ПРИСТРАСТНЫЙ ВЗГЛЯД

«Впредь при рассмотрении кандидатур городов мы будем стараться выбирать такие, которые при подготовке будут допускать, ну если можно так выразиться, поменьше импровизации». Эти слова принадлежат главе координационного комитета МОК Денису Освальду. А произнесены они после инспекционной поездки возглавляемой им комиссии в Афины, где через полтора года пройдут очередные Олимпийские игры.

Освальд заявил, что, по его мнению, многие из строящихся олимпийских объектов будут сданы с недоделками и зрителям и спортсменам придется испытывать довольно серьезные неудобства.

Сто лет назад мир спорта был плохо знаком с таким понятием, как предвыборная кампания. Заявки кандидатов на право принять Олимпиаду принимались едва ли не в день голосования, а об инспекционных поездках никто даже не задумывался. Например, на Олимпиаду 1903 года претендовали три американских города — Буффало, Сент-Луис и Чикаго. Свою заявку чикагцы подкрепили письмом, в коем уведомляли, что жители индустриальной столицы собрали 120 000 долларов на проведение Игр, а также обещали перечислить в фонд МОК весь доход от продажи билетов на соревнования. Члены МОК дружно проголосовали за Чикаго, и городские власти тут же… отказались от своих обещаний. Пьеру де Кубертену пришлось рассылать своим коллегам письма, в которых он спрашивал членов МОК, не будут ли они возражать против проведения III Олимпиады в Сент-Луисе. Те, естественно, не возражали. А что им оставалось делать?!

22 января 1914 года германская федерация гребли обратилась с петицией к рейхстагу, выразив настроения спортивной общественности по поводу претензий Берлина на Игры VI Олимпиады в 1916 году: «Германский спорт прилагает все усилия, чтобы Берлин получил право на проведение Олимпиады… Тот, кто участвовал в Олимпийских играх, знает, что нет лучше средства (за исключением войны) разжечь патриотические чувства… Достойное представительство на Олимпийских играх возвеличивает Германию в неменьшей степени, чем боеспособное военное судно».

Получив Олимпиаду, Берлин объявил 1 августа войну России, а 3 августа – Франции и развязал первую мировую.

Было бы банальностью говорить о том, сколь многое изменилось за сто лет. Какие сто лет? Девять лет, оставшиеся до Олимпиады 2012 года, с точки зрения развития современной цивилизации – целая пропасть. Девять лет назад, в 1994 году, Москва была утыкана наспех сколоченными ларьками, торговавшими спиртом «Рояль» и водкой в пластмассовых стаканчиках. Сейчас столица России — престижный европейский мегаполис со всеми присущими городам такого масштаба атрибутами. Примечательно, что Москва нынче переживает не ренессанс, а перерождение. По количеству заново возводимых объектов она далеко впереди тех, кого можно было бы поставить в один ряд со столицей России. Что уж говорить о том, насколько она может преобразиться еще за 5–8 лет, особенно если получит право принять Игры.И это одна из причин, по которым претензию Москвы на Олимпиаду можно считать выстраданной и обоснованной.