Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
ХОККЕЙ
ЭХО ЧЕМПИОНАТА МИРА
Специальные корреспонденты «СС» на чемпионате мира встретились в Риге с легендарным нападающим сборной СССР Хелмутом Балдерисом. Поговорили о его нынешней жизни, обсудили выступление российской команды в Латвии, вспомнили о былых временах, когда Балдерис по праву считался звездой мирового масштаба.
ДВОРЕЦ СПОРТА СКОРО СНЕСУТ
Наше предложение пообщаться в огромном шатре пресс-центра, пожалуй, было ошибочным. Хоть Хелмут Балдерис-Силдедзис (если кто не знает, именно так полностью звучит его фамилия) уже давно не блистает на хоккейных площадках, его популярность среди журналистов по-прежнему огромна. Поэтому, как только Хелмут во время интервью хотя бы на мгновение отводил взгляд от корреспондентов «СС», ему приходилось приветственно поднимать руку. Вокруг сплошь знакомые люди. Балдерис в прекрасной спортивной форме – словно и не уходил со льда.
– А я и в самом деле до сих пор в хоккей играю, – улыбается собеседник. – Два раза в неделю с ветеранами обязательно катаюсь.
– В том самом рижском Дворце спорта, в котором когда-то играло «Динамо»?
– Да, ведь я его главный собственник.
– Мы слышали, что Дворец скоро снесут...
– Верно. Сейчас готовится проект, и через год на месте Дворца начнут строить жилые дома, отели, торговые центры и тренировочный каток.
– Ваш бизнес?
– Да, я же собственник земли. Но есть и компаньоны.
– А к развитию или управлению хоккеем в стране какое-то отношение имеете?
– Нет. Как вы правильно заметили, я занимаюсь бизнесом. В Латвии же хоккей – не бизнес. Заработать невозможно. Уровень не тот.
РОССИЯ РАССЛАБИЛАСЬ, ВОТ И ПОЛУЧИЛА!
– Как вам выступление в Риге сборной России?
– Ожидал большего. Чехам главным образом проиграли из-за невнимательности в концовке овертайма. Спасли матч в основное время и подумали, что счастье само свалится. Но не тут-то было. Расслабились – и получили. Допускаю, что ошибся и главный тренер, – надо было выпускать на лед более опытных хоккеистов. Но объективно мне трудно судить – я ведь не знаю, кто психологически более устойчив, кто чаще выигрывает вбрасывания.
– Россия прекрасно играла в большинстве, а в четвертьфинале не реализовала преимущество пять в три...
– ...которое длилось почти две минуты! Скажу больше: не только не реализовала, но и не создала почти ни одного опасного момента! Уже тогда, в середине первого периода, я подумал: это недобрый знак…
– Сам чемпионат понравился?
– Да. Если раньше он был серым, то с введением новых правил стал зрелищнее. Теперь все решает мастерство, свое слово должны говорить лидеры.
ВОРОБЬЕВ ЗАДАЧУ ВЫПОЛНИЛ
– Сборную Латвии возглавлял российский специалист Петр Воробьев. Как оцените его работу?
– Как хорошую. Мы добились того, на что рассчитывали. Он отработал так, как и в России. Перед командой ставилась задача попасть в десятку, она выполнена.
– Думаете, он останется?
– Скорее всего нет. Ведь Воробьев будет работать в российском клубе, в «Химике», который, наверное, не сможет отпускать тренера в другую страну. У нас молодая команда, с ребятами необходимо много возиться. К примеру, ездить на различные турниры. А времени для этого у него не будет. К тому же Воробьев, возможно, получит предложение возглавить российскую сборную.
В США ГОВОРЯТ, ЧТО Я СВЯЗАН С БАНДИТАМИ
– Давайте коснемся истории. Когда вспоминаете свои игроцкие годы, что чаще всего приходит на ум?
– Когда за сборную СССР выступал, ЦСКА, рижское «Динамо», конечно... Особенно часто в голове мелькают фрагменты юниорского чемпионата Европы в Чехословакии (1971 год. – Прим. ред.). Сильная команда тогда собралась – Третьяк, Попов, Волчков, Голиков-старший, Тыжных... То была моя первая победа. Еще 1978 год… Мы тогда в Праге победили уже на взрослом чемпионате мира. Потом Олимпиаду-80 в Лейк-Плэсиде проиграли... Первенство Союза выигрывали, Кубок европейских чемпионов, Универсиады...
