ХОККЕЙ
РЕТРО

 Экс-комиссионер НХЛ Джон Зиглер и бывший председатель профсоюза игроков Алан Иглсон приехали в Москву в статусе почетных гостей Кубка «Спартака». В среду вечером функционеры-легенды заокеанского хоккея долго беседовали с нашими корреспондентами, вспоминая былое и делясь мыслями о настоящем.

«Я ПОКАЗАЛ СРЕДНИЙ ПАЛЕЦ. НО НЕ БРЕЖНЕВУ!»

— Добрый вечер! – Алан Иглсон, сама любезность, привстает в кресле и улыбается так широко, будто он только что выиграл кучу долларов в казино. – Как хотите побеседовать? Можно со мной, можно с Зиглером, можно со мной и с Зиглером одновременно… Давайте сядем вот здесь. Вам удобно? Джон, ну что же ты?

Зиглер, сидящий неподалеку, приподнимает бокал вина: «Подождите меня пять минут!».

— А вы знаете, я уже раз тридцатый приезжаю в Москву, — делится воспоминаниями Иглсон. – Впервые побывал здесь в 1969 году, последний раз – в 1994-м. Ваша столица сильно изменилась. Помню, как приезжал в Россию… простите, в СССР в 1972-м, на четыре матча суперсерии. Великое было событие! Знаете, какие три самых важных вопроса задают у нас в Северной Америке? Где ты был, когда убивали Джона Кеннеди? Где ты был, когда Нейл Армстронг высадился на Луну? Где ты был, когда Пол Хендерсон забил решающий гол русским в Суперсерии-72? Эти восемь хоккейных матчей признаны самым выдающимся событием – не в спорте, а вообще в истории Канады!

— Не считаете, что канадцы выиграли Суперсерию-72 нечестно? Сломали Валерия Харламова, спровоцировали скандал, в котором вы, Алан, приняли прямое участие?

Иглсон сначала вспыхивает, а потом заразительно смеется: — Можете сколько угодно нас в этом обвинять. Но главное – это счет на табло. Ладно, если бы возник спорный момент и его бы жарко обсуждали по истечении 35 лет. Но ведь шайба после броска Хендерсона побывала в воротах Третьяка. Все это видели. Канадцы совершили подвиг, выиграв три последних матча в Москве. Мы победили, уступая 3:5 к третьему периоду последней встречи. Это неоспоримый факт. Так что все честно, друзья мои.

— Вспомните в деталях тот скандал в восьмом поединке, когда хоккеисты сборной Канады отбивали вас от милиции.

У Алана загораются глаза, словно это было только вчера: — Я считаю, это нонсенс: в таких важных матчах посадить за воротами сборной Канады русского арбитра Виктора Домбровского. Представьте картину: третий период, счет 5:4 в пользу ваших, и Иван Курнуайе забивает чистейший гол в ворота Третьяка! Я четко видел, что шайба пересекла ленточку. Но Домбровский и не думал зажигать красный свет! (Потом гол засчитают, а арбитр за воротами скажет, что не сработало оборудование. — Прим. ред.). Я ужаснулся: что подумают канадские телезрители? Будто нашу сборную надули?

И тогда я буквально прыгнул с трибуны на арбитра, который вел счет на табло, – благо он сидел прямо подо мной. Но тут внезапно появились солдаты. Много солдат. Это сейчас кажется забавным, но тогда я испугался не на шутку. Думал, сидеть мне теперь в советской тюрьме до скончания века – они меня, что, за террориста приняли?

Мне заломили руки, тащат к выходу. Слава богу, это увидел Пит Маховлич – наш игрок, здоровенная детина, под два метра ростом. Он подкатывает к нам: одному солдату – раз, клюшкой по руке, другому – бац, по спине! Я вырываюсь, выпрыгиваю на лед. Шаркаю через всю площадку…

— И показываете средний палец руки генсеку Леониду Брежневу. Как вам не стыдно, Алан!

— Вы что! Если бы я показал палец Брежневу, меня бы точно упекли на Лубянку. Я дразнил Домбровского. И вообще мой невинный жест только и значит, что Канада будет первой в этой суперсерии, — хохочет Иглсон.

