Когда бывает обидно до слез - Советский спорт
Хоккей13 ноября 2002 00:00Автор: Нечаев Виктор

Когда бывает обидно до слез

null

СЕВЕРОАМЕРИКАНСКАЯ НХЛ

ЩЕЛЧОК ИЗ-ЗА ОКЕАНА

Игра 7 ноября «Каролина» – «Буффало» (2:0) проходила в стремительном темпе. Алексей Житник играл в большинстве и в меньшинстве. Вдруг за несколько минут до конца третьего периода, пытаясь остановить силовым приемом нападающего Яна Главача, Алексей промахнулся и подставил плечо, которое в этой ситуации можно считать оружием нападения.

Визави Алексея перевернулся в воздухе и плашмя упал на лед. А в это время отскочившую шайбу принял Джефф О’Нилл и с ходу бросил по воротам. Голкипер, закрытый игроками, не заметил полета шайбы и пропустил нелепый гол. Судья удалил Житника не только на пять минут за умышленную грубость, но и до конца матча. Столько неприятных событий, которые произошли в считанные секунды! Зная, что Алексей преждевременно закончил матч, я позвонил ему на сотовый телефон и услышал какой-то явно не житниковский голос. Сразу понял, что мой собеседник очень расстроен.

– Алексей, что произошло?

– Обычный игровой эпизод, абсолютно неумышленный. Как говорят в России: хотел, как лучше, получилось, как всегда. Меня в этом сезоне уже десятки раз припечатывали к борту и только пару раз нарушителя удаляли за грубость. Каждый из арбитров наделен своей философией, с которой большинство хоккеистов лиги не согласно. Мне обидно до слез! Смотрите, мы серьезно настраивались на игру, я был отлично готов. Не замечал даже резких болей в пахе. И вот все так нелепо остановлено. А завтра начнется!

– Что начнется?

– Расследование. Директор по хоккейным операциям НХЛ Колин Кэмпбелл, естественно, просмотрит запись этого эпизода, прочтет рапорт судей и сделает предварительные выводы. Мы возвращаемся домой на чартерном рейсе. Я знаю, что около десяти утра мне позвонят из офиса генерального менеджера клуба Дарси Режье и вызовут на так называемый конференс-колл – обсуждение инцидента с участием все того же Кэмпбелла, Режье, представителя профсоюзов и моего агента.

На следующее утро я вновь позвонил Алексею.

– Представитель профсоюзов отметил, что за 777 матчей в НХЛ я практически никогда не наказывался серьезными штрафами. Мой агент был еще более категоричен: если Житник должен пропустить четыре матча за эпизод, который вообще не нуждается в обсуждении, то более половины игроков НХЛ за их грубую игру нужно дисквалифицировать на 10–15 матчей.

Вечером я снова связался с Алексеем, его голос был более приветливым, чем в тот неудавшийся вечер в Каролине.

– Каков вердикт Кэмпбелла?

– В той непростой ситуации, когда лига жестко борется с грубиянами, пропуск двух матчей можно назвать детской шуткой. Что ж, подлечу травму, немного передохну, проведу время с семьей. Впредь постараюсь быть осторожнее: ведь я теряю не только возможность выступать за свой клуб, но и зарплату за пропущенные матчи. А это, согласитесь, обидно!