел в виду, что МОК не уважает Россию в этой ситуации. Ну, нейтральный статус. Ты все равно поедешь на Олимпиаду, будешь выступать за свою страну. Но осадок остался. Ты не развернешь флаг России на награждении, наш гимн не сыграли. Вообще я не люблю, когда политика лезет в спорт.

Я не знаю, ели допинг или нет. Того же Григория Родченкова послушаешь, он там целую теорию выстроил. Но политика в этом играет очень большую роль, и нельзя доводить ситуацию до бреда.

В день финала у нас в Денвере закончился матч. И мы втроем – я, Андрей Миронов, Наиль Якупов – поехали ко мне домой. Смотрели, как наши с немцами рубились. Игра была crazy!

Когда наши уступали Германии за минуту до конца, да еще остались в меньшинстве, я в шоке за голову держался. Что происходит?! А потом Гусь (Никита Гусев) забил броском с неудобной. И когда в овертайме немцы схватили удаление, я понял: все, наши в этом большинстве точно забьют.