«МИХАЙЛОВ – РУССКИЙ БОББИ КЛАРК»

— Борис Михайлов признавался в интервью «Советскому спорту», что его после Суперсерии-72 активно звали в клубы НХЛ. И даже предлагали зарплату — $1 млн.!

— Скажу вам честно, такое предложение было сделано только одному хоккеисту, — Иглсон прижимает правую ладонь к сердцу. — Хозяин «Торонто» показал на Валерия Харламова и сказал, что готов пригласить этого парня в свой клуб за миллион долларов.

— Вы только представьте, какой космической была эта сумма в 1972 году, — добавляет Джон Зиглер, подсевший на диван к Иглсону. – Хоккеисты считали за счастье зарабатывать сто тысяч в год. Бобби Орр играл за двести пятьдесят.

— Будь моя воля, я бы сделал контрактное предложение еще одному вашему игроку… — Иглсон выдерживает театральную паузу.

— Владиславу Третьяку?

— Нет, Борису Михайлову. Русский Бобби Кларк! Такой же боец до мозга костей. Вы помните, как он постоянно шпынял клюшкой Фила Эспозито? Это было нечто!

— Именно при вас профессионалам разрешили участвовать в Олимпиадах и чемпионатах мира, так?

— Я лоббировал это решение, — признается Иглсон. – Едва все не склеилось в 1984-м, но финны и американцы были против. В 1988-м, когда Олимпиада проходила в Калгари, вопрос был решен положительно. Но так поздно, что в зимних Играх участвовали только три энхаэловца. Потом не были сделаны окна в регулярном чемпионате НХЛ… В конце концов прорыв случился в Нагано-1998. Но нас ждало жестокое разочарование: мы-то грезили финалом-конфеткой Россия – Канада. Однако «Кленовые листья» проиграли чехам в полуфинале. Только в Турине-2006 наши сборные сыграли между собой в олимпийском плей-офф. И, я считаю, тот четвертьфинал по накалу не уступал Суперсерии-72.

— Будь моя воля, я бы включил хоккей в программу летней Олимпиады, — добавляет Зиглер. – Какая разница, если НХЛ уже есть во Флориде, в Калифорнии? Мы же играем на крытых катках плюс не придется ломать календарь регулярного чемпионата. Но эта реформа не пройдет: зимние Игры без хоккея будут выглядеть сиротливо.

«…МНЕ ЗАХОТЕЛОСЬ УДАРИТЬ ГУДЕНАУ ПО ЛИЦУ»

— Вы выглядите друзьями, но это странно. Все привыкли к тому, что комиссионер НХЛ с лидером профсоюзов живут как собака с кошкой.

— На вас не угодишь! – всплескивает сухими ладонями Зиглер. – Когда мы работали в лиге, пресса обвиняла нас в тайном сотрудничестве, чуть ли не в сговоре. Когда нас заменили Гари Бэттман и Боб Гуденау, когда произошли два локаута, и хоккеисты потеряли уйму денег, все начали вопить: «Почему они воюют? Лига и профсоюз должны дружить!».

— Но согласитесь, Алан, при вас энхаэловцы получали смешные зарплаты. Совсем не те миллионы, которые сейчас зарабатывают звезды.

— Готов спорить! – Иглсон, кажется, обиделся. – Вот вам математика. При мне каждый год зарплаты игроков увеличивались на 15 процентов. Безо всяких локаутов и забастовок. Когда я основал профсоюз игроков в 1967-м, средняя зарплата составляла $7,5 тыс. в год. Когда я уходил в 1991-м, она равнялась $300 тыс. Да, потом гонорары резко скакнули вверх. Но почему никто не говорит о том, что хоккеисты получают на руки только половину от объявленной суммы? Или вот вам пример Джона Леклера. Он подписал контракт на $9 млн. в год. Но потом грянул локаут, и форвард «Филадельфии» не получил ни цента. А когда он потом вышел на рынок свободных агентов, то предложили ему только $1 млн. Почувствуйте разницу.

Сейчас четверть игроков получает 75 процентов от общего зарплатного фонда. Остальные – только 25 процентов. При мне не было такой колоссальной несправедливости, когда одни зарабатывали $10 млн., а другие – только $0,2 млн.

— Джон, вспомните знаменитую апрельскую забастовку игроков в 1992-м, из-за которой вы покинули пост комиссионера НХЛ.

