1967-1976. Борис Михайлов: Канадцы растерялись: ученики обыгрывают учителей…

– У вас богатейшая коллекция наград и регалий. Какие из них наиболее дороги?
– Лично для меня – первые: золотая медаль чемпиона страны 1968 года и золото чемпионата мира-69.

– Вы могли попасть на Олимпиаду-68 в Гренобле?
– Нет. Я ведь в том сезоне только дебютировал в ЦСКА. Привел меня из «Локомотива» мой друг Женя Мишаков. Рекомендовал Анатолию Тарасову. Тот с ходу сказал, что ничего я в хоккее не умею. А потом добавил: «Ну, полуфабрикат, если выживешь – будешь играть». Хотя я в «Локомотиве» по 18-19 голов за сезон забивал.

На Олимпиаду «полуфабрикатов» не брали. Доверяли самым надежным, проверенным. Из ЦСКА в Гренобль поехали два звена – Полупанова и «система» плюс дядя Веня Александров. «Система» – это пятерка с двумя полузащитниками, двумя нападающими и защитником-стоппером. Рагулин, Зайцев, Ионов, Моисеев, Мишаков. Они сдерживали лидеров соперников, то есть выполняли спецзадания.

– Спартаковцы были недовольны, считая, что «систему» брать не стоило…
– Победителей не судят. Раз выиграли – значит, все правильно сделали. Александрову было уже за 30, его Тарасов в ЦСКА поставил к нам в тройку с Володей Петровым. Дядька-наставник ворчал, ему тяжело было поспевать за молодыми. Только потом вернулся из «ссылки» в Чебаркуль Валерка Харламов, и нас объединили в одну тройку.

Олимпиаду в Гренобле я смотрел по телевизору. Мечтал сыграть на следующей вместе с Мишаковым. Хотя в сборную нашу молодую тройку пригласили только в декабре 68-го. Мы хорошо сыграли в турне по Канаде и поехали в Стокгольм на чемпионат мира-69…

– Ваша мечта осуществилась – на Игры-72 в Саппоро вы отправились с Мишаковым и вернулись с золотой медалью.
– Нашу тройку в Саппоро Тарасов разбил. Хотел продлить жизнь в хоккее ветеранам Фирсову и Рагулину, с ними играл Харламов. А к нам с Петровым поставил Юрку Блинова, игралось с ним нормально.

Турнир в Саппоро был коротким – пять матчей. В первом матче с финнами получил травму колена – надрыв боковой связки, мениск. Это месяц на больничном. Тарасов вызвал доктора Белаковского: «Делай что хочешь, но завтра он должен играть».

Завтра не получилось, пропустил матчи со шведами и американцами. Выхожу против поляков, нога болит, катаюсь опираясь на клюшку. Как-то ухитрился забить. Чернышев увидел мои мучения и после первого периода отправил в раздевалку.

Но на последний матч с чехами я снова вышел и даже забил. С центра поля. Вы же знаете, какой «сильный» у меня щелчок. С синей линии шайбу до ворот не добрасывал. Вратарь чехов Дзурилла так долго ее ждал, что пропустил между ног. Его потом заменили, мы выиграли 5:2.

После игры сидим, отмечаем победу. Приходит Дзурилла, чуть не плачет: «Меня во всем обвинили». – «Не горюй, выпей водки». Налили ему, он выпил за нашу победу. А через пять лет, на чемпионате мира в Вене, взял у нас реванш.

– В Саппоро вы уже знали, что Тарасов и Чернышев уходят из сборной?
– Даже не подозревал! Эта новость свалилась как снежный ком на голову.

– Помните, как Тарасов увел ЦСКА в раздевалку 11 мая 1969 года в решающем матче чемпионата страны со «Спартаком»?
– Как такое забудешь! Я ведь был на льду, когда Петров в середине третьего периода забил шайбу перед сиреной на смену ворот. Нам нужна была победа, «Спартак» мог сыграть вничью. Судьи, на мой взгляд, приняли неправильное решение. Никто свистка от столика не слышал. Так что гол должны были засчитывать.

