«Вратарь сидел на лавке с бургером и колой». Русские хоккеисты в Новой Зеландии

За СКА Гунченко провел всего четыре матча в сезоне-1988/89. В начале 90-х он уехал в Финляндию, вернулся в Петербург в 1995-м и пошел работать тренером в ДЮСШ «Спартак».

В 2001-м в Петербург на один из турниров приезжала национальная команда Новой Зеландии. Гунченко знал английский, он работал с новозеландцами неделю.

– Они уехали, я про них забыл, – рассказывает Гунченко. – А осенью 2004-го мне предложили приехать в Новую Зеландию. Через полгода я подписал трехлетнее соглашение и отправился в город Крайстчерч. Тренировал всех: детей, мужчин, женщин, а еще сборные U-18 и U-20. Побед было добиться почти невозможно. Хотя одно серьезное достижение все-таки было: победа в третьем дивизионе молодежного чемпионата мира. Кстати, перед играми новозеландцы привыкли танцевать хаку, но я запретил им это делать перед официальными матчами. Чтобы не пугать народ.

В 2010-м Гунченко закончил работать с молодежными командами.

– После контракта перестали платить, я не мог работать бесплатно, – объясняет Дмитрий. – Еще немного поработал консультантом мужской сборной, но мотивации и интереса уже не было.

После большого землетрясения в Крайстчерче Гунченко переехал в Австралию, больше к хоккею отношения он не имеет.

Несколько лет Гунченко работал клубным тренером четырехкратного чемпиона Новой Зеландии «Кентербери Ред Дэвилс». Два титула – в 2008-м и 2012-м – «дьяволам» помог взять российский форвард Валерий Конев.

– Я играл в серовском «Металлурге, а мой тренер учился в Высшей школе тренеров с Анатолием Хорозовым, который тогда выступал в Новой Зеландии. Я вместо сборов уехал туда, – вспоминает Конев. – Там всего шесть команд, в каждой по пять легионеров. Иностранцы в основном из Америки и Европы, они не были привязаны контрактами. Ездили в Новую Зеландию развеяться, в удовольствие поиграть в хоккей.

– Вы за этим же туда поехали?
– Представлял уровень, но не считал себя великим. Решил использовать хорошую возможность повидать мир. Второй раз, когда я приехал в Новую Зеландию, тренером был уже не Дмитрий Гунченко, а Анатолий Хорозов. Он меня снова позвал в 2012-м, когда я особенных успехов в России не добивался: играл в новоуральском «Кедре». Во второй раз было намного интереснее, со мной было еще два русских парня. Мы вместе играли, общались, работали, наслаждались шикарной природой. Были лидерами команды, старались бороться с их силовым хоккеем, похожим на регби. У местных игроков задача – убить соперника.

– Я был главным лидером команды, соперники меня по пять человек держали. До смеха доходило: наша команда проводит атаку, я в это время остаюсь в своей зоне, а за мной еще два соперника едут. Могу еще историю забавную рассказать: был там один местный тренер, с которым у нас однажды такой диалог случился:

Посмеялись мы прилично.

– Все действительно с хоккеем там так плохо?
– Когда я приехал второй раз, уровень был чуть выше, в первую очередь у легионеров. В составе нашего главного противника, «Кейптауна», были финны, шведы, даже один задрафтованный в НХЛ канадец. Стало сложнее. Прикольно, что я туда съездил: развеялся, пообщался, английский подтянул. Есть что вспомнить.

«The Baboushka докладывала все Михайлову!» 90-е глазами первых легионеров СКА

– Вы сказали, что работали там. А кем?
– Игроки в Новой Зеландии за хоккей денег не получали, поэтому нас устраивали в строительную команду, мы помогали немного. Деньги платили хорошие. Черновой работой не занимались, но иногда приезжали в офис к восьми утра. Нам давали задание – мы выполняли.

– В первый ваш год вас тренировал Дмитрий Гунченко.
– У него суровый голос. Помню, у нас был запасной вратарь Кристофер ван дер Верф, который никогда не выходил на лед, постоянно сидел на лавке (за всю карьеру ван дер Верф провел 3 матча – Прим.ред.) Рядом с ним всегда была пепси-кола и бургер, и он иногда повторял за нашим тренером с сильным акцентом «** твою мать, Дмитрий Гунченко» (смеется). Тренер суровый был, призывал всегда играть, а не просто бить соперника. Пропагандировал советский стиль с постоянными передачами и открываниями. Дмитрий – очень порядочный человек, до сих пор с ним общаемся.

– Он запрещал своим игрокам танцевать хаку. Другие делали это перед каждой игрой?
– Только перед матчами сборной, в клубе такого не было. Однажды я посмеялся над этим танцем, а на меня очень сурово посмотрели. Я понял: у них это священная тема, религия. Нам не понять.

– В свой второй приезд вы стали чемпионом Новой Зеландии и самым ценным игроком финала.
– Формат простой: шесть команд играют по кругу, а потом первые две встречаются в финале из одной встречи. Мы заняли второе место, а финал играли в Кингстауне. Проигрывали по ходу, сравняли, потом я победный буллит забил. Зрителей было много – полторы-две тысячи точно! Ажиотаж приличный.

– Было желание остаться в Новой Зеландии?
– Думал об этом, но нужно было бы все бросить в России. Когда приезжал второй раз, у меня уже семья была. Связать свою жизнь с хоккеем в Новой Зеландии не получилось бы, значит пришлось бы искать новую работу. Когда был там, страна показалась мне скучной, я все-таки молодой и задорный был. Хотелось в Россию к друзьям. Тем более, я тогда еще продолжал профессиональную карьеру. Вернулся из Новой Зеландии, меня позвали в «Буревестник», фарм-клуб «Автомобилиста». Один раз меня даже чуть не взяли в основную команду, позвали тренироваться – жаль, что не получилось.