Рене Фазель – удивительный человек.

Во-первых, он руководит Международной федерацией хоккея с 1994 года. А с учетом нового срока мистер Фазель может установить рекорд – 26 лет у штурвала. Именно так. На днях Рене сказал, что он – капитан, а члены ИИХФ – его команда.

Во-вторых, мне довелось послушать Фазеля, когда он выступал перед своей командой за пару дней до старта чемпионата мира. «Нас ждут 17 тяжелых дней работы, - сказал Рене, обращаясь к сотрудникам. – И я прошу вас: если устали, то возьмите паузу на полдня или сутки. Отдохните. Для меня важно, чтобы вы не сломались».

Я знал работодателей, которые говорили: «Есть только одно оправдание неисполнению задания – смерть». А тут чисто европейский подход!

В-третьих, трудно найти второго человека в мире, который раньше работал стоматологом, потом – хоккейным судьей, затем – председателем Швейцарского союза, а теперь усердно учит русский язык. И обещает бегло заговорить на языке Пушкина и Толстого.

- Так-так, - Рене Фазель листает свежий номер «Советского спорта». – Сколько у нас страниц, посвященных футболу? Четыре. А хоккею? Семь! Мы победили! Очень хорошая газета.

Поэтому мистер Фазель и дает нам интервью. А рядом сидит большой друг Рене, член Зала славы ИИХФ Всеволод Кукушкин, чья первая заметка в «Советском спорте» вышла еще в 1965 году.

- Что самое главное для вас, как для капитана? Куда идет ваш корабль?
- На следующие четыре года мы обозначили четыре цели. Первая, самая главная – безопасность игроков. В последние три-четыре года у нас было много травм. Особенно сотрясений мозга. Скорость игроков достигает 45 км/ч. Их вес – за центнер. Шайба летит как пуля – 160 км/ч.

И ведь хоккеистам некуда деваться. Это не футбол, где можно выбежать за бровку. Тут тебя впечатывают в борт. Отсюда столько травм. Чтобы их избежать, мы думаем, как изменить хоккейные правила. И когда обсуждаешь это с тренерами, то приходишь к выводу: чаще всего это зависит от поведения игроков. Они не слишком уважают друг друга. На это и хотим сделать акцент – нужно это уважение найти.

С другой стороны, если жертва получает тяжелую травму, то агрессор должен быть наказан куда больше, чем на 3-4 матча. Если очень плохой силовой прием, то пусть будет дисквалификация на 10-20 матчей, плюс большие денежные штрафы.

Вторая цель – структура федерации, чтобы достичь эффективного управления. Это всевозможные комиссии – по финансам, транспорту, рассмотрению жалоб… У нас и сейчас хорошая структура, но мы хотим стать лучше.

Третья – взаимоотношения между лигами: КХЛ, НХЛ, разные чемпионаты и клубы Европы. У нас должна быть хорошая коммуникация. Это ведь бизнес. Нам нужно находить диалог по разным вопросам. Например, участие России в Лиге чемпионов.

Четвертая – Азия. Сегодня у нас 22 члена от этого континента. Еще три входят – Непал, Индонезия, Филиппины. Олимпиада в 2018 и 2022 году пройдет в Азии – в Пхенчхане и Пекине. Это отличная возможность для пропаганды хоккея. Нам нужно поймать эту волну.

- Как раз об отношениях между лигами. Сейчас в Москве гостит вице-президент НХЛ Билл Дэйли. С какой целью?
- Просто визит вежливости. В последние 22 года у нас хорошие отношения с НХЛ. Никаких проблем! Конечно, это совсем другой мир – североамериканская лига с громадным бюджетом. Спорт там – индустрия развлечений.

Мы немного другие. Но НХЛ выступала на последних пяти Олимпиадах. В июне мы проведем два раунда переговоров с лигой и профсоюзом о поездке игроков НХЛ в Пхенчхан и Пекин.

И мы в Старом Свете должны иметь сильный хоккей. Если будет раздробленность – КХЛ, финны и шведы, центральная Европа, сами по себе чехи и словаки – ничего хорошего не получим. Только сильные могут соревноваться с Северной Америкой.

- МОК не хочет давать $10 млн на перелет энхаэловцев и оплату их страховок. Для НХЛ это – камень преткновения. Неужели из-за столь небольшой суммы сорвется такой грандиозный проект?
- Небольшой? – смеется Фазель.

- Это зарплата одного Овечкина в год.
- Попробуйте забрать эти деньги у Овечкина. Посмотрим, что он вам скажет! – шутит Кукушкин.

- Вообще $10 млн – это большие деньги для ИИХФ. Наш годовой бюджет - $45 млн, - уточняет Фазель. – В олимпийский сезон он возрастает до $70 млн. В обычный год мы тратим $21 млн на организацию турниров среди мужчин и женщин разных возрастов. Также нужно содержать штат ИИХФ, оплачивать различные расходы, вкладывать деньги в развитие хоккея.

Лично мы не можем выложить треть бюджета, чтобы заплатить эту сумму. Конечно, мы слегка разочарованы решением МОК, который раньше оплачивал страховки и переезд игроков НХЛ. Но у них есть причины, и мы должны их принять. А моя цель – в переговорах решить этот вопрос.

- Министр спорта Виталий Мутко сказал прямо: ему не нравится возрождение Кубка мира, который может обогнать чемпионат мира в иерархии хоккея.
- Самое главное в хоккее сейчас – Олимпиада. Там выступают лучшие из лучших. И без разницы, что это в феврале, что рядом играют в керлинг и катаются на лыжах.

Также мы каждый год проводим чемпионат мира. Это как в теннисе – Уимблдон или «Ролан Гаррос». Разные страны, 16 сборных, особая атмосфера, когда ты этим праздником завершаешь сезон.

