Клим Костин: У меня еще два года контракта с «Динамо». Но хочу играть в Америке

Впервые на драфте НХЛ юниоров не просто будут вызывать на сцену. Для восьми самых топовых игроков поставят специальные столы, за которыми они будут сидеть с гостями. И уже оттуда их пригласят в лучи прожекторов, когда какой-то клуб назовет их фамилию. Конечно, это большая честь. И вот ее удостоился Клим Костин.

- Во время тестов на физподготовку перед драфтом вы подтянулись десять раз. Как это удалось, если травма плеча зажила только в конце мая?
- Да я бы еще больше подтянулся, если б меня не остановили! Но мне сказали «стоп» на подтягиваниях и жиме лежа. Просто не дали больше сделать. Я объяснял, что могу еще. Но штангу буквально вырвали из рук со словами: «Заканчивай!»

А вообще я приехал к агенту после травмы, восстанавливался со специалистами в клинике Мичигана – те же доктора работали с Павлом Дацюком. Потихоньку закачивал плечо, набирал форму.

- Объясните, как вы получили ту травму.
- На льду я сам за себя отвечаю. И то, что я неудачно влетел в борт, не успел сгруппироваться… Может, где-то присутствовала рассеянность.

- Главный тренер юниорской сборной России Сергей Голубович после того выставочного матча с канадцами жестко заявил: «Мы не ожидали, что к игре окажется не готов наш капитан Клим Костин». Это вас задело?
- Знаете, я не вправе судить тренера. Это лишний стимул, чтобы еще больше работать и доказать обратное.

- У вас операция была в Германии? Вы сломались в сборной, но оплачивал клуб?
- Да. И хочу сказать спасибо московскому «Динамо». Клуб сразу же включился в эту проблему. Расстроились, но пожелали удачи и решили меня прооперировать. Сначала хотели в России, однако я спросил у Андрея Николаевича Сафронова, можно ли это сделать в Германии. Он согласился. 

- Как вы относитесь к тому, что сейчас происходит с «Динамо»? Болельщики очень переживают…
- Мы все переживаем. Мы – одна команда: болельщики, игроки, тренеры, персонал. «Динамо» - мой родной клуб. Желаю, чтобы все было хорошо. Один из ведущих клубов России не должен пропасть.

- У многих хоккеистов подвисли деньги. У вас тоже?
- Да, конечно. Не платят всем. Но я это понимаю. У клуба – проблемы. У меня нет никакой обиды или вопросов.

- Уже принято окончательное решение о том, что чемпион Высшей лиги – «Динамо» (Балашиха) – будет расформирован?
- Да. И это очень обидно. Но там ребята хорошие. Не думаю, что они пропадут. Многие из этого чемпионского состава будут играть в КХЛ. 

- Ваш контракт с «Динамо» действует до 2019 года. Еще два сезона будете выступать в России?
- Я хочу играть в Америке. Мне здесь очень понравилось. Надо пробиваться наверх…

Очень благодарен «Динамо» за огромную помощь. За то, что дали почувствовать, что такое КХЛ. Надеюсь, меня поймут и поддержат. И если я вернусь однажды в Россию, то это обязательно будет «Динамо».

- А какой может быть выход, если еще два года контракта?
- Его можно расторгнуть по обоюдному согласию.

- Так «Динамо» отпустило Миронова в «Колорадо», разорвав с ним последний год. Но это сделал Сафронов, а теперь пришло новое руководство.
- Я полностью не посвящен в процедуру. Этим занимается мой агент. Все будет решено в переговорах. Надеюсь, общий язык будет найден. Меня поймут и отпустят.

- Как вы оцените свой опыт в КХЛ?
- Сложно оценить, когда мало игрового времени. Но это типично для новичков. Большой плюс в том, что я получил опыт, играя и тренируясь с профессионалами.

- Это да – помню, как вы забили красивый буллит в ворота «Спартака».
- Да уж. Представляете, на удачу пробил – и все получилось. Вообще каждый хоккеист должен уметь все. И когда тебя выпускают, то надо забивать, чтобы помочь команде.

- А как вам прилетел большой штраф, который потом отменила КХЛ?
- Я очень сильно переживал. Шла упорная игра с «Локомотивом», шайба в шайбу. И тут мне влепили пять минут. Ведь с прошлого сезона за подсечку сзади начали давать «5+20». Получилось так, что судья находился за моей спиной. Он не разглядел момент и подумал, что я подсек Полунина. Хотя я сам пытался устоять на одной ноге. Но с другой камеры из-за ворот все было прекрасно видно.

Потом в арбитраже рассмотрели эпизод и отменили штраф. Однако тогда это напоминало катастрофу. Самый молодой подвел старших ребят.

Но парни мне сказали в раздевалке: «Ты вообще забудь об этом. Еще столько моментов у тебя будет в карьере!» Андрей Николаевич Сафронов и тренеры даже плохого слова не сказали.

- С какими клубами вы проходили собеседования перед драфтом?
- У меня было 25 собеседований с командами НХЛ.

- Ничего себе!
- Некоторые задавали одни и те же стандартные вопросы, просто в разном порядке. Прям голова взрывалась.

- Неужели никто не удивил?
- А вот другие на собеседование приглашали психологов. Они задавали сложные вопросы – не о хоккее, а о жизненных ситуациях. Приходилось думать…

- Например?
- Если вы окажетесь с другом в баре, и он начнет драку, что вы сделаете? Попробуете остановить драку. Или будете защищать друга, драться вместе. Я выбрал второе.

- Вы на английском общались?
- Со мной был переводчик. На стандартные вопросы отвечал сам. А когда были более сложные, то мне помогали. 

- Почему вы выступаете под номером 24?
- В честь Сергея Макарова. Я взял этот номер, когда попал в систему «Динамо».

- А есть история имени? Почему родители назвали вас Климом?
- Отец нашел имя по православному календарю.

- Да, в ваш день рождения (5 мая) – именины Климента. Теперь понятно. А расскажите о своей биографии: Пенза – Казань – Москва. Витиеватый путь в хоккей.
- Я не играл за «Ак Барс», просто ездил с ними на просмотровый турнир. Начинал тренироваться в Пензе. Папа поставил на коньки. Занимался мной с утра до вечера, бросив работу. Вкладывал всю душу и время. По три-четыре тренировки в день, со стадиона почти не вылезали.

Когда мне было лет десять, наша команда выиграла в финале чемпионата Поволжья у ЦСК ВВС. На турнир приезжал тренер «Динамо», и он меня пригласил в Москву.

- Как имя-отчество папы? Отдельное ему спасибо от «Советского спорта».
- Сергей Николаевич.

- Вот на таких отцах и держится наш хоккей. Помню, как отец Овечкина – Михаил Викторович – не пропускал ни одной тренировки сына в детстве… Вы едете на драфт. Какой результат будет для вас важен? Первый раунд? Первая десятка?
- Я просто хочу попасть в хорошую команду, в которой буду прогрессировать как хоккеист и человек. Чтобы коллектив был крепкий, как семья, без разногласий. И мне помогали бы, тянули в НХЛ. Чтобы была поддержка на тренировках и в матчах.

- Фаворит драфта Нолан Патрик сказал, что хочет дебютировать в НХЛ в ближайшим сезоне. У вас такая же цель?
- Я очень хочу стать первым, кто заиграет в НХЛ из этого драфта. Это у меня сейчас – главная цель. Дай бог Патрику удачи. Он – хороший игрок и парень. Но я мечтаю выстрелить первым.