СОБЫТИЕ ДНЯ. ВАНКУВЕР-2010
ХОККЕЙ. СБОРНАЯ РОССИИ

Корреспондент «Советского спорта» взял интервью у Александра Овечкина, который рассказал, как он переходит в вес Валуева, будет ли общаться с Сидни Кросби в Олимпийской деревне, а также передал привет известной фотомодели Синди Кроуфорд.

Пока мы ждали Овечкина, знакомый чешский журналист раскрыл тайну. Оказывается, форвард «Вашингтона» Томас Флейшман рассказал ему, что Александр Великий уже заказал себе специальные коньки, в которых будет выступать на Олимпиаде. Их лезвия, как и в Турине, снова будут раскрашены в бело-сине-красные цвета.

В общем, Флейшман сделал спойлер – это словно сообщить людям, собравшимся в кино, чем закончится фильм. Овечкин от новости о коньках отрекся. Но, может, только из-за того, чтобы сохранить какую-то интригу. Уже утром 17 февраля увидим, какую фишку Александр приготовил для Олимпиады. В идеале пусть это будет хет-трик в каждом матче.

«Я ЖЕ НЕ ПРЕЗИДЕНТ»

– Александр, перед вами даже поставили микрофон. Волонтеры сказали, что Овечкин в Канаде котируется выше, чем Барак Обама. Когда вас последний раз так принимали?

– Я же не президент. Зачем меня так встречать? – улыбнулся Овечкин.

– В канадских газетах пишут о нашей сборной: «Александр Великий и его друзья». А вот в Нагано нашу команду называли братской, там все были равны. Как относитесь к тому, что вас в сборной так выделяют?

– Просто не все ребята из НХЛ еще подъехали. Поэтому решили выделить меня, поставив сюда микрофон. А вообще, не обращайте на это внимания.

– Как долетели?

– Нормально. Нас было пятеро – я, Варлам (Семен Варламов. – Прим. ред.), Сема (Александр Семин. – Прим. ред.), а еще Бэкстрем и Флейшман. Летели дружно. Я спал всю дорогу.

– И сразу с корабля на бал?

– А что тянуть? Так и надо.

– Акклиматизация вам не грозит?

– Думаю, что нет. Она будет у ребят из России. Хотя они уже выходят из этого состояния.

«ПЕРЕШЕЛ ЛИ Я К ВАЛУЕВУ?»

– Уже успели почувствовать себя на Олимпиаде?

– Да. Здесь много болельщиков. Видишь полно канадских флагов. Люди, которые узнают тебя на улице. Это Канада, все бредят хоккеем.

– Другие ощущения, чем перед Турином-2006?

– Тогда 20-летний пацан приехал на Олимпиаду. Мандраж был. А сейчас я стал более опытным. Прошел и плей-офф Кубка Стэнли, и выиграл чемпионат мира. Есть определенный опыт, который мне должен помочь.

– Но вы понимаете, чего от вас здесь ждут?

– Главное, чтобы не от меня этого ждали, а от всей команды. Личные результаты здесь никому не нужны.

– Сколько килограммов мышц вы прибавили за эти четыре года?

– Понятия не имею.

– Хотя бы примерно.

– Нужно посмотреть статистику. Изучите, не перешел ли я в весовую категорию к Валуеву.

– Нам тут чешские журналисты рассказали, что вы будете играть в Ванкувере в коньках с бело-сине-красными лезвиями, как в Турине.

– Это не так.

– Вообще готовите какую-нибудь фишку для Олимпиады?

– Обязательно. Вы ее скоро увидите.

– А голы как будете праздновать?

– Были бы они, эти голы… Нужно сначала забить, а потом думать, как это отметить. А вообще мне больше нравится праздновать победы.

«А ВОТ ЛЫЖНИКИ ПЕРЕЖИВАЮТ»

– В Турин вы брали 19 клюшек. А сюда сколько привезли?

– 42.

– Кто же их тащил?

– Я шучу. Взял 24 штуки. По четыре на матч.

– А где та клюшка, которой вы забили победный гол канадцам в четвертьфинале Турина?

– Ой, я и сам не знаю. Тогда не сохранял такие сувениры. Коллекционировал только клюшки известных игроков.

– Как вам погода в Ванкувере?

– Для нас, хоккеистов, – нормальная. Вот лыжники, наверное, переживают. А вы представляете, что в Сочи будет твориться?

– Хорошо знаете нашего ближайшего соперника – Латвию?

– Не надо ничего знать. Нужно выходить и играть.

– С кем будете делить номер в Олимпийской деревне?

– С Ильей Никулиным.

– Он рассказывал, что привез в Ванкувер счастливый амулет, который сделан из двух половинок серебряного доллара.

– Который я выкопал после финала чемпионата мира в Квебеке? У меня он тоже есть. Но я не буду надевать его на игру.

– В деревне вы будете ходить по одной территории с Сидни Кросби, другими канадцами. Станете нормально общаться?

– А почему мне не поговорить с Кросби?

– Потому что все здесь в предвкушении войны в финале: Россия против Канады.

– Но этой войны еще нужно дождаться. Перед ней будут пять тяжелейших матчей.

– «Вашингтон» выдал серию из 14 побед, а потом забуксовал – три поражения подряд, вы не отличались. Что происходит?

– Коплю голы на Олимпиаду, – улыбнулся Овечкин и сообщил: – Ладно, я пошел. Нужно отдохнуть после перелета.

«СИНДИ? Я ОТ НЕЕ ТАЩУСЬ!»

Овечкин стремительно начал уходить от журналистов. Но я успел его притормозить, огорошив вопросом:

– Александр, я сейчас иду на интервью со знаменитой фотомоделью Синди Кроуфорд. Что бы вы хотели ей передать?

Ловелас Овечкин немного подумал и выдал перл: «Скажите, что я от нее тащусь!»

Иностранные журналисты зашушукались и попросили меня перевести, что Овечкин сказал о Сидни Кросби. Пришлось им объяснять, кого Александр на самом деле имел в виду.

…А интервью у Кроуфорд в тот вечер мне с коллегой Иваном ЗУБОВЫМ все-таки посчастливилось взять. И ответ Сидни… то есть Синди, в День святого Валентина был сногсшибательным. Уверен, Овечкину понравится.