Первый час новой жизни Профессора. Корреспонденты «СС» о закулисье прощального матча

В понедельник, как только закончился хоккейный праздник в Лужниках, начался новый этап жизни Игоря Ларионова. Профессор забил последний гол, отдал последнюю передачу и ушел из большого спорта. Мы стали свидетелями первого часа «гражданской» жизни хоккейной легенды.
15 декабря 2004 00:00
автор: Павел Лысенков

ХОККЕЙ
ПРОЩАЛЬНЫЙ МАТЧ ЛАРИОНОВА

В понедельник, как только закончился хоккейный праздник в Лужниках, начался новый этап жизни Игоря Ларионова. Профессор забил последний гол, отдал последнюю передачу и ушел из большого спорта. Мы стали свидетелями первого часа «гражданской» жизни хоккейной легенды.

…За пять минут до конца матча сборная России – сборная мира пробираемся из ложи прессы к хоккейной коробке. Оборачиваемся на трибуну. Снизу видно, что матч Ларионова – не только хоккейное, но и светское мероприятие. Много людей в дорогих костюмах, девушек, словно сошедших с обложек глянцевых журналов, звезд шоу-бизнеса. Певица Алсу пришла с папой и генеральным директором «Крыльев Советов» Романом Хайретдиновым. Лариса Долина сидит с Ладой Фетисовой. Бард Олег Митяев с тоской смотрит на площадку, когда Профессор делает круг почета.

МУЖЧИНЫ НЕ ПЛАЧУТ?

Ларионову вручают клюшку, отлитую из серебра. Похожую в этом году получил Сергей Федоров, когда набрал 1000 очков за карьеру. Так в НХЛ принято отмечать выдающихся мастеров. Профессор фотографируется со Стивом Айзерманом и Скотти Боумэном, создавшим в «Детройте» легендарную «русскую пятерку». За нашими спинами оглушительно хлопают пушки, и на лед через бортик вылетают длинные ленты золотого серпантина. Форвард сборной мира Скотт Гомес попадает в эпицентр лентопада и через секунду становится похож на новогоднюю елку. Дети с трибун скандируют: «Дядя Игорь, не уходи!» Защитник сборной России Борис Миронов так растроган, что на его глазах появляются слезы. Миронов отворачивается от камер, а потом уезжает в раздевалку. Мужчины не плачут, мужчины огорчаются.

У входа в раздевалки стремительно вырастает толпа журналистов. Все хотят прорваться к игрокам. Начальник охраны добродушно объясняет, что у него приказ: «Сначала 10 минут работают телевизионщики из Канады. Потом 10 минут для пишущей прессы». Народ переживает, волнуется. К нам подходит сам Ларионов. Говорит стражу порядка: «Пускайте всех!» Одни репортеры бегут налево, где комната звезд мира. Другие – направо, к нашим.

ВСТРЕЧА С МИНИСТРАМИ

Идем за Ларионовым. Под трибунами его останавливает представительный господин в очках. Да это же министр иностранных дел Сергей Лавров! «Хорошая игра, Игорь. И гол ты забил красивый. Совсем не похоже, что договорились». «Гол получился трудовым», – улыбается Ларионов.

В первой комнате раздевалки виновника торжества ждут главный спортивный функционер России Вячеслав Фетисов, министр МЧС Сергей Шойгу. Именитые гости чокаются пластиковыми стаканчиками с шампанским. Ларионов символически прикладывается к бутылке с хорошим пивом. К компании подходит Андрей Николишин и просит оставить автограф на клюшке, где уже расписались многие участники матча. Фетисов смеется: «Васильич, не отвлекай от дела».

В другой комнате видим Миронова. «Нет, я не плакал, – отрицает Борис. – У меня очень хорошие впечатления. Игорь заслужил этот матч. Спасибо ему, что пригласил на праздник. Еще в детстве смотрел игру Ларионова. Помню, мне лет 8–10 было. Я тогда занимался в школе ЦСКА. Как-то во Дворце встретил Ларионова, он разговаривал с моим папой. Потом Игорь достал для меня пару клюшек.

– Илья, какие эмоции? – обращаемся к Ковальчуку.

– Красивый праздник. Все супер! Играли не на результат, ведь это была встреча друзей.

– Какой самый памятный эпизод, связанный с Ларионовым?

– На Олимпиаде-2002 мы выступали в одном звене.

– А я вспоминаю Кубок мира-1996. Мой первый крупный турнир, – подхватывает Олег Твердовский. – Я играл с Игорем в одной пятерке и забил гол с его передачи.

СПАСИБО, ПРОФЕССОР!

Ларионов отрывается от своих дел: «Мне надо идти на пресс-конференцию! Журналисты ждут». Проходим в другой конец Дворца. Игоря на каждом шагу останавливают друзья, родные, болельщики. Профессор обнимается со старшим братом Евгением, который как-то давным-давно привел его в спортивную школу «Химика». Фотографируется с детьми.

Ларионов идет по коридору. Во всей хоккейной амуниции и кроссовках, с орденом Дружбы на свитере. Сзади подлетает запыхавшийся паренек: «Игорь, давайте сфотографируемся!» Ларионов на ходу берет из его рук «мыльницу» и щелкает мальчика. Все смеются удачной шутке. Потом Профессор снимается с болельщиком.

«А нас там кто-нибудь ждет?» – вдруг спрашивает Ларионов. За нами уже тянется шлейф репортеров. Доходим до пресс-центра, а он… закрыт. «Давайте устроим конференцию прямо в холле!» – предлагает один из журналистов. «Так не хорошо, так не правильно», – тревожится Игорь. Прибегает работник стадиона, открывает комнату. «Организация не на высшем уровне», – сокрушается Ларионов. Но ему не верят. Во-первых, праздник был проведен идеально. Во-вторых, этот мелкий штрих говорит лишь о том, как ответственно Профессор относится даже к таким мелочам.

Начинается пресс-конференция (выдержки из нее можно было прочитать во вчерашнем номере «СС»). Репортеров – полный зал. На последний вопрос «вы можете точно сказать, кем станете – виноделом, функционером, тренером?» Игорь отвечает, что пока не определился.

Через полчаса выходим из пресс-центра. Только сейчас Ларионов – с букетом цветов и в сопровождении Фетисова – собирается покинуть дворец. На улице у служебного входа его ждет толпа преданных болельщиков. Ларионов никому не отказывает в автографе. Затем садится в автомобиль и уезжает из «Лужников». Вслед ему кричат: «Спасибо, Профессор!»