ЩЕЛЧОК ИЗ-ЗА ОКЕАНА ВИКТОРА НЕЧАЕВА.

После привычного шума, типичного для НХЛ в начале июля, когда неограниченные свободные агенты строем выходят на рынок в ожидании новых ангажементов, приблизительно через неделю все постепенно успокаивается.

Мне кажется, что этим летом каких-то больших сенсаций не произошло, хотя иные контракты, как случается уже несколько лет подряд, были завышены. Но не об этом я хочу сегодня поговорить. Мы, утопая в зарабатываемых профессионалами космических миллионах, стали забывать саму игру — ее мужественность, ежесекундный риск, колорит, красоту паса и катания, демонстрацию истинного таланта.

Я вспомнил об этом, узнав, что Теему Селянне, замечательный финский форвард, наплевав на легкую перспективу получить высочайшую зарплату, даже большую, чем в прошлом сезоне, когда он имел 9,5 миллиона долларов, недолго думая, согласился на контракт с «Сан-Хосе» на два года на сумму только 13 миллионов. То есть на треть меньше. По своей природе Теему принадлежит к игрокам, которые не любят перемещений из одного клуба в другой. Он, если хотите, однолюб. Помню дебют финна в НХЛ в самом морозном канадском городе Виннипеге. Тогда, в 1993 году, ему несказанно повезло, так как Селянне оказался без контракта в своей финской команде «Йокерит» (Хельсинки), стал свободным агентом, которому, по тогдашним правилам НХЛ, обязаны были заплатить больше миллиона долларов как выбранному в первом раунде драфта. Агенты Алексея Жамнова, попавшего с Селянне в одну команду «Джетс», старались доказать руководству лиги, что россиянин имеет такие же права, как и финн. Увы, Алексею пришлось ограничиться тогда невыразительной суммой — чуть более 300 тысяч, да еще канадских долларов.

Со спортивной точки зрения два молодых и очень талантливых хоккеиста добились в первые годы серьезных успехов. Они играли в одном звене, и связка эта завораживала болельщиков динамизмом, скоростями, виртуозными пасами и великолепными голами. Много раз мы разговаривали с Теему о профессиональном хоккее, особенно в то время, когда он успешно дебютировал в «Анахайме». Там вместо Жамнова его партнером стал Пол Кария.

Как-то после очередного матча мы сидели в компании с Теему, Полом, Анатолием Семеновым и Михаилом Шталенковым. Селянне страстно всем доказывал, что для него важна прежде всего сама игра, ее таинственное действие. Деньги его, естественно, интересуют. Но если бы он каждый вечер, выходя на лед, исполнял партию хоккеиста формально — без эмоций и взрывов, то ему все это быстро бы надоело, и он завершил бы хоккейную карьеру. Кария согласился со своим другом и партнером, но заметил, что зарплата и сам хоккей для него — решающие компоненты выбранной профессии. Россияне поддержали молодого и амбициозного канадца.

Прошли годы. Селянне перебрался в Северную Калифорнию в «Сан-Хосе». Уезжал в плохом настроении, без желания. Все годы в Анахайме он верил в то, что его клуб станет грозой лучших из лучших в НХЛ. Этот обмен дорого обошелся руководителям «Дакс». Этих людей уже нет в команде. Очень медленно набирал Теему скорость в «Шаркс». Правда, контракт у него был очень хороший, а вот сама игра несколько потускнела. Но, наконец, он нашел себя.

И вот настало время призадуматься, ведь 32 года — это уже начало последнего отрезка профессиональной карьеры. Это время больших и серьезных заработков. А Селянне все такой же заядлый приверженец «таинственного действа».

С Теему его агент Дон Бейзли, наверное, не согласен. Он привык манипулировать астрономическими суммами и просит клиентов не спешить, дескать, переговоры — нешуточное дело. Надо научиться ждать, но Теему, в отличие от Пола, твердо заявил, что будет играть в «Акулах», так как верит в реальный шанс завоевать с этой командой Кубок Стэнли. Я искренне желаю ему успеха. Игроков, не изменивших себе в условиях жестокой финансовой конкуренции НХЛ, ныне считанные единицы.

Виктор Нечаев – первый русский игрок в НХЛ.