На арене в Кельне гремит русский бас! Как ИИХФ уважила болельщиков из России

- Шайбу забросил Сергей Андррррронов!

Услышав такое под сводами Кельнской арены в стартовом матче чемпионата мира в Германии мы, признаться обомлели! От того, что первую шайбу в нашей команде записал на свой счет Андронов – тоже. Но главное – потому, что диктор арены сделал объявление на чистейшем русском языке. Все же мы не в Москве, как год назад…

Оказывается, с этого года ИИХФ внедрила в распорядок такое вот ноу-хау. На матчах сборной России работает русский диктор, который дублирует все сообщения на родном для нас с вами языке и в соответствующей нашему настроению тональности.

Сразу скажу, что такая привилегия действует пока только для россиян. И это своего рода акт уважения со стороны президента ИИХФ Рене Фазеля, который часто гостит в нашей стране и сам упорно учит русский язык.

Ну а мы, узнав о ноу-хау, конечно, захотели выяснить – кто же стоит за «Русским голосом» на чемпионате мира в Германии? И скоро обнаружили за ним своего старого знакомого – Дмитрия Милюкова, чей бас уже много лет звучит на хоккейных поединках сборной, а также на многих других международных форумах, в которых принимают участие российские спортсмены.

Предлагаем всем вам познакомиться с ним поближе!

- Я здесь работаю по официальному приглашению ИИХФ, - рассказал Дмитрий. – Такой опыт проводится на хоккейных чемпионатах впервые. Идея принадлежит господину Фазелю.

- Русских болельщиков на чемпионатах мира всегда много. При этом наш зритель – благодарный. Наши земляки всегда покупают много сувениров и в буфетах на арене денег не считают. Поэтому федерация хоккея заинтересована в том, чтоб их было больше. А кроме того, именно в Кельне существует очень большая российская диаспора. Людям будет приятно услышать на матчах родной язык. Поэтому отклик был очень большой, когда на первом поединке наших на арене вдруг зазвучала русская речь.

- Если брать только хоккей, то для меня это уже 11 чемпионат мира, включая молодежные, юниорские, женские… Ну и плюс Олимпиада в Сочи. Специфика в том, что под каждую арену надо специально подстраиваться. Тут бывают сложности! Разная аппаратура, эхо по-другому звучит… В Кельне звук хороший. Но в пустом дворце он очень сильно гуляет. Все сильно меняется, когда трибуны заполняются.

- Вот-вот. Плюс тут очень высокие потолки, которые не защищены изоляцией. И когда арена пустая – очень сильное отражение идет. И слова пошли гулять. Но когда трибуны заполняются – все прекрасно.

- Ой были! И очень много. Самый яркий… Ну, правда, он случился не на хоккее. Это был чемпионат мира по футболу среди девушек до 21 года. Я вел церемонию награждения. И у нас вдруг звук пропал вообще. Видимо, из-за того, что был сильный дождь и всю технику залило. Пришлось церемонию искусственно затянуть минут на десять.

- Догадываюсь, про какой случай вы намекаете. Вообще, для профессионалов такие ляпы непростительны. Надо в любой ситуации находить выход и оставаться на высоте.

- Лично я попал в дикторы случайно. Шел 1994 год. Я был на турнире Ромазана в Магнитогорске. Он тогда был международный. А я там работал скаутом НХЛ от «Нью-Йорк Рейнджерс». Поэтому имел представление, как дикторы работают за океаном. Плюс в «Магнитке» многих знаю. Я же из Челябинска сам. За местный «Металлург» (впоследствии «Мечел» - Прим. ред.) играл по детям. И в Магнитогорск мы тоже часто приезжали. И вот слышу там, что переводчик несет такую чушь! Игрока у него как зуб удаляют, поле – где картошка растет… Я подошел к ребятам: «Давайте лучше я сяду!» Вот оттуда и пошло. Меня пригласили на Ромазан через год, потом на женский турнир… Начал ездить на матчи Евролиги. А в 1999 году я первый раз отработал на призе «Известий». Но сначала я наоборот на английском и французском объявления по арене делал.

- Выходит, что так!

- Тут тоже интересная история. Я рос в музыкальной семье. Мама у меня очень хорошо пела, хотя карьера не задалась. А отец до сих пор работает режиссером музыкальной редакции на телевидении. Поэтому голос-то мне по наследству передался. А вот слух – нет! Поэтому на мне, как на певце, в семье крест поставили. И я пошел в хоккей играть. Ну а что еще в Челябинске делать? Но я и голосом своим пользоваться поначалу не умел. Меня им научил работать великий Валентинов. Я же с ним и начинал! Он на русском объявления делает, а я на иностранном. Вот так постоянно и работали в паре на разных турнирах.

- Вот как раз об этом был нас следующий вопрос. Среди комментаторов культовым считается Николай Озеров. А у дикторов – Валентин Валентинов.

- Вообще диктор всех времен и народов у нас – Левитан. Но тут надо подчеркнуть, что Валентинов как раз – ученик Левитана. Можно сказать, прямой наследник. Он ведь работал с 1972 года. А я – учение Валентинова.

- Как правильно выстраивать голос, как его готовить к работе. Ведь орать в микрофон не надо! Надо работать на мембрану. Очень простой пример – у Левитана был очень тихий и слабый голос. А вся страна уверена, что могучий. Но он добивался такого эффекта подачей и работой на микрофон. Ты должен звучать изнутри. И тогда микрофон тебя услышит. А кричать в него не надо.

- Да, я голос к эфиру готовлю. И есть специальные упражнения для этого. Мне Валентинов их показывал. Но у него это голос натуральный. Он им может играть, как хочет. А мне приходится выстраивать и держать. Я по сравнению с Валентиновым ремесленник. Может быть, очень хороший. А он был настоящим художником в нашем деле.

- Изрядно. Связки надо тренировать, разминать, греть…

- И правильно! Это в том числе. Вот один такой способ мне подсказал бас Венской оперы, русский, кстати. Они разминают голос горячим пивом. И мне этот совет пригодился! На первом чемпионате мира по фигурному катанию в Москве, который проходил еще в «Лужниках»… У меня температура за 38. Голоса вообще никакого. И вот я все соревнование так – после каждого выступления пиво в микроволновку и полстакана выпиваю. Только так и продержался. А в бытовке «Лужников» надо мной издевались: «Вот опять этот извращенец пришел». Вкус у горячего пива, конечно не ахти. Но работает исключительно!

А вообще голос надо беречь. Например, орехи и семечки щелкать нельзя. И я от них отказался, хотя очень люблю. От них голос сразу садится. Еще под запретом газировка. Ну и курить давно бросил.

- Это для теноров. Не мой формат! А так меня подруга однажды привела в консерваторию. Там профессор меня погонял… Три и три четверти октавы у меня наслушал.

- Я тогда в НХЛ работал! И зарабатывал больше, чем профессор консерватории.

- Монголы! Тут никаких сомнений. Еще венгры не подарок, но монголы все равно хуже. Помню, намучился с ними на Универсиаде в Казани. По нескольку раз произносить для себя приходится. А мой коллега – судья, с которым мы вместе на борьбе тогда работали, так ни разу ни одной монгольской фамилии так и не смог до конца выговорить. Очень сложно! А ведь диктору ошибаться нельзя. Мы как саперы. То есть жить, конечно, будем. Но любителей поправить твою ошибку всегда очень много!