– Много кривотолков вызвал в 1977 году ваш совместный с Виктором Тихоновым переезд из рижского «Динамо» в ЦСКА. В итоге он пошел всем на пользу – сборная снова начала побеждать на чемпионатах мира...
– Сборная и так бы выигрывала.
– Но два года до этого взять первое место не могла.
– Если бы я забросил чехам в Вене в 1977-м, то все выиграли бы. А я не забил, и мы заняли лишь третье место. Если честно, не хотел ехать на то первенство: у меня была травмирована рука, но тренер Борис Кулагин заставил. В каждом перерыве мне электричеством руку разрабатывали.
– А могли не перейти в ЦСКА?
– Запросто. Но мне было интересно. Надо быть дураком, чтобы отказаться от приглашения армейцев. Вспомните, какие звезды там выступали!
– Да и ваше материальное положение в ЦСКА, должно быть, улучшилось.
– Наоборот, ухудшилось! В Москве я получал 350 рублей, а в Риге – около 500.
– А как удалось избежать армии?
– Так я еще в Риге отслужил. Мне в Москве говорили: станешь старшим лейтенантом, получишь ставку 500 рублей. А я им: подумаю только в том случае, если полковника дадите (смеется).
– Как же вас спустя три года отпустили из ЦСКА?
– А меня и не отпускали. Тихонов говорил: еще четыре года будешь играть – до следующей Олимпиады. А я ему: нет, поеду домой. На что он сказал, что тогда мне придется забыть о сборной. А мне было все равно. Нет так нет. Домой сильно хотел.
– И тем не менее Тихонов все равно взял вас в сборную.
– Да, в 1983 году, когда я в чемпионате Союза стал лучшим бомбардиром. А так все время ссылался то на травму, то на плохую форму и в последний день сборов отправлял домой.
– Вы всегда отличались незаурядным катанием. Откуда оно у вас? Тихонов научил?
– Не знаю, но Тихонов меня гонял порядочно. Именно он взял меня в «Динамо», когда возглавил команду. В детстве я занимался фигурным катанием – думаю, навыки оттуда.
– Почему в НХЛ провели всего 26 матчей?
– Возраст. Хотел доказать, что могу играть на таком уровне. Пах не держал больших нагрузок – ведь мне было уже 37 лет. Но все равно забросил три шайбы и отдал шесть передач.
– Много заработали в «Миннесоте»?
– Для того времени – да. Но сейчас зарабатываю больше. За океан я не за деньгами летел – хотел попробовать себя на уровне НХЛ.
– А сейчас вас в Америку не пускают. Почему?
– В посольстве говорят, что я с бандитами связан. Да и на кой черт они мне нужны!
С МИХАЙЛОВЫМ ДРУЖИМ СЕМЬЯМИ
– С кем из партнеров по звену было приятнее всего играть?
– С Мальцевым, Харламовым, Макаровым... Да со всеми хорошо было.
– Знаете, что Петр Воробьев иногда обижается, когда вы не вспоминаете о нем?
– А почему я должен о нем вспоминать? Если бы он со мной не играл, то Воробьева, извините, вообще бы никто не узнал!
– Он говорит, что, играя в центре, выполнял за вас в Риге всю черновую работу.
– Ага! Говорил: иди откройся, отдай передачу и давай забей. Вспомните, до меня он играл в рижском «Динамо» в четвертом звене. Где он был? Кто его знал?
– Против какого защитника вам приходилось труднее всего?
– Из наших – Первухина, Валерки Васильева. А на иностранных не обращал внимания.
– У вас лучший друг в России – Борис Михайлов. Это так?
– Да, дружим семьями. В 1976-м на чемпионат мира в Катовице не поехал Петров, с которым Михайлов все время жил в одном номере, и меня поселили с ним. С тех пор все и началось. Затем то я к нему в гости приезжал, то он ко мне. Первые три месяца после перехода в ЦСКА даже жил у него – до тех пор, пока не выделили служебную квартиру. Сейчас, во время чемпионата мира, его жена гостила у моей семьи.
– А как пришла мысль использовать дружбу в служебных целях?
– Что вы имеете в виду?
– Вся латвийская пресса приводила ваши цитаты о том, как перед решающим матчем отборочного цикла Олимпиады-2006 против белорусов вы позвонили Михайлову и попросили того не отпускать из СКА основного вратаря сборной Белоруссии Андрея Мезина.
– (Эмоционально.) Я что, дурак что ли?! О такой ерунде и не собирался просить! Такими вещами не занимаюсь!
– А почему тогда на журналистов не подали в суд за клевету?
– А мне плевать, что они там пишут!