Защитник ЦСКА и сборной России Евгений Рясенский: В тренера все равно верю

После чемпионата мира прошло уже больше двух недель. Отшумели болельщики, отспорили эксперты. Высказался на заседании Исполкома ФХР главный тренер сборной России Зинэтула Билялетдинов. Но четкого ответа на вопрос, почему мы проиграли, по сути, так и нет. Сегодня слово игрокам…

Решающий матч с американцами защитник ЦСКА Евгений Рясенский пропустил из-за травмы. И все же как раз его выступление на чемпионате как нельзя больше подчеркивает сумятицу и некую неуверенность в действиях нашего тренерского штаба. В поединке с финнами типичный защитник-разрушитель неожиданно для себя оказался на позиции крайнего форварда. И этот матч стал для него последним на турнире – Евгению сломали ребро.

– Ничего, сейчас уже легче двигаться, – говорит о травме Рясенский. – Отек почти спал. Заживает потихоньку.

– В отпуске с такой травмой не повеселишься…
– Вот как раз сейчас с семьей на море выбрался. Надеюсь, что тут окончательно поправлюсь.

– Последний свой матч на чемпионате вспоминаете? Вы неожиданно для всех вышли на лед в тройке нападения… Может, и перелом ребер – следствие этого?
– Тренеры спросили, смогу ли я сыграть в атаке. Конечно, я кивнул в ответ. Любой бы так ответил. Это же в интересах сборной. Раз задача поставлена – выполняй. А сильный ушиб получил еще в первых играх.

Болело, но терпел. На льду-то ничего не замечаешь. А тут, видно, добавил.

– Многие хоккейные спецы были в недоумении, увидев вас на позиции «крайка».
– Я тоже сильно удивился. Сыграть в нападении на уровне сборной… Понимал, что в обороне от меня толку куда больше. Но в команде не хватало форвардов. А дозаявлять запасных тренеры не хотели. Утешал себя тем, что играю в оборонительном, четвертом звене.

– Вам когда-нибудь раньше приходилось быть нападающим?
– Разве что совсем в далеком детстве. Да и то не в ответственных матчах.

– После четвертьфинала, в котором россияне пропустили восемь шайб, на защиту сборной обрушилась лавина критики. Вы с ней согласны?
– Виноваты все. Так уж игра складывалась. Американцы быстро забили. Наши бросились отыгрываться. Спешка. Ляпы делали и вратари, и нападающие… Чтобы конкретно говорить, кто виноват, надо подробно разобрать каждый гол.

– Еще один серьезный упрек – разрыв, отсутствие взаимодействия между линиями нашей обороны и атаки.
– Возможно, напряженный график турнира сказался. Мы играли в три пары, уставали прилично. Со стороны, как говорится, виднее… А на площадки я никаких особых разрывов не замечал. В первых поединках все вообще было нормально. А потом вдруг сбой. Словно сломалось что-то.

– У вас было ощущение, что с командой творится что-то не то? Что она совсем не та, что год назад?
– Поначалу ничего такого. И вдруг два поражения кряду! Но вообще даже после них паники не было. Мы собрались, поговорили… Сборная опять стала побеждать. Казалось, все наладилось. А потом этот четвертьфинал. Катастрофа…

– Но ведь было еще и поражение от французов 9 мая. Его-то чем объяснить?
– Оправдываться смысла нет. Надо признать – мы не настроились. Не убедили себя, что матч с серьезным соперником. А когда пришлось отыгрываться… Так бывает: время тает, шайба как назло в ворота не идет… Помню, что в раздевалке было очень стыдно. Да и до сих пор…

– Не тогда ли команда и надломилась?
– Каждому в душу не заглянешь…Тут ведь можно и руки опустить, а можно и разозлиться. Я лично настраивался на то, что это просто случайный сбой. Что в следующем матче все вновь будет нормально.

– А не давили на игроков некоторые странности в подборе состава? К примеру, то, что в ударном звене играет малоизвестный дебютант Локтионов? А куда более известные в КХЛ Шипачев и Кузнецов – в глухом запасе.
– Наверное, у тех, кто пахал в сборной с первого апреля, чтобы потом Локтионову место в составе уступить, кошки на душе скребли. Все же понимают, что это не Малкин, не Дацюк. Может, и обида была. Но раз тренер так решил – надо терпеть. Если он полтора месяца на тебя смотрел, а в состав не ставит… Значит, в чем-то ты сам виноват.

– Перед началом чемпионата доверие к Билялетдинову было безоговорочное. После неудачи ваша вера в тренера пошатнулась?
– Нет. В хоккее рано или поздно проигрывают все. Может, и к лучшему, что так крепко получили перед самой Олимпиадой. Это хороший урок. После него поневоле начнешь относиться серьезно к каждому матчу. У каждого есть время подумать. И как следует настроиться!

– Кто вас удивил на прошедшем чемпионате?
– Да швейцарцы, конечно. Мы же с ними играли еще на Еврочеллендже. Кстати, их состав почти не изменился.

– Мы же им и в этих контрольных матчах проиграли.
– Да. Тогда, правда, думали, что это из-за переезда, из-за того, что не в форме были. А команда у них действительно крепкая. Многим не по зубам оказалась.

– Чем швейцарцы лучше нас?
– Они учатся. Развиваются. И потому с каждым годом становятся сильнее. Действуют очень дисциплинированно. Минимум ошибок на всех участках поля. Ну и «физика» у швейцарцев на уровне. У них же там горы! Наверно, кроссов набегались. Вот как раз они в этом году были готовы к турниру на все сто. Нам бы так к зимним Играм подготовиться.

– Продолжите фразу: «Для меня Олимпиада в Сочи – это…»
– Мечта! Очень хочется, чтобы она сбылась. Олимпийское золото в хоккейном мире – высшей пробы. Турнир раз в четыре года. Пропустишь один из-за травмы, на другой уже могут и не позвать.

– Что круче – Кубок Гагарина, Кубок Стэнли или олимпийское золото?
– Олимпиаду ничто не бьет. Это факт.