Да, сюда не прилетели главные звезды. Но не нужно каждый день есть ложками черную икру! Зато в Россию приехали три очень талантливых парня, за которыми будущее – Остон Мэттьюз (США), Коннор Макдэвид (Канада) и Патрик Лайне (Финляндия). Если подъедут топ-звезды вроде Овечкина или Кросби, мы вообще будем счастливы.

А теперь в сентябре появляется Кубок мира, и мне нравится эта идея. Никакого дежа-вю. Шесть топ-сборных, команда Европы и молодых звезд Северной Америки. Потрясающий турнир в Торонто при организации НХЛ! Разве это плохо? Мы для кого работаем – для болельщиков ведь, да? Они хотят видеть звезд и шоу!

Я бы хотел проводить чемпионат мира два раза за сезон, а еще Олимпиаду и Кубок мира – каждый год! Но это слишком много. Я шучу. Но вообще очень доволен нынешним календарем.

Дальше я спросил, почему президента ИИХФ можно встретить, например, на «Формуле-1». Рене Фазель ответил, что обожает спорт. И у других видов можно чему-то учиться. А хоккеисты для него – как артисты, которые умеют на ледовой сцене всё. Это гораздо более сложный вид спорта, чем футбол, где нужно просто бегать и бить по мячу.

- Кто же тогда Александр Овечкин? Джеймс Бонд? Он уже в 12-й раз приезжает на чемпионат мира.
- Я всегда рад видеть Сашу! Но расстраиваюсь, что он снова не смог выиграть Кубок Стэнли. Понимаю, как сложно Овечкину, ведь он идет к мечте. Но у него большое сердце. И сильный характер, потому что в любом состоянии он прилетает играть за Россию. Я уважаю таких людей.

- Откуда у вас такая любовь к нашей стране? Как давно вы начали учить наш язык?
- Впервые я приехал к вам на хоккейный турнир в 1981 году. Брежнев, Советский Союз, путь к коммунизму. Москва, потом Минск. Незабываемое воспоминание!

Когда я стал президентом федерации Швейцарии, то в 1987 году организовывал матч между нашей сборной и Большой Красной Машиной. Мы тогда собрали 17 тысяч зрителей в Берне!

Я всегда любил советский хоккей, со времен Михайлова – Петрова – Харламова. Моя мама обожала любила русскую культуру и учила меня словам. Одно время я даже пытался разгадывать кроссворды на вашем языке.

Вообще я знаю немецкий (от папы), французский (от мамы), испанский (жил там пять лет), португальский, итальянский, конечно английский. В наше время быть полиглотом – это нормально! И вот в один день я задался целью выучить русский так, чтобы спокойно разговаривать. В мечтах я бы хотел приехать с женой на полгода в Россию. А еще у меня есть хороший учитель – Сева Кукушкин.

- Нужно вести борьбу с допингом. Но тема мельдония превратилась в фарс. Препарат толком не изучили, однако его запретили. Почему хоккей не сотрясают допинг-скандалы, в отличие от других видов спорта?
- Борьба с допингом очень важна, чтобы защищать спортсменов. Соревнование должно быть честным. И надо думать о своем здоровье. Но по милдронату я с вами согласен – препарат нужно было изучить. Действительно ли он так помогает спортсменам быть лучше? Если да, то запрещайте.

А вообще в хоккее трудно использовать допинг. Очень сложная игра. Голова, ноги, руки, катание, скорость, лед, клюшки. Что вам нужно принимать? Хотите стать более агрессивным – потеряете контроль над игрой. Снять стресс – тогда уснете.

Это вам не циклические виды спорта, как велосипед или лыжи. Тут все гораздо труднее.

- Правда ли что вы работали в Швейцарии не только судьей, но и дантистом, при этом ставя пломбы Вячеславу Быкову?
- Конечно! А еще Хомутову, их семьям. Кстати, Быков тоже учил меня русским словам. Но не в тот момент, когда я лечил ему зубы.

- Будете ли вы смотреть чемпионат Европы по футболу в июне?
- Я ненавижу футбол, - признался Кукушкин. – Даже за спорт его не считаю.

- А я люблю! – воскликнул Фазель. – Это спорт номер один в мире. Лишь в Северной Америке не так. В футбол легко играть. Даже обувь не нужна. Я обязательно приеду во Францию и схожу на какие-то матчи. Пока не решил, какие. Или по телевизору под пиво буду смотреть.

- Тут же родится шутка: «Посмотрите, Рене Фазель – единственный человек в мире, который смог остановить Владимира Путина», - замечает Кукушкин.

- Владимир Путин – очень уважаемый человек в мире, - говорит Фазель. – На льду происходит то же самое. А еще он очень чтит правила. Сколько я судил матчи с участием вашего Президента, он никогда даже в офсайд не попадал. И никогда, в отличие от своих министров, не делает подножки или зацепы клюшкой. Так что у меня не было повода свистнуть!

Вообще я очень уважаю Путина в том числе за то, что он в 58 лет освоил такую сложную игру, как хоккей. И в своем графике находит время для тренировок.

* * *  

В этом году исполняется 35 лет в момента гибели Валерия Харламова. И мы напомнили, что «Советский спорт» уже 14 лет проводит церемонию «Харламов Трофи», посвященную великому мастеру.

- Очень хорошая идея! – поддержал Фазель. – Прекрасно помню Валерия Харламова. Был его большим фанатом. Жутко расстроился, когда узнал об автокатастрофе. Но не пересекался с ним, потому что в те годы работал судьей в Швейцарии.

А еще я смотрел в Сочи кино «Легенда №17» - на русском языке. Мне очень понравилось!