Капитан ушел до срока…

- Виктор был очень радостным человеком, - вспоминает Борис Майоров. – Злым или там недовольным чем-то я его просто не помню. Вот всегда в хорошем настроении! Очень доброжелателен к партнерам. И в быту, и на тренировке, и во время матча. С таким человеком приятно просто находиться рядом. Он словно генерировал радость. Поэтому мы сдружились. В сборной – всегда в одном звене, две победных Олимпиады вместе прошли. И после окончания игровой карьеры прекрасные отношения сохранились.

Его внезапная смерть меня просто обухом по голове ударила. Ну как же так! Мы же буквально за две недели до этого виделись на одном хоккейном мероприятии. Мне казалось, что Виктор… Что он будет всегда! И вдруг такая трагедия…

Защитником он был уникальным. Ни грубый, ни агрессивный. Соперников техникой брал. Обладал потрясающей скоростью. Мельниц Витя соперникам не ставил и в борт не впечатывал. Но шайбу отбирал четко – за счет великолепного катания и приличных для того времени габаритов. Все левые крайние мучились, когда на Кузькина попадали.

Обладал Виктор и еще одним редким для тех лет качеством – подключался к атакам. Умел соперника удивить! Это было дефицитом для нашего поколения. До него столь же активным в нападении, был, пожалуй, только Сологубов.

Вышло так, что мы меняли друг друга в звании капитана сборной. В 1965 меня летом удалили с поля в футбольном матче против «Торпедо» на первенстве Москвы. Я даже уже не помню – за что! Но в прессе «раздули кадило». И в наказание меня сняли с капитана в хоккейной сборной. Лидерам тогда стал Витя. Но через год и он проштрафился – они с Мишаковым подрались с таксистами. И вот его уже сняли, а выбрали меня. Такая вышла карусель.

Как же он такой спокойный в драку ввязался? Уверен, что ни Кузькин, ни Мишаков ее не начинали. Но сдачи дать могли. А потом про них фельетон накатали. Водителей, конечно, наказывать не стали. Кому это интересно? А Виктора, как капитана сборной, дисквалифицировали. Он полсезона не играл. Потом меня вызвали в федерацию хоккея. Спросили в лоб: «Необходим Кузькин сборной на чемпионате мира?». Я естественно не моргнув глазом отчеканил: «Надо обязательно возвращать!». Так с Виктора были сняты все дисквалификации. Чемпионат то был нерядовой – 1967 год, 50 лет Советской власти…

Мы, конечно, в Вене выиграли. Да и душой я не кривил. Кузькин действительно был лидером нашей обороны.

P.S. Виктор Кузькин трагически погиб 24 июня 2008 года на отдыхе в Сочи. До конца жизни он вел очень активный образ жизни. Выходил на лед в составе ветеранской команды. Профессионально играл в теннис. А в последние годы увлекся дайвингом. В тот жаркий день он много времени провел на корте. Потом пошел на пляж и разгоряченный нырнул с пирса. Через секунду его сердце остановилось. Кузькин никогда на него не жаловался. И лишь после смерти рубцы на сердце показали, что он перенес на ногах несколько микроинфарктов. Об этом не знал никто. Даже самые близкие люди…

Кузькин Виктор Григорьевич. Родился 6 июля 1940 года в Москве. Погиб 24 июня 2008 года в Сочи. Защитник. 181 см, 87 кг.

Карьера: С 1958 по 1976 г. играл за ЦСКА. С 1976 по 1988 и с 1991 по 1999 работал тренером в ЦСКА. Основал Фонд поддержки и развития любительского хоккея.

Достижения: Олимпийский чемпион – 1964, 1968, 1972. Восьмикратный чемпион мира. Семикратный чемпион Европы. 13-кратный чемпион СССР.

Награды: Два ордена «Знак почета». Орден почета. Член Зала славы отечественного хоккея. Член Зала славы ИИХФ.