«Мельницу» подсмотрел у Каспарайтиса». Интервью Андрея Миронова

…Я познакомилась с Андреем Мироновым в сентябре прошлого года. Тогда защитник московского «Динамо» как раз был на финишной прямой восстановления после травмы полученной на Кубке мэра Москвы по хоккею. Мне запомнилось то, с какими горящими глазами он рассказывал, что хоть сегодня готов помогать команде.

– Если врачи меня не выпустят к концу месяца, я сам на лед выбегу!–  говорил Андрей.

С того времени Миронов успел побыть капитаном своего родного клуба и в том же статусе выиграть Кубок «Карьяла» в составе сборной России. Травма, полученная на этом этапе Евротура, снова вывела из строя одного из лучших игроков обороны КХЛ.

И вот, наконец-то, к завершающим играм «регулярки» Андрей вновь присоединился к бело-голубым.

– С первой травмой, полученной в августе на Кубке мэра Москвы, сложно все было. Не мог даже передвигаться. Круглые сутки проводил на базе в лежачем состоянии, никуда не выбирался. Процедуры постоянно были по полдня. Вторую травму получил в ноябре последней игре Кубка «Карьяла» буквально на последних минутах матча. Не помню уже, что именно случилось – то ли бросок был, то ли удар, но руку я резко дернул. Матч доиграл – там пара смен оставалась. Потом было долгое обследование. У меня как раз на этой же руке травма была 7 лет назад, палец оперировали. В итоге она напомнила о себе – нашли осколок кости. Пришлось ехать на операцию в Германию, где достали этот осколок и почистили все суставы. Но любые физические нагрузки мне были запрещены еще на две недели.

– Английский пытался подтянуть. Когда-то даже с репетитором занимался. А сейчас нашел в интернете всякие ролики уроков английского языка, программы и приложения. Еще на базу ездил на физиотерапию. Спустя две недели мне разрешили тренироваться, чем я и занимался с утра до вечера. В зале на тренажерах и на льду, но без клюшки. Только на ноги нагрузку делал в основном.

– У меня контракт с «Динамо» еще на год. Как будет дальше – не загадываю. Не буду отрицать, что меня туда зовут. Но сейчас в голове мысли только о том, как вкатиться в сезон и помочь команде, а не о «Колорадо».

– Не скажу, что вышел раньше срока… Немецкие специалисты говорили, что от 6 до 8 недель нужно на восстановление. Но так получилось, что Робинсон получил травму. Спросили: «Готов играть?». Я ответил, что готов. И меня поставили в состав.

– Я не планировал махать кулаками, да там и драки-то как таковой не было – подъехали всей пятеркой, потолкались немного. А эмоции от первого матча после перерыва были потрясающие – я очень соскучился по игре, болельщикам, льду, атмосфере.

– Я видел это видео. Ну что можно сказать? Зашли, поговорили… Каждый имеет право на свое мнение и право высказать это мнение. Это просто эмоции. Их можно понять. Да и игроки сами все видят. Сами знают, когда сыграли плохо, и что фанаты будут переживать. Ведь большинство из них не первый год болеют за команду. Мы работаем, чтобы побеждать и радовать своих болельщиков. И играем не за то, что на спине написано, а за эмблему на груди, за свой клуб.

– Я попал в детскую спортивную школу «Динамо» в пять лет. И она была совсем не рядом с домом. Я жил на окраине Москвы, а школа в районе Петровского парка, где станция метро «Динамо». Только на дорогу в метро тратил час, когда уже сам начал ездить. А на машине могли и полтора часа добираться. У меня двоюродный брат пошел заниматься хоккеем, и его родители предложили моим отправить меня за компанию, чтобы я не шлялся по подворотням.

– Да, меня сразу в защиту поставили.

– Не обижались? Ведь в детстве все хотят голы забивать…

– Помню, что у нас многие ребята в команде вообще хотели в ворота встать. А я спокойно отнесся к тому, что защитником буду. У меня не было определенного желания. Куда сказали, туда и встал. Родители тем более не возмущались, потому что никто не думал, что я буду профессионально заниматься хоккеем.

– А то! В том-то и проблема, что родители в хоккей лезут и советуют детям больше, чем тренер, обучающий их игре, который сам, возможно, в прошлом чемпион мира. Но люди, никогда даже не занимавшиеся спортом, часто думают, что они умнее всех и видят уже, как их еще пятилетний сын играет в НХЛ.

– Вот именно! Уже все будущее ему напророчили. Но так обычно не бывает. Как Бог даст, так и должно сложиться. Никто не знает, что будет завтра.

– Помню, что у Дарюса Каспарайтиса часто его видел.

– Пока нет. Но я помню момент, когда с ЦСКА играли, и я поймал Сашку Радулова.  После матча корреспонденты брали у него интервью и спросили, как он относится к тому, что против него так сыграли.  Радулов сказал, что это игровой момент – все было сделано чисто, претензий нет. Когда еще в МХЛ выступал и ловил ребят, то могли после игры посмеяться над этими моментами. Они рассказывали, как в голове все закружилось.

– Вы замечали, что после «мельницы» игрок начинает буквально охотиться за вами?

