Как Иглсон стал пролетарием. С чего начиналась Суперсерия-72

Суперсерия-72 состоялась благодаря стечению многих обстоятельств. В конце 60-х годов канадские болельщики начали ворчать: «Нам все уши прожужжали о том, что канадские хоккеисты – лучшие, а чемпионы мира выигрывают русские у заявляют, что все их боятся. Или вы поставите их на место, или они действительно правы!»

Одним из первых отреагировал на этот вызов глава Ассоциации игроков НХЛ Алан Иглсон, юрист из Канады. Для начала он отправил письмо на имя председателя Президиума Верховного Совета СССР Николая Подгорного, наивно полагая, что именно он глава государства. Так было прописано в советской Конституции. На деле же первым человеком в Советском Союзе был генсек ЦК КПСС Леонид Брежнев. Письмо спустили в Спорткомитет, а там разговаривать с предприимчивым канадцем поручили ответственному секретарю федерации хоккея Андрею Старовойтову.

В принципе договориться о проведении серии было не слишком сложно, если бы не различные обстоятельства, препятствовавшие нормальному ходу дел. Для начала президент МОК американец Эйвери Брендедж, который в каких-то вопросах был святее папы римского, заявил, что рискнувших связаться с профессионалами спортсменов не допустят на Олимпийские игры. Для советского спортивного руководства Олимпиада считалась вершиной.

Главное – за серию был болельщик номер один Брежнев. А против - Михаил Суслов, главный идеолог страны. Его науськивал помощник, полагавшийся на мнение… своего сына.

Наконец, все препоны удалось преодолеть, и соглашение с организацией «Хоккей – Канада», в которую входила ассоциация любительского хоккея Канады, подписано. Во время чемпионата мира 1972 года в Праге. Когда сборную уже возглавлял Всеволод Бобров.

В ЦК КПСС стали поступать письма возмущения из Канады, в которых Иглсона заклеймили позором. Он ловко выкрутился из деликатной ситуации, заявив, что президент НХЛ Кларенс Кэмпбелл представляет владельцев клубов – капиталистов, а он как профсоюзный деятель – за пролетариат. Аргумент возымел действие.