Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВТУРИН-2006
Во время прыжков с 90-метрового трамплина на Играх едва не произошла сенсация. После первой попытки на первом месте неожиданно для всех оказался россиянин Дмитрий Васильев. Однако по сумме двух прыжков он оказался лишь на 10-м месте. Что помешало Дмитрию сохранить лидерство? Чтобы узнать это, корреспондент «СС» провел с Васильевым разбор полетов.
Кстати, оказаться лидером соревнований, да еще и на Олимпиаде, Дмитрию выпало впервые. Правда, в 2001 году на Кубке мира он показал второй результат. И после первой попытки, и по сумме двух. При этом оба раза прыгнув дальше победителя. Подвела оценка за технику. Она же отправила Васильева на 10-ю строчку и на этот раз. Ведь его первый прыжок на 104,5 метра по дальности так и остался непревзойденным…
Разыскивая Дмитрия в Олимпийской деревне, я встретил российских горнолыжников.
— Да на бильярде Димка, шары гоняет, — дали они наводку. Однако Васильев оказался в своем номере…
— А я вас на бильярде разыскивал…
— Наигрался уже. Здесь только американка. А я русский больше люблю.
— Вчерашний стресс снимали? Первая попытка – вы лидер…
— Заранее не предполагал такого. Просто это был мой прыжок. Я его исполнил. А потом оставалось ждать, что соперники покажут.
— Но ведь 104,5 метра – гроссмейстерский результат.
— Согласен, на этом трамплине это очень прилично. Уже на квалификации было ясно, что прыжки на 104 метра будут победными.
— И вот вторая попытка…
— Наверху я был спокоен. Полностью уверен в себе. Но с ветром не повезло. Не только мне. Всем четверым, кто последним выступал (прыгуны, дальше всех улетевшие в первой попытке, во второй стартуют после менее удачливых. Васильев прав: из четырех лидеров первого прыжка на пьедестале никого не оказалось. – Прим. ред.). Подул попутный. А в нашем виде спорта… это пиши пропало!
— Да уж вам попутного ветра не пожелать.
— Нам встречный нужен. Он же подымает. А если в спину, наоборот, сажает. Но это уже фортуна. Ее не переспоришь.
— Неужели не пытались?
— Только хуже сделал. Выскочил с разгона, чувствую, все. Далеко уже не улететь. Начал прыжок вытягивать. Корпус наклонять. И, как у нас говорят, лыжи передавил. Пришлось открываться. Наоборот, назад откидываться. А открылся – это все! Скорость теряется, из-за этого приземлился плохо и низкую оценку за технику получил. Если б не дергался, был бы пятым или шестым… Ведь метраж-то у меня с Бистойлем (золотым медалистом. – Прим. ред.) один и тот же (в сумме 205 метров. – Прим. ред.). Но он за технику больше баллов нахватал.
— Проклинали, наверно, этот ветер?
— Поначалу нет. Казалось, просто две попытки. Одна хорошая, другая не очень… Но чем больше времени проходит, тем чаще задумываешься: а ведь мог бы! Медаль совсем рядом была.
— Обидно, прыгнув дальше всех, оказаться в итоге десятым?
— Да мы уж между собой шутили: почему на Олимпиаде по одной попытке места не присуждают? Иногда бывает, что вторую отменяют из-за плохих погодных условий.
— Вот бы и сейчас так!
— Навряд ли на Олимпиаде на это пошли бы. Это же представители сборных голосованием решают. А моим лидерством многие были недовольны. Напугал ребят. Лица у многих вытянулись. И взглядов косых вдоволь наловился.
— Если бы до начала прыжков вам сказали, что окажетесь десятым, сочли бы это…
— Удачей. У наших тренеров медалей не было и в проекте. Меня настраивали, что шестое место – это супер. В десятке – хорошо.
— А как наставник отреагировал на ваш первый прыжок?
— Посоветовал расслабиться. Сказал: «Повезет так повезет. Сюрприз будет».
— О чем думается в полете? Вся жизнь перед глазами проходит?
— Ничего постороннего. Мы же сразу чувствуем, далеко улетим или не очень. И во втором случае в голове начинает стучать: надо вытягивать, вытягивать… Начинаешь рисковать. А в результате, как у меня сейчас, ошибка при приземлении.
Я уже попрощался с Дмитрием и направился к двери, как вдруг он спросил:
— А что, правда, навел я вчера шороху?
— Вся Россия за вами следила!
— Спасибо. Будем надеяться на большой трамплин.
— Тогда встречного ветра?
— У нас говорят, ветер под лыжи.