Игорь Ларионов: В сентябре планируем провести два матча Россия – Канада

– После смерти Сергея Гимаева многие стали настороженно относиться к ветеранским матчам.
– Да, я понимаю эти опасения. Одно дело играть показательные встречи, посвященные каким-то событиям или юбилеям, и совсем другое – соревнования типа Лиги легенд. Когда идет усилие, я бы даже сказал, насилие над организмом. Здесь на первый план выходит состояние игрока. Медицина тут необходима, врачи должны проверять самочувствие и выдавать допуск к таким матчам. Как бы там ни было, организм со временем изнашивается, а потому контроль обязательно должен быть.

Например, в Детройте перед ветеранскими играми доктора всегда измеряют давление. У нас немного по-другому. В основном все построено на самоконтроле. Ребята много двигаются, тренируются постоянно и сами дозируют нагрузки.

Безусловно, то, что случилось с Сергеем Гимаевым – огромная трагедия. Но это вопрос, какая тут связь с хоккеем. Люди умирают и в самолете, и в поезде, просто на улице. Все зависит от того, как ты готов. Необходим баланс врачебного и самоконтроля.

– А вы сами как готовитесь?
– Стараюсь постоянно держать себя в тонусе. Последний год жил с сыном в Квебек-Сити, регулярно два раза в неделю катался с ветеранами «Квебек Нордикс».

– С Мишелем Гуле?
– Нет, он уже не играет. Сильно бедра болят.

– Марк Тардиф?
– Нет. Там ребята помоложе. Я уже самый старый, – улыбается Ларионов. – А против меня, к примеру, Симон Ганье выходил. Ему 37 лет, совсем недавно в НХЛ закончил.

– Специально к суперфиналу Лиги легенд усилили тренировки?
– Перед самым отлетом в Германию в семь утра катался в Плимуте под Детройтом, где занимался после переезда из Квебека. Там возникли большие проблемы со льдом, хотя четыре арены. На них проходили местные соревнования, плюс чемпионат мира среди женщин. Катался с мальчишками сначала налегке, а за день до отъезда вышел в полной форме. Народ аж обалдел. Решили, что я обратно в «Ред Уингз» возвращаюсь!

– Так вам в Штраубинге пришлось играть еще и на пике акклиматизации!
– Я на это не обращаю внимания. Привык. Главное – пить больше воды. И потом здесь разница с Америкой в шесть часов. Финал в 5.30, в Детройте – это 11.30. Нормальное время.

– Все болельщики ждут, когда канадцы и американцы присоединятся к Лиге легенд.
– Только что обсуждали эту тему. Желание у них есть. Вопрос в одном – статус легенды. Марио Лемье, Стив Айзерман, Брендан Шенахен – с одной стороны. С другой – Кирк Молтби, Даррен Маккарти. У обоих по четыре Кубка Стэнли: они – легенды?

– Пропишите в регламенте. В сборной России тоже далеко не все суперзвезды.
– Я не про это. Вот мы играли со словаками. Я, кроме Либы и Штрбака, там вообще никого не знаю. Важно установить критерий. Если у человека четыре Кубка Стэнли – это в нашем понимании легенда? Я считаю, да. Мы пытаемся найти в Северной Америки громкие имена. Но многие заняты на высоких административных должностях: Айзерман в Тампе, Шенахен в Торонто, Робитайл в Лос-Анджелесе, Халл в Сент-Луисе, Лемье в Питтсбурге. Они в хоккей уже практически не играют. А те же Молтби, Маккарти, Дрейпер – у него, кстати, тоже четыре Кубка Стэнли, в Детройте в ветеранских матчах участвуют. Из таких ребят мы можем скомплектовать команду довольно быстро. Есть идея в сентябре в честь 45-летия Суперсерии-1972 провести пару матчей Россия – Канада в Монреале и Москве. Тем самым сделать первый шаг. У американцев тоже есть интерес к Лиге легенд. К примеру, Челиос готов приехать хоть завтра. Крис и команду наберет.

– То есть вопрос в организации?
– Точнее, нам нужно определиться со временем, когда все это проводить. И со статусом легенды. Мы решили, что четыре Кубка Стэнли – вполне достаточно.