Виктор Шувалов. Легенда рядом с нами

Сегодня исполняется 91 год Виктору Шувалову, олимпийскому чемпиону, члену золотой команды Игр 1956 года в Кортина дАмпеццо. Первых, в которых участвовала сборная СССР. Вдумайтесь в эти слова.

Лет 10 назад мне дали задание сделать комментарий по нашей сборной. Набрать кого-нибудь из ветеранов. Я взял телефонную книжку, полистал и остановился на Шувалове. «Дохлый номер, - сказали коллеги. – Жена просто не позовет к телефону». Я попытался, трубку взял сам Виктор Григорьевич, очень бодро ответил на все вопросы. Ко мне пришел аппетит, и я напросился на интервью к Шувалову домой. И, придя в назначенное время, понял, что коллеги были отчасти правы. Интервью не получилось. Хотя, дома у Шувалова я все же побывал.

- Не нужны нам никакие интервью, - так сначала ответил мне женский голос из-за двери.

Но потом все же пустили, и позже я понял, какие причины были у супруги Виктора Григорьевича не любить журналистов.

А сам Шувалов, разгорячившись разговором о хоккее, правда, не под диктофон, то и дело вскакивал и прямо там, на затертом ковре небольшой, обставленной старой мебелью гостиной, пытался показать мне, как лучше ставить корпус.

- Да ведь Бабич еще когда еще говорил: «Одним финтом не прокормишься»!

- Сядь, сядь, опять ведь прихватит, - не уставала повторять жена, а потом рассказала, как один раз прихватило. Дело было в 90-е, на даче. Шувалову стало плохо – подскочило давление, потом выяснили, что состояние было прединсультным. Вызвали неспешную скорую. Супруге пришлось почти кричать, доказывая, что они везут олимпийского чемпиона по хоккею. Виктор Григорьевич выкарабкался тогда. Думается, большей частью сам.

Когда я уже собрался уходить, разговор вдруг перешел на интервью, на моих коллег.

- Приходили часто, разговаривали, просили показать медали, значки, - говорил жена Виктора Григорьевича. – Мы давали… А потом многих недосчитались.

Уже в прихожей свернули на жизнь вообще.

- Вот нам на дачу съездить надо, а отвезти некому.

И я предложил в качестве водителя себя.

Через неделю олимпийский чемпион-1956 года грузил в машину пустые банки и разную дачную мелочевку.

Дача у Шуваловых – по Можайке. Совсем недалеко от МКАД, километров пять. Понимаете, наверное, какая там сейчас застройка, кто живет. Но и тогда, десять лет назад уже много чего стояло. Крошечный деревянный домик Шувалова со всех сторон подпирали кирпичные особняки с двухметровыми заборами, переулки были напиханы блестящими внедорожниками.

Шувалов же имел забор из старых клюшек. Где-то отдали сломанные за ненадобностью. До сих пор корю себя за то, что не взял тогда фотоаппарат и не снял это чудо. А также то, как Виктор Григорьевич, нацепив кепку, возится на небольшой грядке, отвоеванной у заросшего травой участка.

- Он любит это дело, - сказала супруга.

А потом рассказала, как они познакомились и о том, как первая жена, уходя, оставила его практически без ничего.

Через пару часов поехали обратно, и я узнал еще много интересного. Например, то, как однажды в квартире Шуваловых ни с того ни с сего коммунальщики решили делать ремонт санузла. Очень быстро его разворотили. И пару месяцев два пожилых человека  каждое утро отправлялись умываться в туалет к метро «Сокол». Благо, было лето.

Мы тогда договорились, что я перезвоню попозже. Материал все-таки очень хотелось сделать. Я еще не знал тогда о проданной Шуваловым олимпийской медали. Может, и рассказал бы.

Но интервью так и не получилось. Я несколько раз встречал Шувалова на матчах ЦСКА. Он обстоятельно комментировал игру, вздыхал, когда родной клуб проигрывал. А потом вставал, выходил из дворца и медленно шел пешком домой, мимо крутых иномарок, в которые запрыгивали хоккеисты.

Он остался один из той команды 1956 года. Уже одно это – подвиг. Этот человек – живой символ нашего хоккея. Да, его свитер под сводами ЦСКА, да, он награжден. Весной этого года Шувалова позвали в Кремль, на чествование нашей сборной, ставшей чемпионом мира. И там Президент страны вручил Шувалову ту самую, проданную когда-то олимпийскую медаль. Ее нашли, выкупили и вернули. Красивая история. И все же мне кажется, что мы как-то не до конца понимаем, с каким человеком живем рядом.

На том приеме в Кремле я поздоровался с ним, напомнил про давнишнюю поездку на дачу. Шувалов, конечно, забыл, но сделал вид, что вспомнил. Сегодня некому оберегать его от журналистов. Супруга ушла из жизни. Правда, журналисты редко вспоминают.

Тогда в Кремле, после того, как все церемонии завершились, Александр Овечкин вдруг попросил у Владимира Путина машины. Говорят, что лучший экспромт – подготовленный… Не знаю. По крайней мере, когда хоккеисты стали выходить, всем было интересна только эта тема. Признаюсь, и мне тоже. О Шувалове, его медали и красивой истории никто уже не вспоминал. И я, конечно, не заметил, как уехал Виктор Григорьевич.

Прочитал все и понял, что как-то грустно получилось. Уверен, что сегодня у Шувалова будет много цветов и подарков, ему пришлют телеграммы отовсюду. А хотелось бы чего-то большего. Ну, хотя бы, чтобы каждый армейский мальчишка знал, какой человек живет в километре от дворца спорта. Он ведь сам не расскажет.

С днем рождения, легенда.