«Все в раздевалку», – скомандовал Тарасов. С полчаса мы там сидели, пока не пришел помощник Леонида Ильича Брежнева и не попросил продолжить матч. Руководитель партии не хотел ждать. Только тогда мы вернулись. Тарасов не мог не подчиниться. С него ведь за этот демарш сняли звание заслуженного тренера, но вскоре вернули.

– Если бы гол Петрова засчитали, и счет стал бы 2:2, дожали б «Спартак»?
– Раз проиграли 1:3, значит, соперник оказался сильнее. У них хорошая была команда. Сильная атака, цепкие защитники. Надежный вратарь Зингер. Мы с ним воевали – я в площади ворот бил ему по клюшке, он – мне по голеностопам. Потом договорились: «Я тебя не трогаю, ты – меня».

– С Всеволодом Бобровым сработались?
– Да я со всеми срабатывался! Бобров – душевный человек, его любили и уважали. На чемпионате мира-73 в Москве Саша Мартынюк забил западным немцам восемь шайб, до конца матча еще оставалось минуты полторы. «Всеволод Михалыч, сейчас твой рекорд побьют», – напомнил Боброву его помощник Кулагин. Тот среагировал моментально: «Саша, ты посиди, пусть другие поиграют».

– В легендарной Суперсерии-72 вы, как и в Саппоро, играли с Блиновым…
– Так решил Бобров. Нас перед первым матчем в Монреале просили: «Проиграйте достойно». А после первой же победы потребовали: «Проиграть вы не имеете права». Но накачек не было.

– Лидер канадцев Фил Эспозито потом признался, что вы оказались самым противным игроком в сборной СССР.
– Он тоже был не пай-мальчик. Хоть мы играли на разных позициях, на поле часто сталкивались. То он «шмальнет» мне в ногу, то я его – в ребра. Но Фил – молодец. В решающий момент сказал команде: «Давайте забудем о своих голах-передачах и сыграем за Канаду».

– Почему вы встали на символическое вбрасывание в Монреале? Ведь капитаном сборной был Виктор Кузькин…
– Случайно получилось, наше звено начинало матч, вот я и встал на точку вбрасывания. Выгреб шайбу у Фила и отдал ее премьер-министру Канады.

– Канадцы удивили грязной игрой?
– Еще как! Их задело, что ученики обыгрывают учителей. В матче в Ванкувере я дважды на пятачке подставил клюшку, забив в их стиле. Так канадцы просто растерялись. Зал стал им улюлюкать. После игры Фил и произнес ту самую речь…

– Как же проиграли восьмой решающий матч серии 5:6, хотя перед третьим периодом вели 5:3?
– Канадцы вышли на лед умирать, а мы – просто играть. И допустили ошибку на последней минуте из-за невнимательности.

– Бобров устроил разнос?
– Нет. Просто сказал: «Пижоны. Впервые вижу людей, отказавшихся от новых автомобилей». За победу нам пообещали продать вне очереди новые машины…

– Суперсерия-74 не получила такого резонанса, как в 1972-м.
– Канадцы быстро забывают поражения. В 1974-м у них была хорошая, но ветеранистая команда. Пока были силы, они бегали, будь здоров. Но это в первой половине серии в Канаде. В Москве же мы их укатали.

Сыграть против Бобби Халла, Горди Хоу было интересно. Локти у Мистера Хоккея – свинцовые. А щелчок Халла – из XXI века. Три шайбы забил в первом периоде Владику Третьяку в Ванкувере! Наш вратарь жаловался: «Когда он бросает, шайбы не видно…»

– В декабре 1975-го вы отправились за океан на первую клубную Суперсерию. Канадцы изменились?
– Нет. Фил Эспозито уже в «Рейнджерс» не мог смириться с разгромом, когда мы их обыграли 7:3. Помню, уже после матча в Монреале всей командой поехали в консульство праздновать Новый год. Сыграли вничью 3:3, все были довольны. На матч приехал старший тренер сборной Борис Кулагин и был поражен игрой молодых Жлуктова и Александрова. Потом взял их на Олимпиаду-76 в Инсбруке.