– Конечно, и дело не только в том, что это «мельница». Такую реакцию вызывает любой силовой прием. Когда ты проводишь его против соперника, он заводится – кто-то больше, кто-то меньше. Иногда может в голове переклинить, и он даже от игры отвлекается –  бегает за тобой лишь бы ударить посильней.

– Это очень почетно. И огромное спасибо тренерскому руководству сборной и тренерскому руководству «Динамо» за доверие.

– Надо выполнять всю свою работу, не оглядываясь на нашивку. Ты же не должен выйти и сделать все сам? В одиночку спасти Россию, как говорится! Нет. Все получится только за счет пятерки, команды, слаженных действий коллектива. У нас в команде – все капитаны. Любой может высказать свое мнение и замечание. Это рабочие моменты. Сейчас нет никакой нашивки, и это ничего не меняет. Мы – одна команда, одна большая дружная семья. Если один из пяти пальцев выпадает, значит, кулака уже не будет.

– Как это может обижать? Тебя вызвали в национальную сборную. Наоборот, и эмоции появляются дополнительные, и силы. Ты должен показать своей игрой, что достоин не только якобы, как сказали журналисты, экспериментального состава. Но и то, что ты можешь попасть и в более привычный для болельщиков список хоккеистов сборной. Экспериментальным наш состав назвали, а Кубок-то мы выиграли! Да пусть называют как хотят! На заборе тоже много чего написано, а там дрова лежат…

– Даже не думал еще об этом. Я только вышел после травмы. Так что как будет, так будет. Сейчас моя задача каждую тренировку, каждую игру пахать и набирать тонус.

– Колбасу привозили раньше из Казани и Нижнекамска, – улыбается Андрей. – Когда Максим Пестушко в составе «Динамо» играл, то всякий раз после матчей в этих городах, ему к самолету привозили несколько ящиков колбасы и других мясных деликатесов местной кухни. Ходил потом по салону, раздавал всем…

– Матрасы надувные с собой возим. Кладем на три сиденья сразу, чтобы выспаться. А я вообще часто на полу сплю.

– У нас есть внутрикомандные «трофеи». Раньше мы розовую майку с надписью «Буратино» разыгрывали. После тренировки буллиты били по очереди. Забиваешь – уходишь со льда, и так до последнего игрока. Кто остается, тот одевает майку. Я ее даже выигрывал когда-то вроде. Коня деревянного расписного как-то на складе нашли и тоже сделали призом за сомнительные хоккейные достижения. Конь всегда путешествовал со своим хозяином на игры: и на домашние, и на выездные. В этом году – полено. Тяжелое, но все равно нужно его везде с собой в бауле таскать до следующего розыгрыша.

– Больше люблю активный. В отпуске максимум неделю могу отдыхать, отключаясь от всего. А потом меня начинает колбасить – нужно какое-то движение, спорт. Летом чаще всего на море выбираюсь.

– В Доминикане дело было. Да, звезды – живые.

– Нет, они не опасные. Мы поехали на экскурсию на остров Саона, так как нам перед этим рассказали, что именно там снимали рекламу батончика «Bounty». Хотя так на всех похожих курортах говорят, куда приезжаешь. Плыли на катере и остановились в относительно мелком месте, где плавали эти морские звезды. Решили посмотреть и сфотографироваться. Фантазировали как могли!

– Летом были сборы в Балашихе. Приехал тренер по катанию и мой друг Андрей Лавров со своим приятелем. Они затачивали мне лезвие на коньках, «стаканы» меняли и решили надо мной пошутить. Взяли сланцы и прикрепили к ним лезвия и «стаканы». А потом мы решили выйти в них на лед и снять ролик. 

– Нет, конечно! Очень опасно. Я надел этот тапочек, мне максимально сильно зафиксировали голеностопы скотчем. Задача была в том, чтобы просто выйти на лед и стать у бортика. Чтобы на них кататься – об этом и речи не было!

– Если что-то из-под кровати достать нужно было. Еще я слышал, что кто-то из сломанных клюшек заборы себе делает на даче.

– Да? Нужно у бабушки спросить, может, она тоже помидоры с огурцами подвязывала. Клюшек-то много было на даче.

– Она забрала из приюта собаку. Рита однажды увидела пост в Инстаграм о помощи бездомным животным, перешла по ссылке и заинтересовалась. Сейчас она часто на выходных посещает Кожуховский приют для безнадзорных животных. Старается помогать им и информационно, и финансово. Благодаря ее стараниям уже две кошки обрели дом. Рита считает, что люди должны творить добро, быть одной командой и жить с девизом: «Кто, если не мы? Никто, кроме нас!».

– Конечно! У меня лучший друг к хоккею отношения не имеет. Это мой одноклассник Слава Швычков, с которым мы с 6 лет знакомы. Жили в одном подъезде: он на 10 этаже, я на 12. В школу каждое утро ходили и свободное время вместе проводили.

– В Новосибирске мне подарили очень красивую картину, написанную масляными красками. Она у меня дома на стене висит. Спасибо огромное, это было неожиданно и приятно.

– Не люблю говорить о шансах. Невозможно предсказать, как все сложится, как повезет… Как Бог даст так и будет. Наша задача – биться в каждой игре, а цель – поднять Кубок Гагарина над головой.