Борис Михайлов: Репортеры страшнее канадских головорезов

– Да просто задолбали меня тогда корреспонденты, – вспоминает Борис Петрович в интервью Sovsport.ru осень 1979 года. – Достали вопросами – когда да когда? Под напором этой агрессии занервничал, руки, можно сказать, затряслись. По пустым воротам стал мазать.

– Но вы к тому моменту были прожженным мастером, выиграли в хоккее все что можно, канадских профессионалов громили, были капитаном ЦСКА и сборной…
– Да мастерство-то никуда не делось. Все дело в психологии. Как забросил 399-ю, следующую игру откатал вхолостую. Ну и журналисты принялись меня донимать после каждого матча. А когда я одну игру не забил, вторую, третью… Тут еще Вовка (Петров) и Валерка (Харламов) стали подкалывать: «Ну когда ты наконец забьешь!» Но я сам больше всех на свете хотел зашвырнуть эту чертову 400-ю. Только чтоб от меня все отвязались.

– Выходит, журналисты страшнее канадских головорезов типа Кувалды Шульца или Кешмана, который об вас чуть клюшку не сломал?
– Да, в некоторых ситуациях страшнее.

– И вот наступило 11 октября 1979 года.
– Мы играли с рижским «Динамо». Отлично помню тот эпизод. Выкатываем с Сашей Гусевым два в ноль. Я сразу решил – отдавать не буду: сейчас или никогда. Либо забью прямым броском Василенку, либо врежусь в него и затолкаю в ворота вместе с шайбой. Ох, сложно бы тогда пришлось Василенку, столько злости во мне скопилось. Бросил верхом и шайба над его плечом вонзилась в сетку. Сказал потом Гусеву: «Саша, я и не думал тебе отдавать».

– Помните, что тогда испытали?
– Конечно, облегчение. Журналисты сразу оставили меня в покое. А в той игре я еще одну положил.

– Юбилейная шайба сохранилась?
– Да. Лежит на видном месте в моем музее.

– Имея такой богатый опыт, что посоветуете Мозякину? Как не застрять на пороге знакового рубежа?
– Уверен, Сергей не попадет в психологическую ловушку, и не будет так мучиться, как я. В ближайших турах обязательно забьет.

– Тем более завтра «Металлург» принимает рижан, которым не только вы забросили 400-ю шайбу, но и годом ранее – Вячеслав Старшинов.
– Правда? Ну вот видите. Хороший шанс.
А пожелал бы я Сергею оставаться самим собой. Играть так, как он умеет. И полностью закрыться от возникшей шумихи. Понимаю, это непросто. Я не верю спортсменам, которые говорят, что не следят за тем, что о них пишут в газетах, интернете. А там пишут, ага, сегодня не забил. Что-то с ним не то. Когда же он выбьет 400? Все это не может не отвлекать.
Главное – Мозякин должен быть сам в себе уверен, а в этом я не сомневаюсь. Как говорится, флаг ему в руки!

– Не ревнуете, ведь он может на ваш вечный рекорд замахнуться – 428 голов в чемпионатах страны?
– С какой стати? Я только приветствую! 35 лет я был первым. Пусть теперь другой 40 лет – или сколько там? – это место занимает. Тем более такой прекрасный парень и великий хоккеист.

– Великий?
– Именно! Не великий столько бы не забил. Кому-то Мозякин может не нравиться, но слов из песни не выкинешь. Не признавать очевидного – нельзя.

– Вы по работе пересекались с Сергеем?
– Только в сборной, когда был помощником Владимира Крикунова. Мозякин – это человек, который может забить в самый трудный момент.

– Выделите самые сильные его качества.
– Очень хорошо катается. Замечательные руки. Отлично видит площадку. Всегда своевременно и правильно выбирает решения – обыграть самому, отдать или бросить. Просто хорошему игроку все это в комплексе не под силу. Но самое главное – он всегда играет не на себя, а на пятерку, на команду. В этом и есть величие Мозякина.

– Сейчас, наверное, с особым пристрастием будете следить за каждым матчем «Металлурга»?
– Да что вы! Вчера вечером («Металлург» принимал «Йокерит». – Прим. ред.), например, я в театре был. Не собираюсь уподобляться СМИ. Для меня на первом месте – сам хоккей, а не цифры. Но Сергею пожелаю побыстрее забить этот 400-й гол. Чтобы все от него отстали. Да и мне уже проходу не дают и телефон не умолкает. Заехал в лигу, и каждый спрашивает: «Ну когда? Когда он забьет?»