— В 1991 году профсоюз возглавил Боб Гуденау, — говорит Зиглер. – Он сразу поставил вопрос ребром, что не понимает нашей экономики. Я дал ему время, все материалы, предложил изучить вопрос. Мы встретились в Монреале за ужином. Гуденау сказал мне, опустив глаза: «Мне кажется, игроки не выйдут на плей-офф. Я не удержу их от забастовки». Мне захотелось его ударить, но я сдержался. В итоге хоккеисты бастовали десять дней. Мы подписали коллективное соглашение на плохих условиях, чтобы спасти чемпионат. Конечно, моя репутация была подорвана. Я принял решение уйти, потому что мне было стыдно – перед собой в первую очередь.

— Из-за того что начались войны между профсоюзом и лигой, мы потеряли не только сумасшедшие деньги, — добавляет Иглсон. – Например, мы лишились Кубка Канады. Вы знаете, когда теперь состоится этот турнир, переименованный в Кубок мира? Я – нет. А ведь у него был четкий график – раз в четыре года.

«РУССКИЕ УЖЕ НЕ ТАК ЦЕНЯТСЯ В НХЛ»

— Джон, если бы вы сейчас работали комиссионером НХЛ, то стали бы расширять лигу?

— Между прочим, это я поддержал решение, чтобы «Тампу» приняли в лигу, — замечает Зиглер. – И что теперь? «Молния» — третья по посещаемости команда в НХЛ, она выиграла Кубок Стэнли-2004. При мне команды родились в Оттаве, в Санрайзе («Флорида»). Так что я не консерватор. Важнее понять не то, сколько рынков будет в лиге – 20 или 30, а как правильно вести бизнес. Чтобы хозяева клубов не терпели убытки.

— Я знаю минимум пять владельцев, которые хотели бы продать свои команды, — подхватывает тему Иглсон. – Но я выступаю за то, чтобы сохранять клубы. Например, мне, канадцу, будет больно, если «Атланта» умрет и возродится в Лас-Вегасе. Пусть в городе-казино создадут свою команду! Очень жаль, что родина хоккея потеряла «Виннипег», «Квебек». Мы не сумели сохранить эти клубы в НХЛ.

— 27 августа стартует Суперсерия-2, в которой примут участие молодежные сборные России и Канады. Можно ли этот турнир хотя бы отдаленно сравнивать с Суперсерией-72?

— В каких, значит, городах пройдут матчи в Канаде? – Иглсон саркастически улыбается. – В Ред-Дире, Саскатуне, Виннипеге, Ванкувере. Арены там тысяч на пять зрителей. Этот факт уже говорит за себя.

— Но идея-то хорошая, Алан! – спорит Зиглер. – Ребята обменяются опытом, будут воспитаны новые звезды.

— Вы не считаете ошибкой, что Россия до сих пор не присоединилась к договору между НХЛ и ИИХФ?

— Я не считаю, что Бэттман – непробиваемый функционер, с которым нельзя договориться, — заявляет Иглсон. – Вам обязательно нужно сесть за стол переговоров и найти взаимопонимание. Почему шведы, финны, чехи, словаки, швейцарцы подписали этот договор, а Россия – нет? Раньше ваших хоккеистов считали уникальными, но сейчас в лиге играют и другие европейцы: Ягр, Альфредссон, Кипрусофф… Свет на одних русских не сошелся.

— Вам дают деньги, но вы их не берете, — удивляется Зиглер. – А ведь договор нужен и НХЛ, и вашей федерации.

P.S. После интервью Алан Иглсон и Джон Зиглер оставили пространные пожелания нашим читателям.

Иглсон написал: «Всем хоккейным болельщикам России! Желаю вашей сборной победить все команды в мире… кроме Канады! Удачи!».

Зиглер сочинил: «Всем хоккейным болельщикам России! Благодарю за преданность нашему виду спорта. Хоккей развивается благодаря вашим знаниям, вашей поддержке любимых команд. Всего вам наилучшего».

Пока Зиглер писал свою речь, Иглсон над ним подтрунивал: «Видимо, Джон хочет целую книгу наваять!». А потом развел руками: «Но чего вы от нас ждете? Я – канадский юрист, он – американский юрист. Профессия обязывает быть многословными».