ХОККЕЙ. СУПЕРЛИГА

СОБЫТИЕ ДНЯ

Голкипера Александра Еременко после прошлого сезона буквально рвали на части: в его услугах были заинтересованы сразу несколько клубов. Но он выбрал Уфу. Говорили, главным аргументом в пользу трансфера из «Ак Барса» в «Салават Юлаев» стал финансовый. Однако сам герой громкого перехода объясняет свое решение иначе…

– Конечно, что скрывать, финансовая сторона контракта имеет значение, но «Салават» я выбрал не из-за денег, – начинает беседу Еременко. – Главное – я хотел доказать, и прежде всего себе, что могу играть на самом высоком уровне. В роли основного голкипера.

– Вы разве это не доказали игрой на чемпионате мира?

– (После паузы.) Все-таки чемпионат оставил двоякое впечатление. С одной стороны, бронзовая медаль – это успех, особенно удались мне матчи с чехами в четвертьфинале и за бронзу – со шведами. Но до сих пор занозой в сердце сидит роковая шайба, пропущенная в полуфинале с финнами. Однако я доволен уже потому, что тренеры сборной доверили мне ворота в решающих матчах, чего не хватало сначала в «Динамо», а потом в «Ак Барсе».

– В этих командах у вас были серьезные конкуренты за место основного вратаря – Виталий Еремеев, Фрэд Брэтуэйт и Мика Норонен…

– Да, понимаю. Конкуренция никому еще не вредила. Только благодаря ей можно быстро прогрессировать.

– Получается, вы не испытываете дискомфорт, когда в команде есть сильный сменщик?

– Нет. Дискомфорт появляется, когда ты не слабее конкурента, но тренер тебе не доверяет.

– Так было в прошлом сезоне в Казани?

– В какой-то мере да. До плей-офф мы играли с Нороненом по очереди, а потом Билялетдинов сделал ставку на финна.

– Вы чувствовали, что он не сильнее вас?

– Простите за нескромность, чувствовал.

– Билялетдинов до последнего старался вас сохранить в «Ак Барсе». Во время чемпионата мира он в разговоре с одним агентом обмолвился: мол, Прошкин – это не потеря, у меня есть Еременко…

– А я, признаться, даже на чествовании в Казани в середине мая еще не имел контракта ни с одним клубом.

– Так тяжело было выбирать?

– Я имел несколько предложений. Еще до чемпионата мира. В том числе из Уфы. А Казань стала предлагать условия уже после мирового первенства.

– А ЦСКА?

Вячеслав Быков начал разговаривать еще до чемпионата мира, но я решил остановиться на уфимском варианте. Здесь ставятся максимальные задачи, здесь все меня устраивает.

– Великий тренер Анатолий Тарасов, приглашая в ЦСКА вратаря Виктора Пучкова из Свердловска, сказал: «Будешь играть у меня – будешь играть везде». Тот отказался, и вскоре это имя забыли. Не боитесь «репрессий» со стороны тренера сборной?

– Да нет, мы после моего подписания контракта с Уфой с Вячеславом Аркадьевичем хорошо поговорили. Он пожелал мне удачи и выразил надежду, что когда-нибудь судьба все-таки сведет нас в одной команде.

– Нет ли опасений, что ваш уфимский сменщик Вадим Тарасов «съест» по ходу сезона вас, как он это сделал в прошлом чемпионате с Андреем Мезиным?

– Вадим – отличный вратарь, но, повторюсь, я конкуренции не боюсь.

– Турнир в Уфе начали в воротах вы, а не Тарасов…

– Это ни о чем не говорит. Играть пока мы будем по очереди. Недаром наш тренер Сергей Михалев сказал: «Я хочу иметь двоих основных вратарей».

– В Уфе после Москвы и Казани нравится?

– Хороший город, замечательные люди. Единственный минус, что буду жить здесь без жены Ани. Она в конце декабря ждет второго ребенка и пока останется в Москве. Так спокойнее.