– Следующий матч с «Бостоном» тоже не забыли, ведь Кэшман запросто мог отбить вам почки?
– Я в момент броска незаметно для судьи ударил по клюшке их вратаря, и он пропустил шайбу между щитков. Вижу, летит на меня канадец, клюшку занес, как секиру. Я подыграл ему, упал, лежу. Подъезжает Валерка Васильев: «Петрович, ты что развалился? Татьяна, жена твоя, на сносях, разволнуется же».

– В последнем матче серии «летчики» из Филадельфии вас хорошенько отколошматили.
– Нам дали понять: выиграть не дадут. Это была уже политика. Накануне игры устроили совместный обед. По разные стороны стола сели их команда и наша. Напротив меня оказался верзила, у которого «колотушка» больше моего бедра. Штангист, думаю, или культурист. Оказалось, это их тафгай Шульц по прозвищу Кувалда.

Едва начался матч, летит Кувалда на Харламова. Валерка увидел и отоварил канадца клюшкой, сделал ему бо-бо. Завязалась драка. Пришлось нашему тренеру Константину Локтеву увести команду в раздевалку. Конфликт замяли, мы вернулись на площадку.

Потом у наших ворот этот Шульц взял меня за челюсть, так сжал, что едва не превратил ее в лепешку…

– Меньше чем через месяц вы вышли на лед олимпийского Инсбрука-76...
– Запомнился последний матч с чехами. Они нас разжалобили, стали ныть: «У нас полкоманды больны, разрешите заявить еще одного вратаря». А вышли с таким сумасшедшим настроем…

Повели 2:0, потом когда удалили Жлуктова и Капустина, мы выстояли втроем. Победный гол забил Валерка Харламов – Петров выиграл вбрасывание себе вперед и отдал пустой угол. Красивая победа, хотя нас устраивала и ничья.

Сборная СССР, показав поистине выдающийся хоккей, обыграла на льду монреальского «Форума» сильнейших канадских профессионалов с сокрушительным счетом 7:3.

Это был матч, когда, искушенные игрой профессиональных асов, канадские болельщики в первом периоде удивлялись, во втором – затаили дыхание, а в последней трети матча восхищенно аплодировали нашим спортсменам, и устроили им по окончании игры овацию.

…Канадцы, вспомнив, видимо, заявления своего тренера Г.Синдена, что они должны любыми средствами выиграть первый матч, начали демонстрировать худшее из арсенала профессионального хоккея. Нет, это не была силовая борьба, в которой, вопреки всем ожиданиям, они были чаще побежденными, чем победителями. Это была возмутительная даже по здешним меркам грубость. После остановки игры ударил нашего вратаря Маховлич. Вконец раздосадованный суперснайпер Эспозито исподтишка пихал проезжавших мимо него наших хоккеистов.

Но в эти минуты на льду уже не было знаменитых профессионалов – лешь беспомощные, разрозненные и злые одиночки. И начался буквальный разгром. 54-я минута – Михайлов забивает гол с подачи Блинова. 55-я – Зимин, получив пас от Якушева доводит счет до 6:3. 59-я минута – великолепный, венчающий игру гол Якушева, который получил пас от Шадрина, положил на лед защитника и вратаря канадцев и непринужденно перебросил через них шайбу в сетку ворот.

Это был фантастически прекрасный праздник хоккея, подаренный канадцам советской сборной. И его не смогла омрачить даже невежливость побитых канадских асов, которые покинули поле, не пожав руки победителям.

…Помимо монреальцев, сегодняшнюю игру смотрели по телевизору буквально вся Канада и даже чуть ли не все штаты США. Были отменены многие концерты, театральные спектакли, шоу-исполнители не хотели выступать перед пустыми залами.

Правительство Канады устроило прием в честь сборной СССР.

«Советский спорт» от 5 сентября 1972 года